Annotation
— Немедленно высадите меня! Я никуда не полечу с женщиной за штурвалом! – истерит молодая девица в розовом.
— Да успокойся ты! — раздраженно рявкает ее спутник в дорогом костюме. — Ну и что, что капитан — баба! Она ж не первый раз замужем! Уже летала!
Они так заняты ссорой, что не замечают меня.
— Ну и правда, чего так нервничать? Хоть капитан и первый раз замужем, так это ведь поправимо! — улыбаюсь я, наблюдая, как вытягивается лицо моего мужа.
***
Подменила коллегу на рейсе и узнала, что муж возит на курорты силиконовую любовницу, и рассказывает ей, что я лежу в коме!
Ну что ж, самое время очнуться и сменить курс
От автора: Все герои и события вымышленные! Любые совпадения случайны!
Маша Дубровская
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Конец ознакомительного фрагмента.
Маша Дубровская
Измена. Время менять курс
Глава 1
— Уважаемые пассажиры! Говорит ваш капитан, меня зовут Елена Васнецова. А помогают мне сегодня второй пилот - Евгений Багрянцев и дружная команда бортпроводников. Наш полет в солнечную Анталию пройдет на высоте десять тысяч метров. Я очень рада, что маршрут проходит над Кавказскими горами. Эльбрус сможете увидеть в иллюминаторах справа. Счастливчики, у которых места с той стороны, не жадничайте и дайте другим щелкнуть пару кадров на память! Желаю вам приятного полета! – отключаю микрофон и проверяю датчики.
— Елена Владимировна, – раздается голос старшей бортпроводницы по внутренней связи. – Там пассажирка хочет сняться с рейса.
— Что с ней? Приступ? – морщу лоб, в уме прикидывая, сколько времени займет задержка.
— Да нет, просто не хочет лететь с женщиной-капитаном, – немного виновато произносит Эмма.
— Скажи, что уже поздно, на взлетку выруливаем. Отбоя не будет. Предложи ей выпить для успокоения, – отметаю мысли о задержке и начинаю движение.
— Ой, она чемодан достала! – в голосе девушки откровенная паника. – Полицию вызывать?
— Сейчас разберемся! – отключаю динамик и отстегиваю свой ремень. — Так, Женек, ты за главного на минутку.
Открываю замок, выхожу в салон бизнес-класса и застываю на месте, прикованная к покрасневшему лицу пассажира, который пытается усадить обратно в кресло трепыхающую лань в розовом спортивном костюме. А та отчаянно вырывается, успевая попутно препираться со стюардессой.
— Немедленно высадите меня!
— Мы не можем! Судно в движении! Сядьте и пристегните ремень! Иначе мы вынуждены будем вызвать полицию!
— Я сама тебе сейчас полицию вызову! Ты хоть знаешь, кто это? – горячится девушка, тыкая в мужчину в деловом костюме.
— Да успокойся ты! – ее спутник явно теряет терпение. Он поднимается с места и буквально выдергивает ядовито-лимонный чемоданчик из ее рук. — Ну и что, капитан - женщина! Она ж не в первый раз замужем! Уже летала! – он силком усаживает прелестное создание с силиконовыми губами, нарощенными ресницами и накладными ногтями.
— Ну правда, чего так нервничать? Хоть капитан и первый раз замужем, так это ведь поправимо! – я подхожу к ним и произношу это с милой улыбкой, наблюдая, как вытягивается лицо моего мужа.
Он бросает свои попытки пристегнуть спутницу и раздраженно щелкает своими ремнями безопасности.
— Ты же не летаешь за границу! – в голосе губернатора области, Васнецова Николая Борисовича, явный упрек.
— Ты вообще-то тоже, – хмыкаю я, глядя на мужа. – Или ты уже освободил ответственную государственную должность?
— Типун тебя! Лен, ну ты как ляпнешь! – в глазах Коли мелькает суеверный ужас, он чуть было не плюет через плечо.
— Пупсик, ты ее знаешь? – в глазах силиконовой красавицы в розовом спортивном костюме мгновенно исчезает страх, а лицо озаряется радостью. — А пусть она меня в кабину пилотов проведет,а? Если она твоя подруга. Я видосик сниму, выложу, девки просто обзавидуются!
