Гул колоколов и тишина звезд. Безумие сбивчивой речи и безмолвная клятва любви. Чужие жизни, ставшие родными. На огромной фреске, во тьме и в сполохах огня, по земле, а может, высоко над землей идут люди. Они идут из будущего в прошлое. Мы не помним их имена. Не слышим их голоса. Или — слышим и помним? С небес иных времен веет вечный ветер. По световой вспышке в ночи и порыву далекого ветра автор создает огромность масштаба — образного, временного, смыслового. Такова картина мира поэта.