Риз сделал весьма публичные заявления, но времени на то, чтобы понять, почему и что это значит, не было. Всё, что отвлекало меня, нужно было отложить в сторону.

На данный момент моей целью было смыть с себя усталость от долгого путешествия на корабле, подкрепиться собранными семенами и подготовиться к борьбе за свою жизнь. За жизнь всех нас.

В конце концов, мне нужно было сдержать обещание данное Мере.

Глава 41

Стражи были хорошо известны своей позицией «тишина залог успеха». Неудивительно, что они без единого слова направили нас в комнаты, подготовленные для нашего короткого пребывания. Это не помешало мне задать несколько важных вопросов.

— Как давно вы испытываете эти всплески энергии? — спросила я лысого мужчину в черных одеждах.

— Некоторое время наблюдались волнения, но они были незначительными, — сказал он. — Сейчас мы чувствуем как волна, приближается к Дельфоре. Она достаточно сильна, чтобы разрушить защитные барьеры и системы безопасности.

— Вы видели какие-либо признаки того, что Цума или другие направляются в Дельфору?

Он покачал головой, и, судя по всему, это был весь ответ, который я получила, после чего он поспешно удалился.

— Должны быть и другие уровни защиты, — хриплым голосом сказал Алистер. Его кожа была суше, чем я когда-либо видела, и некоторые участки отслаивались, образуя бледно-голубовато-зеленые чешуйки. — За долиной мертвых.

Риз кивнул.

— Они есть, но благодаря лунному влиянию и накопленной энергии всех династий, они смогут их обойти. Это лунное влияние настолько редкое, что если бы я не слышал о предыдущем от своих родителей, я бы не поверил, что это возможно.

Это напомнило мне, что еще нужно спросить его, была ли эта луна причиной его появления. Впрочем, в другой раз.

— Завтра оно взойдет с новолунием? — спросил Лен. — Это же шестой день, верно?

— Не в новолуние, — коротко ответил Риз. — Если верить прошлым рассказам, на формирование двойника потребуется некоторое время. Я предполагаю, что между полнолунием и новолунием образуется трещина, и тогда на нашу землю обрушится невиданная за тысячи лет сила.

Завтра нам придётся очень точно рассчитать время. И у нас будет всего один чёртов шанс.

— Вполне логично, что мы сможем победить Цуму только тогда, когда она доберется до Дельфоры, — заявила я, обдумывая все факты. — До этого момента она будет скрываться. Между достижением священных земель и предотвращением их действий будет тонкая грань. Что произойдет, если мы опоздаем, и боги восстанут?

Я понимала общую картину конца света, но на этот раз меня интересовали мелкие детали.

Выражение лица Риза помрачнело.

— Если остальная информация верна, то сами боги — это сила, которая не позволяет Смерти восстать, поэтому, если древние найдут путь обратно к разуму, ничто не помешает им прорваться сквозь последнюю преграду.

— А зачем им это? — спросил Алистер, схватив небольшой кувшин с водой, который стоял на столе, и вылил его себе на голову. Облегчение, отразившееся на его лице, только усилило мою тайную тревогу за его здоровье.

— Потому что Смерть — это абсолютная пустота, лишенная жизненной сущности, — коротко сказал Риз, — и боги смогут использовать ее энергию, чтобы очень быстро восстановить всю свою силу.

— Мы не можем позволить им зайти так далеко, — резко выпалила я. — Мы должны помешать Смерти восстать, чего бы это ни стоило.

Чего бы это ни стоило. Слова, которые ни один древний человек не произнес бы с легкостью, но мы находились в критической ситуации. Это был порог катастрофы, способной привести к вымиранию, и мы должны были действовать решительно. Сейчас не время сдерживаться.

— Ангел права, — сказал Риз, поддерживая меня так, как я ещё не привыкла. — Но пока давайте насладимся гостеприимством Стражей. Мы решили восстановить силы и отправиться в путь, используя всю свою мощь в новолуние, так что воспользуйтесь этим. Поверьте мне на слово, вам стоит воспользоваться их душевыми.

Прежде чем кто-либо успел что-либо сказать, он обнял меня за плечи, прижимая к своим мускулистым плечам с правой стороны.

— Скоро мы снова встретимся здесь за ужином.

