Черт и Снежинка: не пара?

1

Черт по имени Мартин… Да-да, дорогие мои, именно черт, вы не ослышались. Так вот, черт по имени Мартин сидел на крыше семнадцатиэтажной высотки огромного мегаполиса и с тоской посматривал вниз, размышляя о том, как сложно стало жить в современном мире таким, как он.

- Ну, вот, смотри, - говорил, с тоской смотря в небо, где красовалась желтая луна. Собственно, с ней и общался. – Раньше было куда интереснее и веселее. Девицы собирались на рождественские гадания. Можно ж было и припугнуть, самому повеселившись. Особенно, если в зеркале с рогами появиться. Или хвостом невзначай замахнуться. А сейчас, что? Гадать им некогда. Бегают по кабакам, стыд весь потеряв. Мужей не в зеркалах выискивают, а все больше через знакомых знакомятся. Да и не о любви мечтают и в девках, о ужас, не боятся засидеться. Делают сперва эту, как ее, карьеру. Слово-то тьфу ты!

- Черт…

Разнеслось совершенно неожиданно над крышей…

- Черт, - повторил приятный женский голосок. И явно несовременной девицы…

Подскочив на ноги Мартин завертел головой. Мерещится? Кто-то в этот мир, как и он, попал? Но не все могут проходить сквозь порталы и время…

- Черт побери… - выдал в третий раз голос.

- Кажется, зовут меня, - обронил вслух Мартин, в следующее мгновение подрываясь с места и бросаясь в ту сторону, откуда ветер принес голос.

Современный мир. Скучный. По сути своей. Развернуться нечисти и негде. Всюду отыскиваются объяснения происходящему. То ли дело – средневековье. Да даже, пусть не самое средневековье. Век так…

Самого себя Мартин остановил, обнаружив, что… И не средневековье… Сказка? Вот в сказках давно не бывал. Как-то выжили из тех всю нечисть. Ну, еще бабу Ягу привечают. Кощея. А чертям… Чертям не место.

2

За окном замка, холодного и пустого хороводом кружили снежинки, медленно опускаясь на землю. Такую же холодную. Зима в этом году снежная, морозная. Как раз для нее, Снежинки. Да, она тоже снежинка.

Да-да, сама настоящая Снежинка. Когда-то давно решившая, что может быть, как обычный человек. Которая ради любви решила стать этим самым человеком. А потом… Потом сказка закончилась. Очень быстро. И она осталась одна в огромном замке. Пустом и холодном. Слишком огромном для одного человека…

Из года в год к Рождеству наряжала елку, украшая ту игрушками из папье маше, атласными бантами и парафиновыми свечами, сваренными собственноручно. С последними, правда, приходилось быть очень и очень осторожной. В прошлом году едва не случился пожар. Не досмотрели, когда свеча стала догорать.

Крепя очередную игрушку, Снежинка тихо вскрикнула:

- Черт!

- Миледи, что с вами? – с беспокойством прозвучал вопрос старой экономки.

Единственная живая душа, оставшаяся со своей госпожой, когда все остальные тихо исчезли, не желая оставаться с той, которая вдруг оказалась в немилости. Только потому, что… Цветом волос не вышла! Ну, не может Снежинка быть рыженькой. Не лиса же она, в самом-то деле!

- Ничего страшного, - поспешила заверить маленькая хозяйка большого замка и снова… - Черт! – вскрикнула громче.

- Миледи, - экономка, оказавшись рядом, взяла свою подопечную за руку. – Вы укололись, - произнесла вслух. – Как же так, - укоризненно покачала головой. – Пальчики теперь болеть буду. А ежели колечко надевать придется…

- Не Спящая красавица, не усну, - отдергивая руку, заметила Сненжинка, напомнив, - У холодных льдин не бывает крови. Они всего лишь льдинки. Просто немного больно и неприятно. И колечко надевать некому, не хуже меня знаешь. Лучше бы к Снежной Королеве отправилась, там, хотя бы, не узнала, что такое предательство. И что значит терять всех тех, кто тебе дорог.

Боль послышалась в словах молоденькой леди. Тяжелый вздох вырвался из груди старой экономки.

- Зачем вы так о себе, миледи? – сокрушенно покачав головой, тихо спросила. – Всему свое время. Раз ушло, значит не ваше было. Ваше придет. Терпения только набраться надо. Давайте я вам принесу горячего травяного настоя.

