Он жуткий тип, да-да.

Хотя, неправда.

Игнат Следак весьма привлекательный мужчина, с крепким телосложением и жгучим взглядом. И этот взгляд обещал Глаше повторение, как только они останутся наедине.

Возможно, поэтому Глаша и не спешила уезжать домой. Или по той причине, что ей нравилось здесь, в деревне. Где было уютно, спокойно, по-домашнему тепло. Где ее радушно принимали, как родную.

Однако уезжать нужно. В городе ждали дела, работа. Необходимо было встретиться с адвокатом, нотариусом, чтобы решить важные вопросы по наследству.

Занозова считала, что все это слишком рано. Дядь Пашу только-только похоронили, а они с Крокодилихой уже делят его накопления. Не хотела Глаша такого. Не нравилось ей все это.

— Чего грустишь, малышка? — почувствовал ее настроение Игнат.

Белье уже было развешено. Можно возвращаться в дом, завтракать. Бабуля уже испекла пирожков и булочек. И обалденный аромат стоял на всю округу.

Глаша даже не стала сопротивляться, когда Игнат ее обнял. Наоборот, вздохнув, прижалась щекой к его груди, а руками обняла за талию.

— Переживаю, — призналась она.

— Не нужно. Все будет хорошо, — пообещал Следак.

Глаша вновь вздохнула. Нет, она категорически не хотела возвращаться в город. Пусть там и ждали любимая работа, привычная суета и рутина. А все равно ей нравилось здесь, в тишине, поближе к природе и искренним гостеприимным людям.

Игнат потянулся в карман джинсов. Глаша слышала, как звонил его сотовый. Отступила, чтобы дать мужчине спокойно переговорить. Он хоть и в отпуске, но все равно занятой человек.

— Раз готовы сотрудничать, инструкции передаст мой человек, — уже совсем другим тоном, сухо и официально, проговорил Игнат в трубку.

Девушка пыталась не вслушиваться в беседу. Это ведь не для ее ушей. Но голос собеседника был знаком, а потому Глаше было до жути интересно. К тому же Следак не отпускал ее, все еще обнимал одной рукой, поглаживал ладонью по ее спине, нахально, то и дело, опускал ладонь ниже. Аглая даже забыла, что можно и шлепнуть засранца по наглой конечности, потому что ловила каждую фразу из мобильного.

Разговор оказался коротким. А потому любопытство Аглаи начало грызть ее с удвоенной силой. Хотелось выведать подробности.

— Что он хотел? — не выдержала и потребовала ответов, когда Игнат вернул телефон в карман.

— Сотрудничать в рамках следствия, — улыбаясь, ответил Игнат.

— Значит, следствие ведется? — уточнила девушка.

— Да, утром поступило распоряжение, начальство исполняет, — кивнул Следак. — Не волнуйся, дело передали моему другу майору Киряеву. Официально я же в отпуске. Но все будет отлично. Саня уже работает.

— Я хочу помочь!

— Не нужно. Там и без нас справятся.

— Игнат!

— Нет, Глаша, — он покачал головой.

— Мне нужно быть там, понимаешь?! — вздохнула Занозова и сморгнула одинокую слезинку.

Следак не собирался идти у нее на поводу. Глаша это видела.

И считала несправедливостью.

— Ладно, но ты никуда не влезаешь, поняла?! — сдался мужчина и взглянул на экран телефона. — У нас есть часа три-четыре. Успеем добраться.

Глаша бросилась обниматься. Было немного страшно, но жутко любопытно. А еще, она не капли не соврала. Ей нужно собственными глазами посмотреть в лицо человеку, погубившему ее единственного родственника.

***

На даче у Пал Палыча было непривычно людно. Никаких машин с мигалками или полицейских. Зато туда-сюда сновали рабочие в форменных комбинезонах. Старшим во всем этом хаосе был статный усатый мужчина, который вел странную беседу с новоиспеченной вдовой полковника Занозова.

— Поскольку вся эта земля теперь принадлежит мне, — говорила Люсиль, обмахиваясь веером, а за ее спиной топтался адвокат, — я приняла решение. Нужно все здесь снести.

— Вам повезло, работы можем начать уже утром, — кивал прораб.

— Я не хочу вникать во все нюансы, уважаемый, — скривилась женщина. — Вот ключи от дома. Все ценные вещи я забрала. Главное, чтобы вы успели по срокам. К осени здесь должен стоять новый фундамент.

— А через неделю новый забор и ворота. Успеете? — вмешался в разговор адвокат.

— Будем стараться, — хмыкнул мужчина и подбросил связку ключей в ладони.

Адвокат Стрелкин подхватил любовницу под локоток и повел к машине. Строители тоже не стали задерживаться на участке. Обсудив все детали, решили вернуться утром уже со всеми необходимыми инструментами и техникой.

