Похоже, положенные ей сто пятьдесят лет подходили к концу.
Причём речь шла не о внезапной болезни или серьёзном повреждении. Просто естественный предел жизненной силы оказался достигнут.
Её тело больше не могло поддерживать существование души.
При этом разум оставался совершенно ясным. Она понимала, где находится, узнавала людей и могла спокойно разговаривать. Такое состояние иногда встречалось у старых культиваторов, особенно если те не тратили последние годы на бесполезные попытки продлить жизнь любой ценой.
Я некоторое время смотрел на неё.
Затем спросил:
— Как вы меня узнали?
Женщина тихо рассмеялась, хотя смех быстро перешёл в слабый кашель.
Я подождал, пока она успокоится.
— С детства у меня необычайно острое обоняние, — объяснила она. — Я всегда могла различать запахи, которые другие люди совершенно не чувствовали. Даже среди духовных растений мне удавалось определять некоторые свойства исключительно по аромату.
Я слегка приподнял бровь.
— И что же вы почувствовали сейчас?
— Ваш запах.
Я замер.
Потом медленно поднял руку и понюхал рукав.
— Неужели я так сильно воняю?
Старушка рассмеялась.
На этот раз немного дольше.
— Нет, брат Мин. Дело вовсе не в этом. Я узнала не запах вашей одежды. Ваша духовная сущность обладает совершенно особенным ароматом. Я никогда такого раньше не чувствовала. И за пятьдесят лет не могла его забыть.
Я посмотрел на собственную ладонь.
Любопытно.
Внешность изменилась, культивация была скрыта, а особенности нового тела практически полностью замаскированы. Но, похоже, некоторые свойства духовной сущности подделать значительно сложнее.
Впрочем, подобная способность могла оказаться полезной. Или очень опасной в руках врага.
Нужно будет придумать контрмеру.
Я улыбнулся.
— Что ж, придётся учитывать, что меня могут узнавать даже после смены внешности.
Старушка снова улыбнулась, но затем выражение её лица стало серьёзнее.
— Брат Мин…
— Да?
Она немного помолчала.
— Я хотела бы попросить у вас прощения.
Я нахмурился.
— За что?
— За всё, что произошло в Цинтае.
Её голос стал заметно тише.
— Вы были нашим благодетелем. Спасли нас от беды, помогли нашей семье, а мы… — она ненадолго закрыла глаза. — Мы отплатили вам совсем не так, как должны были.
Я некоторое время смотрел на неё.
Похоже, она знала, что во всем виноват Чэнь Вэнь. Знала, и вовсе не собиралась скрывать.
Впрочем, скрывать было бы бессмысленно — кто угодно мог увидеть Чэнь Вэня рядом с разломом.
Я тяжело вздохнул.
— Почтенная Старейшина, не стоит брать на себя чужую вину. Вы лично ничего мне не сделали.
— Но наш клан…
— Ваш клан пережил достаточно неприятностей. Думаю, это можно считать своеобразной компенсацией.
Женщина грустно улыбнулась.
— Я рада, что вы живы.
— Такая ерунда меня не убьёт.
Она посмотрела на меня с некоторым удивлением.
Я пожал плечами.
— В моей жизни случались вещи значительно неприятнее.
На этот раз она не рассмеялась. Лишь внимательно посмотрела на меня, словно пыталась увидеть что-то за пределами обычной внешности.
— Знаете, брат Мин… ещё тогда, в Цинтае, я подозревала, что вы скрываете гораздо больше, чем показываете.
Я слегка наклонил голову.
— Правда?
— Да. Ваша манера держаться, спокойствие, то, как вы разговаривали с людьми, и даже то, как воспринимали опасность… Всё это не соответствовало обычному странствующему культиватору вашей стадии.
Я улыбнулся.
— Возможно, я просто хорошо воспитан.
Старушка слабо покачала головой.
— Нет. Я не знала, насколько вы сильны, но чувствовала, что передо мной необычный человек. Теперь же убедилась в этом окончательно.
Я невольно рассмеялся.
— Не такой уж я и великий.
