"Секс – это не непристойность, пусть даже происходит в общественном месте с малознакомым человеком. То, что мне нравится заниматься сексом, чувствовать на своем теле мужские руки, испытывать с ним оргазм, позволять себя брать, – это не непристойность....Секс не непристойность. Я не такая испорченная. Нет."

"Я чувствовала… опустошение."...  "Я стояла и смотрела в зеркало, в котором сначала отражалось трое, затем двое и, наконец, я одна."

"Это был секс, но в нем было чувство близости – опасное чувство, от которого я пыталась отгородиться, но отказать себе испытать его не могла."
"...мы достигли той черты, после которой нагота означала комфортное состояние для нас обоих, и что его руки на моем теле могли не только возбуждать, но и успокаивать.Что рядом с ним я больше не чувствовала себя уязвимой."

"Я ждала, что наступит момент, когда Дэн от меня устанет, но, как только он наступил, меня вдруг пронзила боль, как если бы с меня сорвали кусок кожи."
"Я верю, что нас с Дэном влечет друг к другу так же, как притягиваются две звезды, оказавшиеся достаточно близко друг к другу, пока не сольются, образуя солнце. Я верю, что была пуста и ждала, когда меня чем-то наполнят, и этим чем-то стал Дэн."

"...общество настолько помешалось на сексе и люди делают все, чтобы выглядеть сексуальными, что это превращается в соревнование «Бег по кругу». Все бегут, стараясь кого-нибудь нагнать, и, когда соревнование закончено, все уверены, что заслужили награду."

"— Белый шум, – кивнула я. – И он в моей голове. Постоянно. Я никогда не могу полностью ни на что отвлечься. Как заводная игрушка, чей завод никогда не кончается."

"Я подсчитала число букв в его имени, умножила на число букв в своем и разделила на два. Особого смысла в таком подсчете не было, но это меня немного успокоило"...
"Урна была сделана в виде металлической сетки с узлами в виде восьмиугольников. Я насчитала сто двадцать три штуки."...
"Я не могла говорить. Не могла объяснить, почему считать для меня так важно. Что я привыкла к этому, так как это позволяло мне не думать о вещах, которые причиняли мне такую сильную боль, что… Я не могла ответить. Даже самой себе."

"...обстоятельства моей прошлой жизни не отпускали меня, и мне это не нравилось. Что я не могла иметь нормальных отношений с мужчиной, иметь друзей, просто быть счастливой. Но даже если я это сознавала, то была бессильна изменить."
"У Чада был друг и психиатр. У меня никого. Надо было подумать и решить, кто мне нужнее. Я знала, что одна больше не выдержу."
"Я была дурой. Но дура дурой, а мне все же хватало ума, чтобы понять, что я сама рыла себе могилу и что настала пора покончить с прошлым. Хватит уже бегать от него – пора бы заглянуть ему в лицо."