Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Марина Ефиминюк

Тайны Истинного мира

Глава 1

Это был отвратительно липкий сон.

Я стояла в огромной ванной комнате перед блестящим зеркалом во всю стену и маникюрными ножницами срезала длинные густые волосы. Черные как смоль пряди падали в раковину, перепачканную химической краской для волос. Мое осунувшееся лицо не выражало никаких эмоций, только глаза, большие, пронзительно синие, горели мрачным отчаянием. В странной гулкой тишине ванной щелкали острые тонкие лезвия…

Пробуждение показалось спасением. Ночь глядела в окна с дешевым тюлем. Меня сильно тошнило, голова раскалывалась, тело ныло и бешено хотелось пить. Я попыталась включить ночник, пошарив рукой над головой, но тут поняла, что у меня нет ночника, да и тумбочки у кровати тоже нет.

Ничего не случилось, просто ночной кошмар. Иногда они приходят. Только отчего-то именно сейчас меня била крупная дрожь, а душа замирала от гнетущего страха. Пошатываясь на плохо слушавшихся ногах, я проковыляла по темному коридору. Хотела зажечь свет, но не смогла найти на стене выключатель. Старый, еще советских времен телефонный аппарат с пластмассовой вертушкой стоял на низком детском столике. Нетвердой рукой я набрала номер, единственный, который всплыл в воспаленном мозгу. Этот человек мог меня поддержать. Сейчас только он один был моим другом в большом жестоком мире. Конечно, глупо будить по ночам людей только потому, что мучаешься от недобрых игр впечатлительного подсознания. Как-то по-детски несерьезно. Просто сон показался гораздо реальнее яви.

Неизмерима сила и красота воды. Она прозрачна, легка и пахнет большими неприятностями, если хлещет из смесителя в стояке съемной квартиры. Усатый сантехник, источавший фимиамы табака и перегара, с интересом разглядывал трубы в туалетной комнате.

– Течет, – почти с умилением прокомментировал он, ткнув пальцем в ручеек.

Я, с мокрой половой тряпкой в руках, с откровенным подхалимажем заглянула в черные очи кудесника, ожидая невероятного сантехнического чуда.

Мужчина проникся и для вида тюкнул обо что-то ключом, ему в лицо тут же брызнул фонтан холодной воды, намочив потрепанную шапочку, усы и свитер.

– О, – обрадовался сантехник, обтираясь, – теперь хлещет!

Я была готова швырнуть мокрую грязную тряпку в глумливую рожу мастера и покрыть его трехэтажным матом.

– Конечно, хлещет!

– Надо же, как сильно-то хлещет! – восхищенно пробормотал сантехник и довольно поцокал языком.

Очень хотелось дать ему знатного пинка, но я боялась, что трубный волшебник покинет мое скромное жилище, и оставит меня одну посреди мокрого ада.

– Слушай, – он оглянулся, показав коричневые зубы, – плохи дела.

Ответом ему было презрительное молчание.

Про себя я с тоской подсчитывала расходы на ремонт – и съемной квартиры, в которой жила, и соседей снизу. К собственному несчастью, я забралась под самую крышу двенадцатиэтажного дома, так что от получившейся суммы тоскливо свело живот. Угрюмая тишина, нарушалась ревом труб и истеричными короткими гудками из телефонной трубки, которую я сняла с рычага, чтобы соседи больше не трезвонили с бесполезными угрозами.

– Наверное, уже до шестого этажа протекло, – сильно радовался сантехнический «доктор», подсвечивая фонариком мокрые внутренности стояка.

До шестого?! Я добралась в уме до девятого, но уже поняла, что расплачусь только к глубокой пенсии, если, конечно, не придется самой белить чужие потолки.

Затосковав, я вяло предложила:

– Ущерб доказан, теперь чинить будем?

В своих мечтах я уже плавала, как дельфин, в затопленной по самый потолок квартире. Рядом дрейфовал телевизор и кухонные табуретки, а во входную железную дверь бились разозленные соседи и квартирная хозяйка с участковым.

– Надо за ключом сходить, – пожал плечами бездушный мастер.

– Каким ключом? – насторожилась я, тут же возвращаясь к реальности.

– Три на четыре. – Он выключил фонарик и стал закрывать чемоданчик, очень сильно напоминающий медицинский с белым крестом на боку. Похоже, мастер решил, что ремонт катастрофы можно завершить на стадии ее разглядывания.

