Не надо быть прорицательницей, чтобы понять, про кого говорила Марта.

- Или как, - выдохнула Олеся осипшим голосом.

- Эй, детка, с тобой всё хорошо?

- Нет. Жарко что-то стало, - по-легкому съязвила Олеся, пытаясь прийти в себя.

Он звонил Марте?

Правда, звонил?

- Жарко – это отлично! Превосходно. А вот ещё жарче тебе должно стать в пятницу. То же время и то же место. И, Лисичка, давайте уже без меня. Я тебя полюбила с первого взгляда. Вот пусть и Тойский полюбит. Вы будете шикарной парой. А сваха я никакая - быстро сдуваюсь.

- Марта, какая сваха? О чем ты… Я овдовела девять месяцев назад, - налет радости от предстоящей встречи немного притупился упоминанием о браке.

- И что? Девять месяцев прошло, не дней же! Даже не недель. Учитывая то, как ты жила.

- Я с тобой больше никогда в жизни не буду пить.

- Да куда ты, милая, денешься! Заеду на днях. Сегодня точно не получится. А вот завтра или послезавтра заскочу. Целую.

- Тоже.

Леся прервала связь, а потом ещё долго смотрела на погасший экран.

Неделя пролетела незаметно.

Столько навалилось, что Олеся думала: не сдюжит. Не вытянет.

Сдюжила. Вытянула.

Проверка оказалась не единственной. Никита, сволочь, спустил на неё всех кобелей. Одну за другой. Олесе тоже пришлось идти на поклон. Хорошо, что в окружении Вадима были и приличные люди.

Почти…

- Олеся, ты же понимаешь, что я не всегда смогу помогать? Дружба с Вадимом для меня многое значила, но его, к сожалению, с нами больше нет.

- Понимаю. Один раз… Пожалуйста.

- Ник донимает?

Олеся едва сдержалась, чтобы не поморщиться вслух.

Неужели так заметен нездоровый интерес пасынка к бывшей мачехе?

- Есть такое дело. К сожалению.

- Олеся, я приторможу его на месяцок. Максимум – два. Дальше – сама.

- Спасибо большое.

Ей хотя бы немного выдохнуть. Собраться с мыслями, а дальше она обязательно что-нибудь придумает.

Не бывает безвыходных ситуаций.

Надо будет – ещё на поклон сходит. С неё не убудет.

Кафе она никому не отдаст! И не позволит одному зажравшемуся засранцу разрушить её планы!

Олеся собиралась бороться.

Жизнь с Вадимом многому её научила. Выживать – в том числе.

Последний год отставной генерал много пил. Его здоровье сильно пошатнулось, и, как не кощунственно это звучит, но лишь благодаря слабости Белова-старшего у Олеси появилась квартира и кафе. Подарки… За что – лучше не вспоминать. Дарственные, на которые никак не мог претендовать Никита.

От остального она отказалась сама, прекрасно понимая, что Ник в лепешку разобьется, но отсудит у неё всё имущество отца. Откровенно говоря, и сам Вадим не спешил делать жену богатой вдовой.

- Перебьешься, - сказал он как-то.

Олеся не претендовала ни на что. Из двух зол она выбрала меньшее. Опять же, за годы с Вадимом ей удалось скопить немного денег. Наличными. Карты Вадим контролировал, поэтому она еженедельно снимала небольшие суммы, переводила их в евро и прятала. Олесе до сих пор не верилось, что никто их не нашел.

Везение.

Были ещё драгоценности. Тоже подаренные Вадимом в последние годы. Безумно дорогие, с паспортами. Олеся их сразу же еще до похорон отнесла в банк. От греха подальше… Предчувствие её не подвело, потому что Никита сразу же после похорон пришел в дом и начал рыскать по сейфу, громко матерясь и что-то громя в кабинете.

Олесе не было дела до того, что там происходит – она собирала вещи.

Поэтому кое-какой финансовый запас у неё имелся. Деньги почти на исходе, на взятки и обновление интерьера кафе, на рекламу ушло почти всё. Крайний случай – драгоценности.

Но это совсем крайний…

Она всё же надеялась, что до них дело не дойдет.

Сегодня пятница, а, значит, у неё свидание.

С самого раннего утра она нервничала. Ночью спала тоже беспокойно, переживала.

Марк захотел с ней увидеться. Сам…

Что это могло означать? Что она ему понравилась? Что ему интересно?