Дача полковника Занозова вновь погрузилась в тишину. Палящее летнее солнце жгло с утра и до вечера. Все кустарники, деревца, цветы увяли без полива. Да и вообще, участок выглядел заброшенно и даже жалко.

Со стороны соседей, где проживала вдова академика Петра Трубодурова, наоборот, кипела жизнь, а сад утопал в зелени. И не сразу можно было разглядеть темно-зеленое платье старушки, мелькнувшее за забором.

***

Ночи на территории дачного поселка были примерно одинаковыми. Тихими, спокойными. Изредка тишину нарушал лай пса.

Или, как сейчас, звук шагов по гравийной дорожке. А после — едва слышный металлический лязг.

Небыстрый, размеренный, даже грузный. Этот звук почти сливался с фоном загородной жизни вдали от цивилизации.

Кто-то методично копал землю, орудуя лопатой по ту сторону выкрашенного ограждения. А тонкий луч фонаря плясал в такт каждого движения, вырывая из темноты то ровный ряд дощатых перегородок, то раскинувшиеся по участку вишневые деревья.

Работа шла медленно, с долгими паузами. И в какой-то момент даже могло показаться, что раскопки продлятся до самого утра.

Тяжелый протяжный выдох ознаменовал завершение работ. Раздался стук деревянного черенка о камни. Кто-то уронил лопату на землю. Послышалось шуршание пакета.

И следом — скрип отодвигающейся доски на заборе.

— Доброй ночи, Амалия Марковна, — незнакомый голос звучал вкрадчиво, но вызывал страх. — Что же вы одна, да такие тяжести тягаете? Разрешите помочь.

— Не разрешаю! — прошипела старушка. — Я на моем участке. Имею право делать все, что вздумается.

— Имеете. Пока ваши деяния не противоречат Уголовному кодексу, гражданка Трубодурова, — подметил следователь.

***

Аглая все еще находилась в состоянии легкого шока.

Однако сейчас было не до вопросов. Девушка просто слушала все, о чем говорилось по ту сторону стекла.

Следователь Киряев вел допрос задержанной. Игнат находился рядом с Аглаей. Не вмешивался. По всем документам Следак был в отпуске, да и дело официально вел не он. Майор позволил присутствовать, за что и Глаша, и Игнат были ему весьма признательны.

Вмешиваться было нельзя. Но вопросов имелось тьма. В конце концов, именно Занозова и Следак вышли на след убийцы.

Хотя, убийцей худощавую старушку было назвать сложно.

Но как иначе назвать человека, лишившего жизни троих? Так что, да, Амалия Марковна была убийцей.

— Рассказывайте дальше, Амалия Марковна, — спокойно и невозмутимо говорил Киряев, методично записывая все ответы Трубодуровой.

— Мой муж был ужасным человеком. Монстром! — поджала губы бабуля. — Я ни о чем не жалею. Туда ему и дорога!

— Куда именно? — уточнил майор. — Давайте по порядку, Амалия Марковна. Труп опознан. В заключении экспертизы сказано, что ваш муж Трубодуров Петр Олегович скончался в результате отравления тем же ядом, что и ваш сосед полковник Занозов. Вы химик по образованию.

— Отставим лирику, товарищ майор, — скривилась бабулька. — Да, я отравила мужа. Он умер быстро и без страданий. А вот я терпела его всю жизнь! Страдала столько лет! Что касается Пал Палыча, это был несчастный случай.

— Угу, он совершенно случайно съел пару ложек отравленного варенья, — усмехнулся Игнат зло.

— Расскажите подробнее, как именно вы убили мужа? — продолжил следователь по ту сторону стекла, в допросной.

— Каждую субботу он выпивал с приятелем. Я все рассчитала. Он должен был просто сесть в машину и уснуть. Но в тот вечер все пошло наперекосяк, — горько вздохнула Амалия Марковна. — Он повздорил в другом. Пить они не стали. Петя ходил по нашему саду и злился. Деревья эти свои любимые опрыскивал. Он всегда их ценил больше меня! Я решила, что лучшего времени не придумать. В опрыскиватель добавила уникальный состав. Петя умер практически мгновенно, когда тот проник к легкие. Дело было к вечеру. У меня оставалась вся ночь впереди, чтобы выставить все, как несчастный случай. Но его друг-идиот вернулся, чтобы помириться. Я начала его умолять, просить о помощи. Он помог, конечно. Выбора у него не было, если честно. Мы решили, что Петеньке будет уютно под его любимыми вишнями. Сейчас, конечно, ясно, что прятать труп вплотную к соседскому забору крайне плохая идея. Но в тот день я была сама не своя. Давление подскочило.