Последние несколько лет её старались отогреть. Или правильнее наверно будет сказать – согреть. Только не помогало. Летом еще немного в себя приходила. А вот зимой… Даже растопленные камины не помогали. И таять не таяла. И согреваться не согревалась. Застыла в каком-то непонятном, своем мире.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Обидно вдруг стало за себя. Усевшись на пол, дала волю слезам. Благо, не слышит никто. А экономка пока со своим взваром вернется…

3

Грохнувшись на пол каменный, Мартин спешно осмотрелся, в том числе и себя окинув взглядом. Где он? В сказке? Кажется, да. Туда ветром звездным несло, чувствовал. Вид… Вид на половину чертяжский, на половину…

- Хоспади… - раздалось чуть в стороне. – Раньше хоть в чем мама родила появлялись, а теперь невесть что пялят на себя.

Резко обернулся, замирая во всей своей красе. Дама давно явно не девица. Откуда здесь. Хотя, да, о чем это он. В замке же. Наверняка люд живой обитает. Но вот странность, увидев его, крик не подняла, как должно бы быть. Крестясь только, дальше пошла. Оглянулась, правда, где-то на пол пути. Увидеть, что хотела?

Убедившись, что не видит больше никто, облик человеческий принял, хвост-рога спрятав для большей надежности.

Тихо ступая по каменному полу замка, заглянул в одну из комнат.

На полу сидела девица. В шикарном платье. Не носят такие по нынешним временам. Ну, по крайней мере там, где он обитал последние пару столетий… А вот сказочные принцессы…

Но если принцесса – почему сама елку украшает? И на полу расселась? Прислушавшись, чертыхнулся. Про самого себя. Да, черти в свой адрес тоже иной раз выражаются. По крайней мере, в современном мире прообитав не одно столетие, точно.

- Рыдаешь чего? – поинтересовался, останавливаясь перед девицей.

- Что? – мгновенно слезный поток остановив, но все еще всхлипывая, рыжеволосая красавица, подняв голову, замерла в недоумении. – Ты кто?

Перед ней – мужчина. Нет, конечно мужчина, раз в штанах. Вот только штаны странные. Точно не из их земель. Не такие мужчины носят. И поддерживаются… странный пояс. Со светящейся (невозможно такое!!!) пряжкой. Это где ж умельцы такие водятся? И вставлено что? Свеча? Так ведь и полыхнуть может.

С опаской чуть отодвинулась от нежданного незнакомца.

- Я то – черт… - произнес совершено спокойно Мартин.

- А может ругаться не будешь? – выдало очаровательное создание, не торопясь подняться на ноги.

Нравилось ей, что ли, на холодном каменном полу сидеть. И почему даже не застелен тот ничем? Что за хозяин такой, женщин своих не бережет, - мысль мелькнула у рогатого. Тьфу ты, уже как человек и думать начал. Когда б беспокоиться за кого стал?!

- Это я-то ругаюсь? – удивился Мартин, присаживаясь перед девицей. – Я тот, кого ты так усердно звала. Аж несколько раз. Я чуть с крыши многоэтажки не упал. Думал, мерещиться начало.

- Откуда?

Недоумение на красивом личике незнакомки позабавило. Слегка. Странно. Но Мартину совершенно не хотелось довести её до истерики. Как раньше не раз случалось. Нет, не с ней, с другими барышнями. Принять бы сейчас свой исконный облик…

- Черт, - ругнулся, медленно выдыхая. – Ладно. Мартин – мое имя. Меня чего звала?

- Снежинка, - представилась, видимо. – И не звала я никого, - подскакивая на ноги, заверила девица. – Я елку украшала, уколола палец. Вот и всё.

4

- Уколола палец трижды? – с сомнением прозвучало уточнение Мартина. – Носки, что ли штопала, что иголкой по пальцам тыкала? – и вопрос неожиданно язвительным получился. – Ладно, не дуйся, - добавил совершенно неожиданно. – А то потоп здесь устроишь. Спасай тебя еще.

А был бы против? – самому себе задал вопрос. -Странно, но… По нраву пришлась девица. С чего бы вдруг? Или так сказывается одиночество прошлого мира? Не с кем было и словом нормальным перекинуться. Ему. Черту. А тут как к себе домой попал. Еще и ель. Наряженная.