— Я был уверен, ты умер. Я тебя оплакивал, брат. — Будь ты уверен, не таскался бы в Йотунхейм постоянно. Тени мечутся по стенам опочивальни, сдирают с них гобелены и вгоняют ужас под кожу. И самая темная шагнет из угла, сверкнув зелеными, как у дикой кошки, глазами.