Я понятия не имела о том, что происходит в этом мире в наши дни, но было вполне логично предположить, что многие жители пустыни в этой палатке не были моими союзниками. И почти все они могли быть упрямыми мерзавцами просто потому, что были достаточно сильны, чтобы делать то, что хотели. Учитывая это, я была готова к ответной реакции, отказам и спорам, разрешение которых могло занять часы. У нас не было часов.

— Мы голосуем, — сказала принцепс Крани, повысив голос. — Кто согласен с планом Риза, поднимите руку.

К моему полному изумлению, почти все, кого я видела, подняли руки в воздух.

Крани кивнула.

— Это большинство. Вам нужно что-нибудь еще?

— Припасы… — начал говорить Риз, но тут к лидерам подошел знакомый мужчина, практически перебив его.

Зеленый цвет глаз Дарина стал еще более насыщенным, чем во время нашего танца. На нем не было видимых следов травм, полученных в результате произошедшего между ним и Ризом ранее, но, учитывая быстро заживающие раны, это мало что значило.

— Ты чего-то хотел? — коротко спросил Риз. — У нас тут очень плотный график, ведь мы пытаемся спасти эти проклятые миры.

Дарин поджал губы, но промолчал.

— Как принцепс Стражей, я прошу, чтобы мне и моим жителям пустыни разрешили отправиться в это путешествие.

— Нет, — резко произнес Риз, произнеся это слово. — Я доверяю только своей семье. — Он махнул рукой в ​​сторону одного из пленных, стоявшего вместе с остальными в ожидании наказания. — Сегодня ночью на нас напал Страж.

Дарин нахмурился, и его лицо помрачнело.

— Они понесут самое суровое наказание. Но не стоит всех нас равнять под одну гребенку. Рохами тоже заодно с предателями.

Выражение лица Риза говорило о том, что он, в общем-то, надеялся, что Дарин этого не заметит.

— Мы Стражи, — продолжил принцепс, — и, как правило, те, кто стоит между священными землями и остальными мирами. Я больше не подведу вас в этом. Вы не знаете, с чем имеете дело. Мы вам нужны.

Риз резко рассмеялся:

— Я мог бы надирать тебе задницу хоть каждый день, и ты это знаешь. Это не первая моя битва в Дельфоре, и, без сомнения, не последняя. Нам не нужна твоя помощь.

Дарин выругался на их родном языке.

— Священные земли наша ответственность, — повторил он.

Риз покачал головой, и стало ясно, что он не намерен уступать в этом вопросе.

— А что, если я возьму другое судно? — сменил тактику Дарин. — Мы будем держаться позади вашего и выполнять только роль прикрытия. С этим не поспоришь.

Риз хотел этого, но, учитывая, что за ним наблюдали принцепсы и жители пустыни — не говоря уже о метафорическом обратном отсчете, — он, должно быть, решил попытаться быть командным игроком.

— Не мешай мне, — предупредил он Дарина. — А если ты меня предашь хоть каким-то образом, я уничтожу всю твою династию.

После этой угрозы последовало несколько вздохов и шепота, но Риз и Дарин были слишком заняты, чтобы заметить что-либо. В этот момент уже я была готова надрать им задницы, потому что мы зря тратили время на эту бессмысленную перепалку.

— Я принимаю твои условия, — наконец сказал Дарин, разрядив обстановку и повернувшись к рыжеволосой женщине рядом с ним. — Приготовь наш корабль и воинов. Мы немедленно отплываем.

Не взглянув в нашу сторону, она поспешно удалилась, за ней последовали остальные Стражи, присутствовавшие на встрече.

— Встретимся на Ист-Ривер, — сказал Дарин, и, когда наши взгляды встретились, я задумалась, не играет ли этот принцепс со мной в игры.

Он не стал ждать ответа и, шагнув вслед за остальными из своей династии, сказал:

— Вам тоже следует поторопиться. Мы не можем допустить этого.

— Нам понадобятся припасы в доках, — сказал Риз, прежде чем кивнуть в сторону предателей. — И если вы получите какую-либо новую информацию от этой группы людей, передайте сообщение через пески.

— Мы так и сделаем, — пробормотала она, ее розовые губы изогнулись в резкой улыбке. — К тому времени, как я закончу, у них больше не останется никаких секретов.

