Забытая жена. Дракон, я ухожу
Глава 1. Комната для посторонней
Глава 1. Комната для посторонней
— Тебе подойдет эта комната? — спросил муж.
Я остановилась на пороге спальни, которую сама готовила для гостей. На кровати лежало новое покрывало, возле окна стояло кресло, а на столике — кувшин с водой и один стакан. Все было так, как я велела устроить еще весной. Только мою дорожную сумку поставили сюда впервые.
— Здесь тихо, — продолжил Арвед. — Окна выходят в сад. Если что-нибудь понадобится, скажи.
Я посмотрела на него. Он стоял чуть в стороне, оставляя мне проход, и ждал ответа. Вчера я еще надеялась, что дома нам будет легче.
— Все хорошо.
— Ты даже не вошла.
— Я знаю, что здесь.
Он убрал руку с дверной ручки.
— Конечно. Прости.
За последние четыре дня он извинялся передо мной чаще, чем за весь год нашего брака. За то, что не узнал у разрушенных Врат. За то, что обращался ко мне на «вы». За неловкость при встрече с людьми, поздравлявшими его с возвращением. Теперь — за то, что предложил мне осмотреть комнату в моем собственном доме.
Я все-таки вошла и сняла перчатки. Их можно было положить на столик или убрать в ящик. От этой ненужной возможности выбирать я растерялась сильнее, чем от его вопроса.
Арвед поднял мою сумку на скамью у кровати.
— Вещи из большой спальни пока не трогали. Я подумал, ты сама решишь, что перенести.
— Да. Спасибо.
Мы оба говорили вполголоса, хотя в доме никто не спал.
Первые дни после его возвращения мы провели у Элсбет. Арвед помнил дом сестры, помнил ее саму, знал, где стоит кресло у камина и как открывается калитка. Там он хотя бы не спрашивал, куда ведет каждая дверь.
Наш дом мы купили перед свадьбой. Еще неделю назад Арвед мог пройти по нему в темноте. Сегодня ему пришлось заново знакомиться с ним, пока я ненадолго ездила в мастерскую. Элсбет показала комнаты и осталась распоряжаться обедом, а он встретил меня внизу и проводил сюда.
— В конце коридора лестница на террасу, — сказал он. — По ней можно спуститься в сад, не проходя через…
Он остановился.
Я видела, как он отвел взгляд к окну, и пожалела, что не кивнула сразу. Тогда ему не пришлось бы второй раз замечать, что он объясняет мне знакомое.
— Я люблю эту лестницу, — сказала я. — Мы из-за нее и выбрали дом.
— Из-за лестницы?
— Из-за террасы. И еще потому, что отсюда до мастерской четверть часа пешком.
— Мне нравится сад.
— Мне тоже.
Он посмотрел на меня внимательнее, словно в этом коротком совпадении могло найтись что-то, за что стоило удержаться.
Я едва не подошла к нему. Хотелось прижаться щекой к его плечу и постоять так, ничего больше не объясняя. Арвед всегда обнимал меня в ответ, даже посреди спора. Иногда сердито, продолжая доказывать свое, и от этого я начинала смеяться.
Теперь между нами было несколько шагов, которые я не решилась пройти.
— Элсбет сказала, ты почти не была в мастерской, — заговорил он. — Если нужно помочь с расходами…
— Там все в порядке. Сабина справляется с обычными заказами. С остальным я разберусь.
— Я не хотел вмешиваться.
— Знаю.
Я сказала это слишком быстро. Он замолчал, а мне захотелось объяснить, что дело не в деньгах. В той сумке лежали рабочие записи, белье и платье, которое я привезла от его сестры. Еще несколько дней назад я собирала ее второпях, чтобы быть рядом с мужем. Сегодня он сам отнес ее в гостевую спальню, и я не знала, как попросить о другом, не заставляя его чувствовать себя виноватым.
— Тебе лучше побыть одной? — спросил Арвед.
Я кивнула.
Он вышел и осторожно прикрыл дверь. Раньше из нашей спальни он так не уходил.
Я сняла плащ, повесила его на спинку кресла и только потом села. Под покрывалом чуть скрипнула кровать. Весной я просила укрепить ее, чтобы гости не просыпались от каждого движения, но заказ так и не сделали.
