Прос­ле­див взгля­дом по­лет оди­нокой, тем­ной кап­ли чер­нил, я по­дави­ла по­рыв от­бро­сить в сто­рону пе­ро, и рас­терзать пер­га­мент. Это мой пос­ледний долг пе­ред гнез­дом, сто пять­де­сят слов, де­сять сан­ти­мет­ров пер­га­мен­та, пре­дель­ный раз­мер пись­ма для птичь­ей поч­ты. И ни сло­ва о се­бе, опи­сание мо­нас­ты­ря Ис­крис­то­го Сне­га, по­имен­ное пе­речис­ле­ние ода­рен­ных мо­нахов. Пос­та­вив точ­ку, и за­чер­пнув нем­но­го си­лы, стер­ла кляк­су с пись­ма, не пе­репи­сывать же его в тре­тий раз. Пос­та­вив чис­ло, пер­вый день пер­во­го ме­сяца вес­ны, я по­дула на пер­га­мент, уби­рая из­лишки ма­гии.