– Кто это, Митрич? – прохрипел Александр, видимо связки тоже пострадали – Опять мозгоклюев привёл ко мне? Сколько раз тебе говорил, хватит таскать этих ученых задохликов ко мне. Нет от них толку.

– Нет, Саша, они хотят поговорить для начала.

– Поговорить? – усмехнулся майор – Ну поговорить, это завсегда пожалуйста. Говорите уже тогда, что встали?

Я попросил оставить нас с Александром вдвоём подождал пока Меджнун с заведующим выйдут, взял стул и подсел к кровати. Прежде чем начать разговор внимательно посмотрел бывшему военному в глаза. Тот взгляд не отвёл и с минуты мы смотрели друг на друга. Глаза зеркало души, это знают по всей вселенной. Так вот, мне понравился этот человек. Прямой, бесстрашный, упорный, бескомпромиссный, честный и преданный. Вот что я увидел в его глазах. И он не сдался проклятью, а боролся, поэтому и жив до сих пор. Такие энергетические пьявки высасывают человека насухо очень быстро. Только сильные одарённые могут сопротивляться им, ну или люди с железной силой воли. Семён, когда рассказывал о нём говорил, что врачи дают ему полгода жизни. Но врачи ошиблись, он прожил бы ещё долго. Только вот жизнью такое существование не назвать.

– Меня зовут Виктор Александрович Медведев. Я снял с себя родовое проклятие намного сильнее чем ваше. Могу снять и ваше. В замен прошу пять лет службы моему роду в качестве телохранителя, водителя и члена команды разломщиков.

– Я не знаю ни вас, ни ваш род‑ задумчиво проговорил майор, но видно было что у него появилась надежда в глазах – и хочу предупредить сразу, если я соглашусь, то выполнять приказы, идущие в разрез с моей честью, я не буду.

– И не придется, я не отдам таких приказов – улыбнулся я – так что, на таких условиях договоримся?

– На таких, да, считайте, что уже договорились. Когда вы хотите снимать проклятье?

– Да прямо сейчас, у меня очень мало времени. Мне вы нужны были в строю ещё вчера.

Глаза у бывшего военного расширились, он хотел было что‑то сказать, но я уже позвал Меджнуна.

– Усыпи его, мне нужно, чтобы он лежал не подвижно‑ лекарь кивнул и Александр обмяк на койке, так и не успев ничего сказать. А я приступил к лечению. Активировал свой дар и с помощью энергетического зрения, любезно предоставленного мне Картаной осмотрел тело пациента. М‑да. Парит разъелся, запустил свои отростки во все внутренние органы и крупные сосуды, опутал источник и даже добрался до мозга, к счастью, пока только начал опутывать сверху, не запуская свои жгутики внутрь.

Работы очень много. Меджнун как мы с ним тренировались предоставил мне полный доступ к своей силе и дару и я, орудуя его силами как лазерным скальпелем для начала выжег самого паразита пока он не понял, что происходит и не попытался убить майора, а затем начал удалять вс щупальца и отростки‑жгутики. Заняла процедура два часа и отняла все силы и опустошила почти все накопители манны, что я планировал использовать в эфирном мире.

Но результат стоил того. Пока я отдыхал, отвалившись на спинку стула и думал, что неплохо бы что‑нибудь съесть, а то желудок съест меня, Меджнун залечивал внутренние повреждения и заполнял тело Александра лекарской энергией. Думаю, без проклятья он быстро должен восстановится. Но в ранге он, конечно, просел очень сильно за эти годы. Думаю, сейчас он примерно ранге на седьмом. Но это не страшно. Наберёт форму и быстро восстановит всё.

В этот момент в палату постучали и после моего «Войдите» в внутрь заглянула женщина в возрасте и в белом халате.

– Вам ничего не нужно, господин? – спросила она, – а то вы долго тут уже, может быть, помощь какая требуется?

– Спасибо, любезная – ответил я – Помощь не требуется, а вот поесть очень хочется. Можем организовать еды?

– Да, конечно, господин – затараторила она – Столовая, конечно, уже закрыта, но наверняка там что‑то осталось от обеда, да и ужин наверняка уже готовят больным, сейчас я сбегаю.

