— Сочетание двух божественных сил в одном ребенке никогда не будет легким, — напомнила я ей. — Ты создаешь жизнь. Существо чистой силы. Будь снисходительна к себе и своему телу, потому что, насколько я понимаю, это чертово чудо.
Трансценденты вымирали как раса, потому что мы редко производили потомство. По крайней мере, сейчас это уже не так. Как я и говорила Мере, этот процесс был сложным, и порой казалось, что миры решили, что мы больше не нужны.
Выражение лица Меры, выражавшее разочарование, смягчилось, морщины вокруг лба и глаз разгладились.
— Да, если так посмотреть, то, наверное, у меня все в порядке. — Она махнула мне рукой. — А теперь одевайся, чтобы я могла увидеть, как ты прекрасно выглядишь.
Усмехнувшись, я выпрямилась и направилась обратно к разбросанным предметам одежды. Я давно не надевала традиционное платье Рохами, но помнила каждую его деталь. Предметы, оставшиеся от прошлого, которым предстояло стать маяками будущего.
Сегодняшний вечер стал первым шагом к новой жизни.
Глава 18
В пустынях большая часть одежды изготавливалась из смеси различных растительных материалов. Несколько предметов приходилось импортировать из других миров, но в основном они научились использовать свои ресурсы для создания мягких и прочных материалов.
Для этого мероприятия я выбрала строгий красный наряд, состоящий из обтягивающих красных брюк, эластичных и плотных, плотно облегающих мои бедра и икры. Поверх них была красная туника до колен с короткими рукавами. Она тоже была сшита из плотной и тяжелой ткани, с золотой вышивкой и огромным черным шаканом на спине. Спереди был ромбовидный вырез, обнажающий часть декольте. В отличие от Меры, после многих лет оттачивания своего тела воина, чтобы свести к минимуму его мягкость, я не была чрезмерно одарена в плане груди. Но в этом конкретном наряде мой размер был идеальным.
Завершали образ черные ботинки, застегивающиеся на молнию выше щиколотки и добавлявшие мне несколько сантиметров роста.
— Так, эта туника мне точно не налезет на живот, — сказала Мера, держа в руках детали своего комплекта. — А для чего остальные вещи?
Взяв браслет с толстыми золотыми звеньями, я сказала:
— Этот надевается на правое запястье, чтобы показать, что у тебя нет пары или что ты не состоишь в отношениях. — Уронив его, я перешла к массивному браслету с вырезанным элементом. — А этот браслет для бицепсов. Неважно, какой именно, он чисто декоративный.
— А это? — спросила Мера, приподнимая какой-то тонкий красный материал.
— Для наших волос. — Я показала, как обернуть его вокруг головы, как ободок, а затем продеть в длинные пряди, собранные в хвост, чтобы остальные волосы свободно спадали на спину.
Мера наблюдала за всем этим с широко раскрытыми от восхищения глазами, а когда я закончила, повернувшись на месте, чтобы показать ей все целиком, она вздохнула.
— С твоим новым огненным цветом ты выглядишь точь-в-точь как…
— Ангел, — перебила я со смехом, поскольку это было ее любимое описание меня.
Она сморщила нос и высунула язык.
— Нет, умница. Я хотела сказать, что ты похожа на богиню огня и света — совсем не похожа на Тень и меня с нашими темными силами. — Она сложила руки, глаза заблестели. — Ты такая красивая, Ангел. Любой мужчина был бы счастлив получить шанс с тобой.
Мое сердце сжалось.
— Спасибо. Твоя поддержка значит для меня всё. Я бы не смогла пережить это перерождение без тебя. — Я была на тысячи лет старше Меры, но временами казалось, что она тот самый камень, на котором я закладываю свой новый фундамент.
— Девочка, я бы буквально не смогла существовать в этом мире без тебя, — сказала она, и блеск в ее глазах засиял. — Когда я думала, что потеряла тебя… — Она замолчала и покачала головой, словно не нашла слов, чтобы это описать.
Я понимала, потому что мысль о потере Меры ранила меня так же сильно. Это было бы сродни потере еще одной сестры. К счастью, этого никогда не должно было случиться, поскольку она могла бы переродиться в Нексусе, и за это я была бесконечно благодарна.
