Я хочу занять своё привычное место, справа от шефа, но в моменте мешкаю, не решаясь подойти. Из-за отсутствия Майкла всё кажется каким-то неправильным. Ощущение, что он должен с минуты на минуту ворваться в кабинет с серьёзным лицом, поворчать на начальство и занять своё место, полностью погрузившись в изучение материалов. Но его стул уже занят другим красивым мужчиной с сильной аурой.

Как только мысли о нём начинают мелькать в моей голове, Рейнольд переводит глаза на меня и вопросительно изгибает бровь, явно не понимая моего замешательства. Замечаю, что все уже заняли места, оставив моё пустовать, поэтому медленно выдыхаю и присаживаюсь рядом с шефом, всё ещё ощущая его пристальный взгляд.

– Что мы знаем о пропавших? – спрашивает Рейнольд, наконец переключив внимание на работу.

– Женщину зовут Дафния, двадцать пять лет, временно не работает из-за проблем в семье, – отвечает Томас, включая проектор и подключая к нему ноутбук. – Девочку зовут Мелисса, пять лет, является ребёнком первой пропавшей.

Мелисса? Почему это имя кажется мне таким знакомым?

«Меня зовут Мелисса, и мне пять лет!»

«Простите, она вам не помешала?»

Нахмурившись, поднимаю взгляд на экран и рассматриваю снимок: на ней девушка с светло-русыми волосами и в лёгком платье держит на руках маленькую девочку, которая смотрит в объектив фотокамеры, широко улыбаясь. У обеих необычные, но при этом прекрасные ярко-голубые глаза, светящиеся от счастья.

Это действительно они!

Громко охнув, резко подскакиваю со своего места и судорожно рассматриваю фотографию вновь и вновь.

– Эмили? С тобой всё хорошо? – слышу низкий голос шефа, который приводит меня в чувства.

– Простите, я просто удивилась, что ребёнок настолько мал, – неловко мямлю, садясь обратно.

Все удивлённо смотрят на меня, а Роза, сидящая рядом, в знак поддержки сжимает мою руку, тепло улыбаясь. Рой первый выходит из ступора и, прочистив горло, продолжает обсуждение.

– С девушкой всё понятно, но почему он решил и девочку похитить?

– А ты видел её внешность? Она худенькая, волосы светлые, – перечисляет Томас, хмуро рассматривая фотографию.

– Но это же просто ребёнок! – восклицает Розалина.

– Подобному ублюдку не важно, кого убивать. Ему лишь нужно пустить чью-то кровь, – с отчётливым холодом в голосе говорит шеф и откидывает папку с документами на стол, скрещивая руки на груди.

Помещение на мгновение погружается в тишину, позволяя каждому осмыслить полученную информацию. Рой что-то быстро и тихо печатает в своём ноутбуке, явно собирая важные данные. Розалина тихо вздыхает, смотря на снимок лучезарной малышки. Томас для сравнения демонстрирует на проекторе фотографии других жертв, скорее всего мысленно всё же надеясь, что исчезнувшая прекрасная пара мамы и дочки не относятся к нашему делу.

Не сумев справиться с бушевавшим внутри интересом, я слегка поворачиваюсь к новому шефу.

Рейнольд, откинувшись на спинку стула, внимательно смотрит на настенный экран. Одна рука покоится на подлокотнике, другую же он подносит к лицу. Большим пальцем держится за подбородок, а костяшкой согнутого указательного пальца медленно водит по своим губам, с задумчивым прищуром наблюдая за мелькавшими на экране снимками жертв.

Почувствовав на себе взгляд, шеф, словно хищник, медленно поворачивает голову в мою сторону. Чёрные омуты в приглушённом свете кабинета кажутся ещё ярче. На по-мужски красивом лице совершенно нет эмоций, а в глазах отражаются фотографии жертв, демонстрированных на проекторе. В этом есть некий жуткий шарм, будто он не расследует дело, а сам является безжалостным убийцей, рассказывающий взглядом свою историю. От одной только подобной мысли тело покрывается мурашками.

Рейнольд слегка наклоняет голову и убирает руку от лица, намереваясь что-то сказать, как за пределами конференц-зала слышится странный шум, похожий на чью-то ругань.