Все эти мелочи я знала. Мужчину, который только что вышел отсюда, — тоже. А он не знал даже, как мне удобнее спать.
Четыре дня назад я согласилась на это.
Не на отдельную комнату, конечно. Тогда я вообще не думала о комнатах.
Во дворе Врат стояли люди, которых только что вывели из перехода. Кто-то сидел прямо на ступенях, кто-то звал своих спутников. Арвед остался внутри, чтобы удержать проход для последних, и обычный выход закрылся раньше, чем он успел выбраться.
Я стояла за ограждением рядом с мастером Врат. Тот уже объяснил мне, что у хранителя есть аварийный путь. Но дракон, который им воспользуется, потеряет все воспоминания со дня принятия должности.
Арвед служил хранителем три года. Я появилась в этом мире два года назад.
Нашего знакомства, свадьбы и каждого дня после нее больше не будет в его памяти. Мастер сказал это без обходных слов, потому что времени на них не оставалось.
У меня на запястье еще была брачная печать. Эта связь не позволяла открыть аварийный выход, пока я держала ее со своей стороны.
— Таисия, ты слышишь?
Голос Арведа прозвучал так ясно, будто он стоял рядом. Люди у ограждения его не слышали. Я прижала ладонь к запястью.
— Слышу.
— Мне объяснили цену. Я согласен. Разомкни связь.
— Ты точно сможешь выйти?
— Да. Но мне нужна твоя помощь.
Я спросила мастера, не попадет ли под эту цену что-нибудь еще. Дом, другие люди, сам Арвед. Он ответил, что условия не меняются: три года воспоминаний, без возможности вернуть их потом.
— Я здесь, — сказал муж. — Я хочу вернуться.
Я произнесла слова, которым нас научили перед свадьбой. Тогда они казались ненужной предосторожностью. Я не собиралась размыкать связь с мужчиной, за которого только что согласилась выйти.
Линии на запястье исчезли. Я больше не слышала его голоса и не могла почувствовать, жив ли он.
Когда открылась узкая боковая створка Врат, я побежала к ней, не дожидаясь разрешения. Арвед вышел сам. Весь в серой пыли, с разорванным рукавом, но стоял на ногах и разговаривал с мастером.
Я обняла его. Он поддержал меня за локти, отстранил настолько, чтобы видеть лицо, и спросил:
— Вы были в переходе?
Я знала, что он забудет. Все равно ответила:
— Арвед, это я.
Он ждал объяснения.
В гостевой спальне было душно. Я встала, открыла окно и несколько минут простояла перед ним. Внизу садовник собирал в корзину срезанные ветки. У бокового входа служанка вытряхивала дорожный плед. Дом готовился к нашему возвращению, как готовился бы после любой поездки.
Я хотела, чтобы муж жил. Он был жив. Поэтому мне казалось неблагодарным плакать из-за комнаты с хорошей кроватью, собственным умывальником и видом на сад.
Я все-таки заплакала. Сидя боком в кресле, чтобы случайно вошедший человек не увидел лица.
Элсбет постучала через полчаса.
— Можно?
Я успела умыться и убрать плащ. Сумка все еще стояла на скамье.
Сестра Арведа вошла, посмотрела на нее, потом на меня.
— Он сам выбрал эту комнату?
— Спросил, подойдет ли мне.
Она подошла к окну. Убрала с подоконника оторвавшийся лист, который занесло из сада, и некоторое время держала его в пальцах.
— Я сказала ему, что нужно устроить все так, чтобы тебе было удобно. Не думала, что он…
— Он именно это и сделал.
Элсбет положила лист в корзину под столом.
— Таисия, никто не собирался переселять тебя из спальни.
— А куда было переселять его?
Она не ответила.
Я могла остаться в нашей комнате и предложить Арведу гостевую. Могла потребовать, чтобы все вещи стояли на своих местах. От этого он не стал бы человеком, с которым я привыкла засыпать.
— Тебе помочь разобрать сумку? — спросила Элсбет.
— Нет. Лучше скажи, он знает про мастерскую?
— Что она у тебя есть — знает. Я не стала рассказывать за тебя все подряд.
— Спасибо.
Она присела рядом со мной, придерживая юбку.