Это удовлетворило Риза, и нам пора было уходить. Остальные из нас молчали во время импровизированного заседания совета жителей пустыни, и это молчание сохранилось после того как мы вышли на улицу. С усилением теплого ветра я почувствовала, как энергия стала намного сильнее, чем когда мы вошли.

Нам нужно было как можно скорее добраться до этих доков.

Риз привёл нас к северной части Остеалона, к крупнейшим докам, где у нас был наилучший шанс найти быстроходное судно.

— У них уже есть корабль и припасы? — наконец спросила Мера, нарушив молчание, царившее в нашей голове.

К этому моменту мы подошли к стеклянным ограждениям дворов, и охранник у ворот без вопросов открыл их нам. Кто-то уже прислал сообщение, что значительно упростило ситуацию.

— Мы выберем тот корабль, который сочтем лучшим, — сказал Риз. — И я полагаю, что припасы в какой-то момент доставят на борт. — Несмотря на свои прежние слова, он явно верил, что совет Пустынных Земель сдержит обещание.

Когда мы прошли через ворота, охранники в охристых мундирах отдали Ризу честь, традиционно приложив кулак к груди, а затем выставив его вперед. Он ответил на этот жест, и отсюда мы оказались на территории судостроительной верфи с ее песчаной бухтой — более тихим ручьем перед речными системами.

В этот момент Мера окончательно сошла с ума.

— О, мои чертовы демоны! — закричала она, резко остановившись и схватившись за живот.

— Солнышко! — рявкнул Тень, протягивая руку, чтобы обнять её, но она увернулась, прежде чем он успел это сделать.

— Нет, нет, нет, нет, — поспешно ответила она, отмахиваясь от него. — У меня не начались роды, я впервые вижу, как песок движется, словно вода.

Тень, у которого, судя по пульсирующей вене возле виска, случился инсульт, издал такой громкий гул, что сотряс землю.

В этот момент Мера поняла, что напугала свою пару до полусмерти.

— Прости, милый, — прошептала она, отступая назад, чтобы обнять его. — Я поддалась моменту.

Зверь был вне себя от радости и обнимал ее так, словно она была его спасательным плотом посреди песчаных волн.

— Мы встретим вас на корабле, — крикнул Риз, потому что этим двоим, которых вот-вот разлучат в такой опасный момент, явно нужна была поддержка.

Остальные направились к причалу. Охристый и золотистый песок бурлил и пульсировал примерно в метре от нашей платформы. Давно я не видела песчаной реки, и, глядя в бурлящие глубины, я почувствовала нелепое ощущение дома.

— Не хватало этого? — теплый протяжный голос Риза напомнил мне, что именно этот ублюдок украл у меня эту реку. На мгновение мне захотелось толкнуть его туда, но сейчас было не время для мелочности.

— Ни на секунду, — отрезала я, имея в виду, что не скажу ни слова.

Он сразу меня раскусил.

— Лгунья. Когда тебе грустно, радужка вокруг зрачка темнеет и становится темно-розовой. Как бы ты ни старалась скрыть свои чувства, я всегда могу это понять.

Черт возьми. Этот придурок.

— Ты меня больше не знаешь, — огрызнулась я, чувствуя себя загнанной в угол. — Не надейся, что знаешь.

Я отошла, но услышала его последние слова:

— Я знаю о тебе всё, Лале. Абсолютно всё.

Правда это или нет, но главный вопрос был… как, черт возьми, я смогу пережить несколько лун на этом корабле с ним?

Глава 29

Реки Пустынных Земель различались по цвету. Те, что впадали в этот быстротекущий песчаный поток, были охристого цвета, как Остеалон. Когда мы пересекали пристань, направляясь к месту, где ждали большие золотистые суда, я заметила, что шелест и вихри песка внизу становились все сильнее. Обычно эта часть — залив перед реками — должна быть относительно спокойной, но в этот лунный период здесь царила настоящая неистовость.

Украденная Цумой энергия уже будоражила приливы и отливы, разливаясь в глубинах пустыни. Пока мы все смотрели, из песка выпрыгнуло существо, словно пытаясь убежать от его новой ярости.