Когда шум не прекращается через несколько минут, шеф не выдерживает и направляется к выходу, по пути недовольно бросив:

– У нас тут следственный отдел или обезьянник?

Мы все переглядываемся и одновременно встаём, следуя за ним.

В коридоре один мужчина придерживает за плечо худенькую женщину в возрасте, а второй стоит перед ними и недовольно, с некой усталостью смотрит на ту. Она продолжает плакать и что-то им говорить, но из-за нарастающей истерики разобрать слова становится проблематично.

– Что тут происходит? – звучит грубый голос Рейнольда, словно раскат грома, заставляя всех замолчать.

– Мистер Браун, приносим извинения за шум, – говорит, если не ошибаюсь, Алан, продолжая держать женщину. – Мы сейчас же выпроводим её.

– Мне задать вопрос ещё раз? – шеф смотрит на них с мелькнувшим на секунду раздражением.

Мужчины переглядываются и мысленно размышляют, стоит ли доставлять проблемы новому шефу. Алан кивает, на что Ричард устало проводит рукой по волосам.

– Гражданка ворвалась в отдел и требует встречи с группой, которая занимается поиском её пропавших родственников.

После его слов, Розалина всё же не выдерживает и подходит к ним. Одним взглядом приказывает Алану отпустить женщину и отойти, на что тот сразу же сдаётся. Роза аккуратно обнимает её за хрупкие плечи и прижимает к себе.

– Что у вас случилось? – мягко спрашивает она.

– Моя дочка с внучкой пошли гулять утром и до сих пор не вернулись, – сквозь слёзы отвечает женщина. – На звонки не отвечают. Понимаю, что должно пройти некоторое время после пропажи, но они всегда связываются со мной, беспокоясь за моё сердце. Я, как никто другой, чувствую, что с ними что-то случилось!

Роза сильнее прижимает её к себе, успокаивающе поглаживая по спине.

Неожиданно Рейнольд делает пару шагов назад и оказывается рядом со мной. Скрестив руки на груди, он наклоняется ближе, не отрывая взгляда от женщины.

– Посмотри на её глаза, – тихо говорит шеф. – Они не кажутся тебе знакомыми?

Я внимательно смотрю на старушку, сканируя её от и до. Она обладает небольшим ростом и худощавым телосложением. Седые волосы собраны в аккуратный низкий пучок, и в целом внешне женщина ничем не выделяется на фоне остальных, не считая её прекрасных глаз редкого голубого оттенка. Смотря в них, в памяти тут же всплывает такая же небесная красота на детском личике.

– Прошу прощения, – говорю, привлекая внимание немного успокоившейся женщины, – как зовут пропавших?

– Дочку зовут Дафния, а внученьку, самого милого ребёнка – Мелисса.

Мы все тут же переглядываемся, удивлённые совпадением. С одной стороны, мы можем сказать, что обязательно найдём их в целости и сохранности, но в нашем деле обещать подобное крайне опрометчиво. Стоит лишь раз ошибиться, и ты станешь козлом отпущения, который не смог справиться с такой, во взглядах большинства, простой задачей. Ложные надежды ещё никогда не приносили пользу.

Пока я мешкаю с ответом, Розалина берёт всё в свои руки.

– А вы, случаем, не знаете, куда они собирались пойти или же какие места часто посещают? – аккуратно интересуется, без остановки поглаживая ту по плечу.

Женщина сначала с грустью качает головой, и мы уже ожидаем новый поток слёз, как вдруг её взгляд меняется. Она нервно лезет в сумку и достаёт из неё телефон, протягивая нам трясущимися руками.

– Бывший муж Дафнии – нездоровый человек, от которого неизвестно что можно ожидать. Она постоянно беспокоилась за дочку, поэтому установила на телефон приложение, чтобы отслеживать её местонахождение, – рассказывает бабушка, нажимая на нужную иконку. – И мне тоже его установила, так сказать, для большей безопасности.

Рой тут же подходит к ней, аккуратно забирая телефон. Быстро изучив приложение, он кивает собственным мыслям и, вернув устройство владелице, скрывается в конференц-зале, почти сразу же возвращаясь с ноутбуком и подходя к нам с шефом.

– Телефон Мелиссы включён, но его местонахождение не менялось уже несколько часов, – тихо, чтобы слышали только мы, сообщает парень, показывая монитор. – И оно вам не понравится.