— Конечно, — согласилась она с совершенно серьёзным выражением лица.
По её интонации было понятно, что она мне не поверила.
Впрочем, спорить я не стал.
Некоторое время мы разговаривали о разных мелочах. Я спросил, как она себя чувствует, давно ли находится в этом доме и кто за ней ухаживает. Она рассказала, что последние несколько лет почти не покидала комнаты, хотя временами ещё могла самостоятельно ходить по двору.
Затем разговор постепенно перешёл к тому, что меня действительно интересовало.
— Почтенная Старейшина, — произнёс я, — Что клан Чэнь забыл в соседнем королевстве?
Женщина немного помедлила и глубоко вздохнула.
— После событий в Цинтае положение нашего клана стало практически безнадёжным. Нас обвинили в пособничестве Демонам, а также в том, что именно по нашей вине город оказался уничтожен.
Я нахмурился.
— Но ведь далеко не все члены клана были причастны к произошедшему.
— Разумеется. Однако кому это было интересно? Для большинства людей оказалось достаточно того, что прежний глава клана оказался связан с Демонами. Вся ответственность легла на нашу семью.
Она немного помолчала.
— Сначала нас лишили прежнего положения. Затем потребовали покинуть земли, которые принадлежали клану на протяжении нескольких поколений. Наши владения конфисковали, а многие старые связи оказались разорваны.
— Почему вас просто не казнили?
Старушка грустно улыбнулась.
— Не знаю…
Я медленно кивнул. Возможно это была благодарность Цзинь Яо, которая заступилась за них. А может Предок клана Цинь решил так отблагодарить их за то, что убили Короля и дали возможность посадить на трон свою марионетку.
Сложно точно узнать причину.
— Понятно.
— Если бы удалось доказать, что весь клан действительно участвовал в заговоре, нас, вероятно, уничтожили бы полностью. Но таких доказательств не существовало. Поэтому в итоге ограничились изгнанием.
Она перевела взгляд на окно.
— Мы потеряли практически всё. Земли, имущество, большую часть накопленных ресурсов. Даже некоторые люди, которые прежде клялись в верности нашей семье, поспешили от нас отвернуться.
Я слушал молча.
— Когда мы прибыли сюда, — продолжила она, — Положение оказалось ещё хуже. Чужие земли, незнакомые порядки, другие кланы. Никто не собирался помогать семье, которая потеряла практически все свои преимущества. Нам пришлось начинать с нуля.
— И как вы справились?
Старушка слабо улыбнулась.
— Благодаря молодым.
Я посмотрел на неё.
— Новый глава клана?
Она кивнула.
— Именно. Сын Первого Старейшины. После смерти прежнего главы именно он принял на себя ответственность за нашу семью.
Женщина немного оживилась, словно воспоминание о нынешнем положении клана приносило ей определённое удовлетворение.
— За эти пятьдесят лет ему пришлось многим пожертвовать. Он отказался от части семейных сокровищ, пожертвовал годами своей жизни и не раз отправлялся в опасные места ради ресурсов, необходимых для культивации. В конце концов ему удалось достичь Формирования Ядра.
Я невольно приподнял бровь.
— Вот как?
— Да. Именно благодаря ему мы смогли закрепиться в этом городе. Теперь у клана снова есть собственные владения, несколько торговых предприятий и определённое влияние среди местных семей.
— Но не всё так хорошо, как хотелось бы?
Женщина медленно покачала головой.
— У нас слишком много врагов. Некоторые не могут простить нам быстрого возвышения, другие хотят заполучить наши ресурсы, а третьи просто считают, что изгнанный клан не должен занимать настолько хорошее положение.
Я задумался.
Ничего необычного.
В мире культиваторов подобное происходило постоянно. Если слабая семья начинала возвышаться, окружающие довольно быстро находили причины, по которым её следовало остановить.
Особенно если у неё появлялись ресурсы, которыми можно было поживиться.
Тем не менее, я прекрасно понимал, к чему все идет.
— Брат Мин… — начала старуха, и в её глазах появилось некоторое смущение. — Я хотела бы попросить вас о помощи.