— Ну-ка, гривастый, — говорили ему, — пробегись по рефулеру с карандашиком.

— Эй ты, салага! — кричали. — Подай вон тот ключ.

И так все время, каждую смену — полное пренебрежение, сплошные окрики целый день. Это злило и расстраивало поначалу. Но что поделаешь, как заставишь себя уважать, если ты на земснаряде новичок и лет тебе восемнадцать, а они давно старики и ветераны труда?