Она расскажет отцу, что сначала нужно крепко ухватиться за похожую на спинной плавник рукоятку сверху тарана и за вторую в задней части, после чего хорошенько размахнуться и врезать по цели. Если дверь деревянная, она сразу развалится. Если металлическая, всего-навсего прогнется. Впрочем, у четвертого агента было еще ружье, заряженное специальным патроном «шок-лок», разносящим вдребезги замок.

Они поднялись на седьмой этаж, агенты сняли куртки и рубашки, надетые поверх тяжелых пуленепробиваемых жилетов с керамическими пластинами в области сердца. Карен отдала ключ агенту с брезентовой сумкой. Тот уже достал ружье — «ремингтон» с трехдюймовой полоской металла, прикрученной к стволу. Скопом двинулись к семьсот восьмой квартире.

Первый и второй номера встали справа от двери, держа в поднятых руках пистолеты «беретта». Агент, который должен был войти третьим и всех прикрывать, держал в руках автомат МП-5. «Ремингтонщик» вставил ключ в скважину и повернул. Дверь не обратила на него внимания. Тогда он поднял ружье и приставил металлическую полоску к тому месту, где ригель входит в дверную коробку, ствол застыл точно в трех дюймах от замка. Агент обернулся и посмотрел на Бердона и Карен. Бердон кивнул. Грохнул выстрел, первый номер ударил всем телом в дверь и ворвался в квартиру, за ним последовали второй и прикрывающий. Карен, у которой звенело в ушах, тоже выхватила «беретту», ожидая в любой момент услышать выстрелы.

Фоули сказал, что выбор зимних пальто в этом магазине совсем дерьмовый, если, конечно, ты не едешь кататься на лыжах или охотиться. Бадди возразил, что некоторые куртки совсем не плохо смотрятся. Фоули тогда заметил, что здесь даже шерстяных перчаток нет. Бадди поинтересовался, а чего он, собственно, ожидал, они ведь во Флориде. А Фоули ответил, что он, собственно, ожидал увидеть длинные пальто, иначе зачем они сюда приехали? Частично он злился из-за того, что чувствовал себя полным идиотом в пляжном костюме цвета детской неожиданности, носках и сандалиях. На обратном пути Бадди констатировал, что, похоже, одежку придется купить на севере, скажем, когда они переедут реку и переберутся из Кентукки в Цинциннати, штат Огайо.

— Погоди! — воскликнул он вдруг. — Я знаю нужное нам место.

Они свернули с девяносто пятого шоссе на проспект Халландейл-Бич и уже через минуту подъехали к еврейскому секонд-хэнду.

— Вылитый магазин Армии Спасения или Святого Винсента де Поля, только еврейский. Здесь найдем все, что нужно, — объяснил Бадди.

Плакат у входа гласил: «БОЛЕЕ 3000 НОВЫХ ПОСТУПЛЕНИЙ ЕЖЕДНЕВНО». Они миновали отдел домашних принадлежностей, забитый кроватями, бюро и прочими товарами — от телевизоров до тостеров и вафельниц, — быстро прошагали через секции детских и женских товаров — черт возьми, норковая шуба всего за восемьсот баксов! — где толпа покупателей жадно рылась в грудах одежды, беспрестанно лязгая металлическими вешалками. Ага, вот и мужской отдел — горы костюмов, курток, даже фраков и, конечно, пальто, причем фасон некоторых вполне удовлетворял Фоули.

Первым он снял с вешалки двубортное, темно-синее. Без брюк, в сандалиях и носках он выглядел смешно, но сразу почувствовал, что это — его вещь. Немного приталенное, не прямое, пальто будто само его выбрало…

Потом он выбрал темно-синий же легкий двубортный костюм с ярлыком «Брук Бразерс». Костюм ему тоже приглянулся. Рукава чуточку коротковаты, но это не страшно, лучше чуть короче, чем с длиной переборщить. Брюки вообще подошли идеально и даже почти не блестели на заднице. Интересно, кто носил их раньше? Фоули искренне надеялся, что жизнь этого человека удалась. Он внимательно рассмотрел себя в зеркало — костюм поверх пляжного наряда — и в целях достижения максимального эффекта выбрал белую сорочку с короткими рукавами и галстук, в рисунке которого преобладал темно-синий цвет. Снова подошел к огромному зеркалу, ожидая увидеть в нем серьезного бизнесмена или администратора.