Ни одно выражение лица не изменилось, наши друзья по-прежнему следовали нашим сигналам, не реагируя на это резкое изменение в статусе наших отношений. Мы с Ризом оказались в одной из самых дальних комнат, которая была маленькой, содержала только кровать и, как я надеялась, вход в ванную. Как только тяжелая дверь закрылась за нами, Риз, не теряя времени, сорвал с меня одежду — на этот раз не разорвав ее. Это было полезно, так как я совсем не хотела идти на эту битву голой.

Желая почувствовать и попробовать его на вкус, я сделала то же самое, снимая с него все, что только можно, пока он не стал таким же голым, как и я. Отчаяние пронизывало наши поцелуи, когда он отступал назад, а теплый каменный пол стал ласкать мои ноги. Мне удалось открыть глаза на мгновение, чтобы увидеть, что эта душевая была спроектирована как дождевая, с теплой водой, уже ниспадающей с потолка на пол и растворяющейся в раскаленных камнях. Из конструкции было очевидно, что лифорина будет непрерывно циркулировать, фильтруясь через камень и песок, прежде чем вернуться к потолку. Я понятия не имела, какую особую магию они для этого используют, но мне нужна была такая на лугах.

Риз провел языком по моим губам, и я совсем отвлеклась от душа, особенно когда наши поцелуи снова стали быстрее и интенсивнее. Прежде чем я успела опомниться, мы уже были под водой, пустынная жизнь пропитывала наши тела, очищая и исцеляя нас. Тихий стон Риза напомнил мне, что он находил удовольствие в воде так же, как и я. Для существ его расы это было странно, как и для моих, испытывать такие чувства, и все же вот мы здесь. Никто из нас не жил по «правилам», поэтому мы так давно и связали наши две расы.

Руки Риза скользнули по моим бокам, а я прижала свои к словам, написанным у него на животе. Древний язык был утрачен, но он его расшифровал.

— Что это значит? — прошептала я, размышляя, достигли ли мы достаточного примирения между нами, чтобы поделиться истинной правдой.

Его взгляд так долго не отрывался от моего, что к тому моменту, когда он поднял руку и провел большим пальцем по моей нижней губе, вытирая капельки воды, я уже вся горела.

— Я скажу тебе, если мы выживем, — пробормотал он. — Считай это стимулом пройти через эту битву.

Обычно от таких вещей я бы пришла в ярость, но почему-то мне хотелось, чтобы это событие стало для меня чем-то особенным. Мысли о будущем, возможно, исчезнут из моего поля зрения, пока я не буду уверена, что оно есть для всех нас, но этот небольшой стимул… с этим я могла бы смириться. А до тех пор нам нужно было просто жить настоящим моментом.

Согнув ноги в коленях, я бросилась на Риза, и он с легкостью поймал меня, просунув руки под мои ягодицы, пока я обвивала его ногами за талию. Прелюдия была уже слишком длинная, поэтому я приподняла тело и расположилась так, чтобы скользнуть прямо на его твердый член. Его член горел, когда толстая головка вошла внутрь, растягивая меня до предела, и я начала жаждать этого прилива удовольствия и боли. Этого возбуждения всех моих нервных окончаний.

Моё дыхание участилось, тело расслабилось, и с каждым постепенным проникновением внутрь становилось всё влажнее. Риз застонал, его терпение иссякло, и, когда он крепче сжал мой зад, он приподнял меня достаточно, чтобы вбить последние сантиметры своего внушительного члена внутрь. Я вскрикнула, запрокинув голову, так что капли воды ласкали моё лицо.

— Прости, Лале, — прорычал он, — я не могу сегодня долго тебя ждать.

Я бы рассмеялась, но не прошло и минуты, как он снова поднял меня и вонзил в меня свой член.

— Ты когда-нибудь медлишь? — выдавила я из себя.

Хриплый смех Риза сменился стонами, когда он ускорил темп. Мы только начали, а жестокие толчки уже сводили меня с ума. Я не могла перестать кричать, жаждая каждого твердого толчка наших тел. Открыв глаза, балансируя на грани оргазма, я увидела, что Риз наблюдает за мной, впитывая признаки моего удовольствия. Это было гораздо более возбуждающе, чем я когда-либо могла себе представить, когда его внимание было так полностью сосредоточено на мне.