Весне 1942 г., казалось, было суждено стать свидетельницей такого роста владений Империи Восходящего Солнца, какое можно сравнить разве что с Конкистой. Под аккомпанемент криков «Азия – для азиатов» доминирование европейских держав было подрублено сталью самурайского меча. Но в пышно названной «Великой восточно-азиатской сфере совместного процветания», простершейся на тысячи миль от островной Империи, процветанием и не пахло: для японцев благоденствие (конечно же!) откладывалось до завершения войны, а для «освобожденных от ига белых» представителей других национальностей оно хотя и провозглашалось, но отнюдь не планировалось.