И действительно, сбегала, потому что через пять минут она прикатила тележку с двумя подносами, заставленными всякой едой. Пюре, котлетки, квашенная капуста, несколько тарелок с борщом, стаканы с компотом и груда сдобных булочек. Я накинулся на еду так, как будто не ел несколько дней. И с большим трудом заставил себя оставить хоть что‑то Меджнуну, понимая, что тот сейчас не менее голодный чем я. Он как раз закончил с лечением Александра. Уже вдвоём мы быстро доели всё, что нам принесли.

Немного прийдя в себя, я отправился в кабинет заведующего и сообщил тому, что излечение прошло успешно и я хочу забрать моего нового сотрудника к себе в поместье. Заведующий, а звали его Иваном Дмитриевичем, обрадовался и удивился одновременно, но сказал, что просто так отдать мне Александра не может. Для начала ему нужно собрать комиссию хотя бы из трёх врачей, что бы она установила отсутствие проклятия, затем необходимо чтобы Александр заполнил кучу бумаг, для того чтобы покинуть это место. Я сразу же пожалел, что не взял Антона с собой. Они с Игорем закончили расследование в Горно‑Алтайске и планировали возвращаться в Москву. Расследование, кстати, привело всё к тому же Крутому, главе местных бандосов. Следователь что вел дело о гибели моих родителей работал на него. И работал давно и плотно. Что ж, этим займусь уже я сам, но позже. Ребят я попросил собрать всю информацию по этой банде, с чем они и справились. Отчет я получил вчера и велел отправляться назад в Москву, продолжать копать по делу о нападении на род.

Обо всем этом я раздумывал, пока Иван Дмитриевич, организовывал комиссию и проверял отсутствие проклятия. Александра пришлось разбудить, ему сообщили что проклятья у него больше нет, и он с очумелым видом подтвердил наши с ним договоренности и принялся подписывать кипу бумаг, что секретарша заведующего принесла буквально сразу после того, как комиссия закончила его осмотр.

В общем в итоге, застряли мы в Новосибирске до семи вечера. И только, когда последняя подпись была поставлена, нам разрешили уехать. Александр к этому времени уже довольно уверенно сидел на кровати, но встать, а тем более ходить сам ещё не мог. Пришлось позаимствовать у хосписа инвалидное кресло‑каталку. Точнее я его просто выкупил за двести рублей. Брать на время, чтобы потом специально его сюда везти не видел смысла. Правда в задержке были и плюсы. Мы с Меджнуном поужинали. Съели по три порции. Иван Дмитриевич явно не воровал и кормили в его хосписе просто выше всяких похвал.

И вот, наконец загрузив ещё не до конца, поверившего в происходящего Александра в наш минивэн, мы наконец двинулись обратно. В машине бывший майор немного пришел в себя и попросил рассказать по подробнее, в чем будут заключаться его обязанности.

– Как я уже и говорил, телохранитель, водитель и член группы разломщиков. Более подробно смогу ввести в курс дела, когда дашь мне личную клятву верности. На пять лет, конечно, и поклянешься не разглашать информацию, что узнаешь за время службы.

– Конечно, господин – начал было Александр, но я его прервал.

– Так! Стоп! Ещё одно, прекрати называть меня господином. По крайней мере в приватной обстановке. Зови Виктором, ну или как у вас в армии было принято, командиром. И давай уже на ты.

– Хорошо… Командир – кивнул удивлённый в очередной раз бывший военный, ничего привыкнет. Я же привык, наверное. Но это не точно.

Александр уже было хотел начать приносить клятву, но я его остановил и дал свой вариант.

Опять удивлённый майор произнёс те слова, что хотел я, и глаза у него расширились ещё больше, когда вначале его клятву, а затем и мою ответную подтвердил звёздный вихрь. Далее я ввел нового сотрудника в курс дела. Слушал он молча, только глаза его всё увеличивались и увеличивались, я уж начал опасаться не лопнули бы.

– Так что охранять ты будешь в первую очередь мою сестру, и поместье заодно, ну, когда восстановишься. Мне в ближайшее время придется поездить немного. Нужно найти новое место для поместья. Жить в развалинах на огрызке от бывших родовых земель я точно не буду, ну и Рытвин не тот город, где может себе позволить обосноваться княжеский род.