Леся обрывала себя. Какие глупости лезут в голову…

Да, ей двадцать пять, и она уже вдова, но всё, что касалось отношений мужчины и женщины, для неё темный лес. Она, как слепой котенок.

Раньше ей казалось, что она больше никогда не позволит к себе прикоснуться. Одна мысль о сексе вызывала у неё стойкое отвращение. Её передергивало. Кто бы знал, как она радовалась импотенции Вадима. Неправильно? Грешно? Не по-христиански?

Любого, кто попытался бы её осудить, Олеся без зазрения совести послала бы далеко и надолго.

И всё же она согласилась на предложение Марты. А потом ещё.

И вот третья встреча, инициатором которой выступал мужчина.

Олеся опасалась думать о последствиях. Пока для них обоих – ведь это так, да? – эти встречи были некой игрой. Никто никогда не узнает про их встречи.

А к чему они приведут… Да ни к чему.

Олеся уткнулась головой в подушку.

Нечего гадать и думать. Надо приводить себя в порядок. Пусть Марк и не увидит её лица, она хотела выглядеть безупречно.

Поэтому заранее записалась в любимый салон. После тяжелой недели ей не помешает немного расслабиться. Арина сегодня допоздна, за «Весту» можно не волноваться.

Всё будет хорошо.

От спа-процедур Олеся решила не отказываться. Пусть её кожа будет идеально бархатистой. Визажист поработал над макияжем. Его тоже Марк не оценит, и всё же… Волосы она ещё месяц назад выпрямила с помощью кератина, теперь их лишь напитали маслами.

Олеся осталась довольна собой и тем, как она выглядит. Неброско, но привлекательно. Осталось выбрать наряд.

Она не переставала улыбаться, рассматривая одежду на вешалках. Он её не увидит, а она готовится так, словно они идут ужинать в ресторан. Для Олеси имел значение психологический настрой, потому ей и важно знать, что она если не безупречна, то удовлетворена своим образом.

Поэтому остановилась на джинсах, белой майке и кожаной куртке. Образ дополнят туфли на высокой шпильке.

Почему бы и нет?

За полтора часа до назначенного времени она была готова.

Заправив волосы с одной стороны за ухо, Олеся посмотрелась в зеркало в последний раз.

Подмигнула и повернула ночной замок на двери, открыла и… сразу почувствовала, как её схватили за плечи и фактически заволокли снова внутрь квартиры.

Она даже закричать не успела. Рыпнулась, но ей зажали рот.

- Тихо, моя хорошая, тихо.

Олеся сразу же узнала голос, да и запах тоже.

Никита.

Чертов гад, видимо, поджидал её на площадке. Или так совпало, что он появился перед её дверью в тот момент, когда она выходила.

Но его действия… Его хватка…

Это был перебор.

Олеся не стала дальше вырываться, замерла. Силы не равны.

Главное – без паники.

Он её сейчас отпустит… Обязательно отпустит…

Она крепче сжала одной рукой сумочку, вторую руку подняла и вцепилась в мужскую ладонь, попыталась отодрать её ото рта. Олеся всем видом показывала, что нет причин для того, чтобы и дальше её удерживать.

- Куда собралась, сучка? – горячее дыхание опалило шею, и Олесю едва не передернуло от омерзения.

Никита превышал её и по росту, и в комплекции в целом. Даже на каблуках она ему была в районе плеч. Драться с ним – не выход. В голове Олеси промелькнула мысль, что можно использовать шпильки. Хорошо, наступит она ему на ногу, а что дальше?..

В чужом дыхании Олеся уловила алкогольные пары. Никита выпил, прежде чем пойти к ней. А вот это уже совсем плохо.

Разговаривать с ним, когда он пьяный, у неё не получалось. Очень быстро мужчина терял контроль над собой, становился неуправляемым.

- Что молчишь? Сказать нечего? Так ты мне всё равно скажешь, дорогая!

Он, противореча своим же требованиям и продолжая зажимать ей рот, размазывая блеск для губ, нещадно расплющивая их, прижал Олесю сильнее к себе. Девушка сделала небольшой шаг назад, невольно прильнув к мужской груди спиной.

В Белове-младшем её раздражало всё: голос, запах, как он двигался. Само его присутствие рядом вызывало сильнейший дискомфорт. А прикосновения… Тошнота подкатывало к горлу.