— Что сдетонирует световую бомбу чудовищной мощности над Эсперией и большей частью Ибериона, — подхватывает Флавия. — Это вызовет тотальный коллапс энергосистемы, моментально выведя из строя системы жизнеобеспечения, связь и вообще любую электронику в округе.

— Так, давайте остынем, — снова влезает Алверон. — Мы не слишком много на себя берём с этими догадками?

— И чем это грозит на практике? — спрашиваю я, пропуская слова Алверона мимо ушей.

Изз смотрит на свои ладони и отвечает раньше рыжей:

— Если он не удержит поток, последствия будут катастрофическими. Я сама пыталась применить нечто подобное: поглотила энергию и направила её, но не смогла совладать с отдачей. Если Арно замахнётся на такой масштаб…

Мы все уставляемся на неё; она не отрывает глаз от собственных рук, медленно поворачивая ладони перед лицом снова и снова.

— Именно так. Выброс энергии при подобном импульсе приведёт к непредсказуемым разрушениям, особенно если он потеряет контроль, — продолжает Флавия. — Одно ясно наверняка: ударная волна сметет любого на сотни метров вокруг, вызовет мгновенную остановку сердца у тех, кто окажется поблизости, порвёт барабанные перепонки и приведёт к смертельным внутренним кровоизлияниям от перепада давления.

— Проще говоря, город осколка превратится в город мертвецов, — подытоживает Умбраль.

— Твою мать, — только и срывается с моих губ.

— Вы реально думаете, что Арно столько лет рвался в верховные комиссары лишь затем, чтобы сравнять Эсперию с землёй? — гнёт своё Алверон.

— Возможно, уничтожение города и не входит в его планы, — Вентия вновь сдавливает пальцами переносицу, — но именно это и произойдёт, если он выпустит силу на волю.

— Само собой, цель в другом. Он намерен завершить проект «Селена», вот только я ума не приложу, как именно, — задумчиво бормочет Изз. Я прямо-таки слышу, как в её голове с бешеной скоростью крутятся шестерёнки. Она издаёт глухой стон бессилия: — Не представляю, в чём суть этой финальной фазы: наклепать ещё больше стражей или… — Она тяжело выдыхает и поднимает глаза на Вентию: — Но я точно знаю, как его остановить.

Глава 34

Изз

ALFA032 хорошо реагирует на сыворотку. Его тело изменилось. Он стал сильнее, и мутация пока не затрагивает его сознание. Наблюдаются аномалии в некоторых аспектах его поведения. Изолируем в LP для изучения эволюции субъекта.

Секретный отчёт проекта «Селена» 0982A

После того как я объясняю, что знаю способ синтезировать нечто вроде антидота, способного лишить Арно способностей, повстанцы переглядываются. Решительнее всех оказывается Катарина: она делает шаг ко мне.

— Ты могла бы разработать его в нашей лаборатории.

— Не знаю… Мне нужны строго определённые условия. У вас есть герметичный бокс?

Катарина поджимает губы и с досадой качает головой:

— Нет, но…

— Исключено. Придётся работать с нексенолом, а это слишком нестабильное вещество, чтобы рисковать им в неподходящей среде.

Вентия наблюдает за нами молча, машинально вычерчивая пальцем круги на столе.

— Поэтому наша цель — Полярная лаборатория? — вмешивается Нил.

— Да, — отвечаю без колебаний.

— Ну всё, нам крышка, — бросает Умбраль.

Вентия тяжело, протяжно выдыхает и несколько секунд не сводит с меня взгляда.

— Ты пыталась проникнуть в Полярную лабораторию?

— Была близко.

— Значит, понятия не имеешь, кто её охраняет, — бормочет Умбраль, хрустя суставами механической руки.

— Я этого не говорила, — парирую я, вскидывая подбородок.

— Там безымянный монстр, которого невозможно одолеть. Очередная тварь твоего отца. — Умбраль снова выплёвывает слова с неприкрытой яростью. — В прошлый раз, когда мы сунулись туда, я потерял половину своего батальона.

— Я больше не стану рисковать своими людьми, — отрезает лидер повстанцев.

— Я знаю, как обойти тварь, — твердо заявляю я.

