Но небо… Небо было чистым впервые за долгое время. Бездонная синева, всеобъемлющая и вечная - единственное, на что хватило красок у замерзающего мира. И звезды - россыпь слез на матовой поверхности. Смахнуть бы их всех, словно блестящую пыль, чтобы видеть лишь идеальную бархатную тьму. Бесконечно одинокую. Одинокую, как она сама.