– Да, хоть пять на десять! Мне соседка снизу уже три раза звонила, что у нее в ванной плитка отвалилась! Пока не починишь, из квартиры не выпущу!

Я уперла руки в бока и приготовилась при необходимости забаррикадировать входную дверь и взять сантехника в заложники, но аварию ликвидировать любой ценой.

– Ну, ладно, – пожал тот плечами, обратно вынул треклятый фонарик и сунул голову к стояку. – Кстати, соседке не верь, у нее плитка отвалилась еще в прошлом году, – прогудел он.

– А ты откуда знаешь? – изумилась я.

– Жена это моя бывшая, – посетовал сантехник, достал ключ и стал что-то быстро закручивать.

Успокоившись, что ремонт все-таки начался, я ушла на кухню и почти со злостью покосилась на новенькую стиральную машину – причину сегодняшней катастрофы. Ущерб от нее исчислялся тысячами рублей, огромным скандалом с квартирной хозяйкой и, скорее всего, выдворением меня вместе с машиной из образцово-показательного дома и подъезда, в частности.

– Эй, дамочка! – вдруг позвал меня сантехник.

Я выглянула в коридор, ожидая увидеть небывалый сантехнический сюрприз из новеньких труб и сверкающего унитаза. Так торопилась, что наступила на мокрую тряпку. Даже зашипела, как кошка.

– Гляди! – Мужичок вертел в руках синий пластиковый пакет, в каких передают письма экспресс-курьеры. – Здесь ниша, оказывается, вон он там и лежал.

– Ниша? – Я приняла влажный сверток и с недоумением взглянула на сантехника, стоя на одной ноге, а вторую сиротливо обтирая о штанину.

– Ну да, там! – Ткнул пальцем мастер в таинственную темноту стояка и снова принялся что-то выворачивать. Потом так яростно постучал, что трубы зазвенели от возмущения. Зато поток воды стал постепенно уменьшаться, обманно успокаивая меня.

Вернувшись на кухню, я уселась на расшатанную табуретку, разглядывая пакет.

Сначала мне подумалось, что он остался от прошлых жильцов, поэтому вскрывать его неприлично. Но любопытство все равно победило, я отодрала прозрачный скотч, наклеенный на шов, и высыпала на стол кожаную записную книжку, мобильный телефон и ключики с железным брелоком. На одной стороне его стоял номер, а на другой аббревиатура «БП».

Повертев ключи – похоже, от банковской ячейки, – я открыла ежедневник на середине.

В первый момент я решила, что мне почудилось, и даже протерла стеклышки очков, без которых не видела дальше собственного носа. На разлинованной страничке ровным столбиком под порядковыми номерами шли имена и фамилии незнакомых людей. Написанные моей р укой.

Опешив, я переворачивала листики с чужими именами, и чувствовала, как пальцы становятся влажными. Книжка не могла принадлежать мне, я не помнила ее, но записи оставленные твердым мелким почерком, доказывали обратное.

– Я починил! – заглянул в кухню довольный сантехник.

Я окинула его невидящим взглядом.

– Трубу перекрыл, вечером приду, доделаю. Нужно ключ три на четыре, – уточнил он на всякий случай.

– Хорошо, – машинально кивнула я, плохо соображая, о чем он толкует.

– Ну, я вернусь, – пообещал, потоптавшись, мужичок, и за ним захлопнулась входная дверь.

Я, оглушенная, в полном одиночестве, разглядывала записи, страшась даже предположить, что происходящее совсем не сон. Хотя лужи на полу коридорчика поблескивали под лампочкой вполне по-настоящему. Между страницами книжечки лежала черная пластиковая карточка «Клуб „Истинный мир“ с выгравированными на другой стороне витиеватыми буквами „ВИП“.

– Так… – Я поерзала на табуретке, отчего ножки истерично зашатались и разъехались в разные стороны, и недоуменно почесала коротко стриженую черноволосую макушку. – Чушь какая-то.

Интересно, когда это случилось? Когда я впала в беспамятство и позабыла про найденные сейчас вещи? Мобильный телефон, новенький, почти игрушечный и явно очень дорогой, блестел на белой скатерти и выглядел таким же неуместным, как и пластиковая карта.

1
{"b":"98569","o":1}