Она любила меня, точно любила. Нельзя было спутать – она думала обо мне больше, чем о ком-то другом, по утрам первое имя, которое произносила, было мое, улыбка, обращенная ко мне, могла осветить ночь. И она пускала меня в свою постель! Если бы еще я мог снять с нее эту смехотворную преграду в виде пижамных штанов и овладеть по-настоящему…