Вентия вскидывает бровь, но её губы кривятся в полуулыбке с хищным, волчьим оскалом:

— Припрятала туз в рукаве?

— Вроде того.

Она пожимает плечами. Прежде чем она успевает ответить, на её ТПУ настойчиво пищит входящий сигнал. С каменным выражением лица Вентия проверяет терминал и снова поворачивается ко мне:

— Верните им вещи. Воспользуйтесь моментом: поешьте и передохните.

Она делает знак своим бойцам, и те отходят следом за ней. Вентия начинает раздавать приказы. Все моментально приходят в движение, заставляя меня гадать, что стряслось и связано ли это с Арно. С нами остаются только Алверон и Катарина.

Повстанцы организованы куда лучше, чем я предполагала. Их база расположена под землёй, но отлично снабжается, что наводит на мысль: это одно из первых убежищ, созданных сразу после падения Луны. Были поселения, которые так и не ушли в обитаемую полосу, — целые сообщества, верившие, что смогут выжить самостоятельно. Большинство погибло, но это место, хоть и модернизированное, явно относится к тем древним очагам.

Стены зашиты металлом, лампы холодного спектра вспыхивают после секундного мерцания. Не представляю, откуда они берут энергию: сомневаюсь, что у них достаточно технологий для извлечения её из какого-либо лунного осколка, но знать наверняка я не могу.

Нас ведут по узкому коридору, который упирается в дверь с металлическими засовами. Катарина открывает её и жестом приглашает внутрь. Это столовая с небольшой кухней, укомплектованной всем необходимым. Учёная тут же принимается что-то готовить, а её напарник рассаживает нас за стол. Мы с Нилом садимся друг напротив друга. Алверон устраивается рядом со мной — то ли чтобы выдержать дистанцию с другом, то ли чтобы видеть его лицо.

— Сегодня попробуете птиц бездны, фаршированных морозными насекомыми. Моё фирменное блюдо! Пальчики оближете.

При упоминании насекомых я морщу нос, сильно сомневаясь в её обещании. Серьёзно? Насекомые? Приходится напомнить себе, где я нахожусь и кто меня окружает. Мне и самой доводилось питаться горькими кореньями с отвратительным послевкусием.

Я вспоминаю стряпню дедушки. Еда обычно была незамысловатой — кулинария явно не входила в число его сильных сторон, — пока я не подросла настолько, чтобы перенять готовку и начать помогать ему. Вместе мы даже придумали несколько восхитительных рецептов, по которым я теперь скучаю. Арно к новым вкусам всегда оставался абсолютно равнодушен, но меня это никогда не волновало.

Катарина ставит перед нами подносы с бледным мясом. Выглядит оно совершенно неаппетитно, однако, к моему удивлению, пахнет приятно. Настолько, что желудок предательски сжимается от голода. Но стоит вспомнить о насекомых, как аппетит тут же испаряется. Я беру вилку и с подозрением ковыряю волокна.

Нил с куда меньшей щепетильностью отрезает изрядный кусок и отправляет в рот, даже не дав мне рассмотреть начинку. Прожёвывает, пробует на вкус — и распахивает глаза:

— Чёрт, а ведь вкусно.

Я бросаю на него скептический взгляд и присматриваюсь к начинке. На жуков не похоже. Сероватая, отталкивающая масса, которая скользит по мясу с тошнотворной вязкостью. Добытчик тем временем уплетает свою порцию и плотоядно косится на мой поднос.

— Ты это есть собираешься? — спрашивает он, уже протягивая руку к моей тарелке.

— Я пока не решила.

— Советую решать побыстрее, потому что терпением Нил никогда не отличался. Особенно если дело касается жратвы.

— Спокойно, там ещё есть. — Катарина накладывает ещё одну порцию такого же омерзительного вида и садится рядом с добытчиком.

Я продолжаю бороться с брезгливостью ещё несколько минут, пока тишину не разрезает писк ТПУ Алверона. Тот с явным раздражением вчитывается в сообщение от Вентии.

— У нас работа, Ката.

Не говоря ни слова, они поднимаются и оставляют нас в столовой одних.

— Дай ты шанс этой бледной птице. Правда вкусно, обещаю. — Он замирает с вилкой на полпути ко рту.