Девица хлопает в ладошки и елозит на кресле. Кажется, она совсем забыла, что еще минуту назад хотела выйти из самолета.
— Я - не подруга, а жена! – произношу, уперев руки в боки. – Правда, очень скоро бывшая…
— Как жена? Пупсик, твоя жена же в коме…– накладные ресницы начинают хлопать с такой скоростью, что позавидовали бы лопасти нашего Боинга.
Почти на физическом уровне ощущаю, как внутри что-то обрывается — резко и с хрустом, как трос, который держал на весу всю мою двенадцатилетнюю выдержку. Пальцы немеют, и я сжимаю их в кулаки за спиной, чтобы никто не заметил, как меня трясёт.
— А я как раз сегодня очухалась. И сразу за штурвал. Так что пристегни ремни, красавица, вдруг по ошибке мертвую петлю решу сделать, – это я говорю, чуть нагнувшись к креслам, чтобы не пугать других пассажиров.
Из меня вырывается смешок, когда влюбленные голубки бледнеют, как по команде, а Коля даже резко оборачивается по сторонам и проверяет, не услышал ли кто.
— Уважаемые пассажиры! Приготовьтесь к полету, мы скоро взлетаем! – громко объявляю с улыбкой и спешу в кабину.
— Уговорили тревожницу не выходить? – смеется Женя.
— А как же, – надеваю наушники и сосредотачиваюсь на приборах.
Пальцы привычно ложатся на штурвал. Вышка дает разрешение, и я вывожу борт на полосу — ровно и уверенно. Как делаю это уже двенадцать лет. Примерно столько же я выруливала в своем браке — осторожно, по осевой, не задевая чужих крыльев.
— Готовы к взлету, — подтверждаю диспетчеру и до упора двигаю рычаги тяги вперед.
Двигатели набирают обороты, корпус мелко вибрирует, и «Боинг» начинает разгон. Скорость растет — сто, сто двадцать, сто сорок узлов. Женя монотонно считывает показания.
— V1.
Точка невозврата. Теперь только вперед.
Забавно, как авиация подкидывает метафоры именно тогда, когда не просишь.
— Rotate.
Плавно беру штурвал на себя. Нос самолёта отрывается от полосы, и через секунду земля начинает проваливаться вниз.
В голове проносится мысль:“ Вот так бы и от Коли оторваться — одним движением, чисто, без тряски”.
Шасси с тяжёлым гулом уходят в ниши. Убрать все лишнее, спрятать — это я тоже умею. Двенадцать лет практики. Набираем высоту — тысяча футов, две, пять. Автопилот пока не включаю, хочу вести сама. Руки должны быть заняты чем-то осмысленным, иначе мозг начнет прокручивать лицо Коли и эти дурацкие силиконовые губы рядом с ним.
Пять часов полета проходят на удивление гладко. Ни болтанки, ни грозовых обходов. Жаль, что в семейной жизни нельзя включить автопилот и пересидеть турбулентность в кресле, попивая кофеек.
На подлете к Анталии снижаюсь плавно, по глиссаде, выравниваю курс. Снижение — самый опасный этап.
В жизни тоже: вниз всегда тянет резче, чем ожидаешь. Выпускаю механизацию — закрылки, предкрылки, — и борт чуть вздрагивает, замедляясь. Шасси выходят с характерным гулом. Выпустить опоры, встать на что-то твердое — пора бы и мне.
— Полоса в видимости, — подтверждает Женя.
Касание — основные стойки, потом передняя. Реверс, торможение. Машина послушно катится по бетону.
— Дамы и господа, добро пожаловать в Анталию. Температура за бортом — тридцать два градуса. Спасибо, что доверили мне вашу жизнь, — произношу в микрофон бодрым голосом, хотя внутри все стонет от боли.
Глава 2
Сдаю документацию, благодарю экипаж и спешу на паспортный контроль. Мечтаю добраться до гостиницы и упасть на кровать. Мобильник, поймав связь, взрывается звонком.
— Алло?
— Ленчик, ты надолго опаздываешь? А то у меня следующая пациентка должна вот-вот подойти, – голос Оли взволнованный.
— Олечка! Прости дурынду! Меня срочно в замену поставили на Анталью, Костин заболел, а предупредить тебя совсем забыла!