Сейчас он точь-в-точь походил на парня, только что освободившегося из тюрьмы — видел такого в кино, еще лет двадцать назад. Стив Маккуин в роли Дока Маккоя. Да… В принципе неплохо. Он встал вполоборота к зеркалу и выставил вперед бедро: фотография Джека Фоули после дерзкого побега из тюрьмы. Потом он представил себе Клайда Барроу в надвинутой на один глаз шляпе, и вдруг перед его мысленным взором возникла Карен Сиско — сначала в короткой юбке, когда она вылезала из багажника «шевроле», потом в джинсах и розовых туфлях. Если бы она увидела его в этом костюме… Полутемный бар. Они смотрят друг на друга…

Подошел Бадди. Серое двубортное пальто «в елочку».

— Что скажешь?

Фоули одобрительно кивнул.

— Всегда мечтал о таком пальто, — поделился Бадди. — Но к нему нужна шляпа. Мне нравятся шляпы.

Фоули спросил, на кого он похож, Бадди подумал чуть и ответил:

— На биржевого маклера.

Затем Фоули примерил фрак — просто так, чтобы посмотреть, как будет в нем выглядеть. А Бадди заявил, что он похож на официанта, причем сильно пьющего, которого постоянно выгоняют с работы. Два взрослых мужика веселились как дети, меняя наряды.

В квартире они обнаружили одежду, пару новых туфель, продукты и напитки в холодильнике: апельсиновый сок, диетическую пепси-колу в полугаллонных пластиковых бутылках, пиво в упаковках по шесть банок.

— Только пиццу не трогайте, — предупредил Бердон. — Бадди должен вернуться, и мы его будем ждать. Один — здесь, в квартире, и кто-нибудь с рацией — внизу, в холле. Карен, позвони в полицейское управление Халландейла, попроси, чтобы сюда прислали тихого, непритязательного криминалиста. Пусть снимет отпечатки пальцев с дверных ручек, стаканов на кухне, пустых бутылок, со сливного бачка в туалете. Скажи, чтобы использовали обычную машину, а не полицейскую. Наверняка пришлют молоденькую девчонку, мечтающую стать офицером полиции. Кстати, что-нибудь из вещей тебя заинтересовало? Может, видела что-то?

— В прихожей в шкафу висит плащ. Раньше он принадлежал Глену Майклсу. — После некоторой паузы она добавила: — Фоули одолжил его, чтобы снять перепачканную рубашку.

— Которую, в свою очередь, стащил с надзирателя, ударив того по башке двухдюймовой доской, — продолжил Бердон. — Значит, он здесь жил или еще живет. Я предпочитаю последнее. Побыстрей бы покончить с этим делом… Карен, ты включена в мою группу. Не волнуйся, с твоим боссом я все улажу. Потом поговорим о переводе в Бюро.

Карен ничего не ответила, только кивнула и позвонила в местную полицию. Потом еще раз обошла квартиру — хотела увидеть следы пребывания здесь Фоули, хоть что-нибудь, подтверждающее, что он здесь жил.

Еще раз осмотрела туфли — темно-коричневые мокасины десятого размера, абсолютно новые. Скорее всего это туфли Фоули, потому что стоят у дивана рядом с парой кроссовок «Найк» того же размера и тоже новыми — правда, кроссовки пару раз явно надевали. Две пары туфель в шкафу в спальне выглядели поношенными, а следовательно, принадлежали Бадди. В гостиной она заметила журналы «Спортс илластрейтед» и «Нейшнл инквайрер» и пачку газет «Майами геральд» и «Форт-Лодердейл сансентинел» за всю неделю — с понедельника, когда состоялся побег, по сегодняшний день, то есть по пятницу. В «Геральд» она нашла фотографию Фоули и попыталась сравнить ее с лицом человека в пляжном костюме, с которым столкнулась на Коллинз-авеню. Если это был Фоули, значит, он сидел прямо здесь — снимал кроссовки и надевал сандалии. Сильно рисковал, решив повидаться с Адель. Впрочем, он не меньше рисковал и тогда, когда бежал из тюрьмы. Недостатком храбрости Фоули никак не страдает… Может, пляжный наряд — это своего рода изощренная шутка, маскировка, потому что в обычных обстоятельствах он бы ни за что на свете не вырядился туристом. Полчаса, проведенные с ним в темном багажнике, продемонстрировали Карен его абсолютное хладнокровие. Такие ребята не носят оранжево-желтые пляжные костюмы и сандалии с носками…