— Мы будем в жизни друг друга очень долго, — сказала я, проводя рукой по длинным шелковистым красным прядям, вплетающимся в мои волосы. — Больше никаких разговоров о смерти. Не сегодня вечером.
Мера кивнула, вытирая глаза.
— Больше никаких разговоров о смерти. Сегодняшний вечер посвящен жизни, и… — Она замолчала, оглядываясь по сторонам. — Мы куда-то спешили? Где, черт возьми, ребята? Я умираю от голода.
Нас было двое, и она была беременна…
— Могли бы и не оставлять тебя голодной, — фыркнула я и наклонилась, чтобы поднять ее колготки. — Но сначала давай посмотрим, налезет ли это на тебя.
Она застонала, но не сопротивлялась, когда я помогла ей надеть брюки, которые, к счастью, хорошо облегали живот. Туника, хотя и была более облегающей, имела застежки по бокам, позволявшие регулировать размер. Часть ее кожи была видна в зазорах на талии, но ей было все равно. Браслет она надела на левое запястье, манжету — на бицепс, и к тому времени, как я поправила ее красный шарф, чтобы обернуть его вокруг ее копны волос, наконец-то пришли остальные, чтобы забрать нас.
Тень первым вошёл внутрь, протиснувшись через вход в палатку и направившись прямо к Мере. Его взгляд скользнул по красному наряду, задержавшись на обнажённой коже по бокам и на том, как её пышная грудь, как и ожидалось, вываливалась из ромбовидного выреза.
— Сегодня вечером нас не будет на ужине, — протянул он низким, хриплым голосом, когда комнату наполнил запах дыма. — У меня другие планы.
По блеску в его глазах было ясно, каковы были эти другие планы.
Но Мера и слышать об этом не хотела.
— Чувак, я потратила целый час, чтобы надеть этот наряд на свою беременную задницу. Я пойду на церемонию. Я съем всю еду. А если ты попытаешься меня остановить, я задушу тебя своим модным шарфом для волос.
Она поймала мой взгляд, подмигнула и снова обратила внимание на Тень, на лице которого читалось веселье.
— А после того, как поешь? — спросил он.
— Ты потанцуешь со мной, — быстро сказала она, — а потом отведешь меня в нашу комнату и сдерешь с меня эту чертову штуку.
— Договорились.
Он сказал это так быстро, что все рассмеялись. Остальные тоже начали одеваться в парадную одежду, не беспокоясь о том, чтобы снять свои обычные ботинки и брюки-карго. Все, кроме Риза, который стоял у входа, его взгляд скользил по моему наряду и задерживался на браслете на моем правом запястье.
Запястье, которое сигнализировало о том, что я не состою в паре.
Его лицо помрачнело, но, прежде чем я успела это обдумать, я отвела взгляд. В эту луну я сосредоточилась на новых начинаниях и развлечениях. Пустынные боги в мои планы не входили.
— Мы уходим через пять минут, — грубо сказал Риз.
Остальные согласно кивнули, и большинство из них, полуголые, вышли из комнаты и направились в свои спальни, чтобы умыться и одеться. Когда они вернулись один за другим, мы с Мерой смогли рассмотреть их всех. И под «всеми» я подразумевала, что мои глаза были прикованы к Ризу, и я не могла отвести взгляд.
Мужская одежда тоже состояла из красных брюк, только у них были брюки с карманами. Их туника была сшита из той же плотной ткани и украшена золотой вышивкой, но вырез был прямоугольным, обнажая большую часть массивных бронзовых мышц груди Риза. Его бицепсы также были видны в коротких рукавах: один был отделан золотой манжетой, а другой покрыт отметинами — татуировками, как их называла Мера, — состоящими из символов этого мира и нескольких, которые я не узнала. Нанести клеймо на кожу этих долгожителей было непросто, но все эти парни нашли способ это сделать.
Я никогда не видела символы Риза вблизи, так как он обзавелся ими после нашего совместного времени, и я старалась не рассматривать их сейчас. Не нужно было показывать, что мое восхищение им по-прежнему сильно. Подняв глаза, я увидела голубые глаза, пристально смотрящие на меня, и, поскольку я не могла погрузиться в эти глубины, я скользнула взглядом по его темным бритым волосам, делая вид, что меня заинтересовала сложная конструкция палатки.
