Намёк настолько прекрасен, что имеет смысл попробовать им воспользоваться. Впрочем не удивлюсь, если и два других представителя Великобритании по-своему мутят воду. Простой пример: каков будет размер контрибуции, востребованный Наполеоном через Шампиньи? С Австрии, например, Франция получила 75 миллионов гульденов, что соответствует шести с хвостиком миллионов фунтов стерлингов. Спрашивается какую сумму французы затребуют с британцев: стопятьсот мильонов или аж целых десять-двенадцать? И какими объёмами в этом же вопросе будет оперировать Александр? Впрочем, пусть великие мира сего сами определяют как стричь аглицкого барана, а у меня всё продумано по-своему. Думаю, что весной всем всё станет известно, главное такому сюси-пусику, как я, чтобы наконец-то наступил мир во всём мир. А то кое-что уже нахапано и хотелось бы этим попользоваться, то бишь, переварить, как удав.

Переговоры велись с учётом приоритетов, имеющихся в данный момент. Александр Первый узаконил прихватизацию Ганноверского курфюршества и отказ от него британской правящей династии. Зато из аглицких колоний его конкретно интересовала лишь одна потому что ко многим другим Россия не была пока готова. С учётом того, что особых военных действий русские не провели (кроме захвата некоторых торговых судов эскадрой Сенявина), то и на какие-нибудь солидные репарации не претендовали. Под десятилетний контроль российский император взял лишь два графства: Корнуолл и Девоншир, в первую очередь из-за портов с верфями, а значит и с соответствующими специалистами. Ну и медь с оловом, которыми богат этот регион лишними не будут, как и шерсть.

Французский император больше интересовался тем, чтобы породниться с Габсбургами, а также усилить свой военный флот. Поэтому непосредственно собирался контролировать не только столицу, но и южные графства. Он хотел чуть ли не все британские колонии, но мало иметь здоровый аппетит, которому следует соответствовать. Поэтому ограничивался самыми сладкими на его взгляд, не распыляясь на мелочи. С учётом того, что переговоры вёл Шампиньи, а не Талейран, складывалась специфическая картинка, отличающаяся от русской или от позиции королевства Эсте. А если учитывать планы Наполеона по новому обустройству Италии, то рук у корсиканца на всё просто не хватало.

Мой подход давым-давно обдуман и особо заморачиваться не пришлось, поэтому именно мы с лордом Грэем первыми передали образец прелиминарного соглашения в Лондон. Приятно, что кабинет министров ничего особо не имел против, поэтому предварительный мирный договор между Великобританией и королевством Эсте был завизирован англичанами. Лишь в начале марта примерно такие же нагибаторские предложения поступили британцам от французов и русских.

Не обошлось без некоторых эксцессов, особенно когда французский император вздрючил своего министра иностранных дел за размер контрибуции. Точнее, когда он узнал о размерах, затребованных Александром и мной.

— Мсье Шампиньи, почему вы указали сумму меньше, чем даже король Эсте?

— Ваше величество, но она и так велика, в полтора раза больше чем мы получили от Австрии. Кто же знал, что англичане согласятся уплатить его величеству Денису Первому…

Бедолаге министру было невдомёк, что я разменял несостоявшийся налёт Ревельской эскадры на Индию в обмен на проплату половины возможного дохода от «индийского похода». Шампиньи видимо понял фразу «на милость победителя» излишне буквально и решил проявить своеобразное благородство за счёт казны своей страны. Ясен перец, что регент Георг и премьер-министр обрадовались, увидев предварительную сумму контрибуции в пользу Франции в размере лишь десяти миллионов фунтов стерлингов. В то время, когда «король-заморыш» согласился ограничиться пятнадцатью миллонами взамен на другие уступки со стороны лимонников. Князь Куракин начал с сорока, но в итоге после долгих торгов согласился на тридцать миллионов аглицких тугриков. Как-никак это 150 миллионов новых рублей или 300 миллионов в старых ассигнациях (которые, правда, уже отменены).

Слава богу, что разногласий между нашими тремя странами не возникло, хотя великие британцы очень на это рассчитывали, проведя свой манёвр со сдачей впрок. Честно говоря, они потеряли намного меньше, чем если бы продолжили войну и в этом сказался их прагматичный подход. Заодно уцелели как страна, а не были расколоты, потеряв всю свою небольшую армию. Когда-то в 1815 году, союзники собирались разгромить французскую армию полностью, после чего разделить Францию на части между собой. И лишь оставить Иль-де-Франс французскому королю, якобы беспокоясь о судьбе Европы. Мол, новый Наполеон во Франции не возникнет, коли от неё остался хрен да маленько. Увы, планы не сбылись, так как маршал Груши увёл находящуюся под его командованием треть армии в Францию, вместо того чтобы подставить под удар союзных сил при Ватерлоо. А там где имеется шестьдесят тысяч всегда соберётся и двести тыщ, если родину захотят раздербанить. Одно дело воевать «за Наполеона» и совсем другое биться за свою страну.

Так что бритосы поступили мудро, просто сдавшись на условия противников. Деньги они заработают потом и компенсируют всё что сейчас вынуждены потратить. Зато нет вытоптанных полей, разрушенных жилищ, а Уэльс, Шотландия и Северная Англия не отпочковались от Лондона. Даже колонии можно будет вернуть за десятилетия, хотя бы часть, заодно послав интересы португальцев и им подобных куда подальше. Зачем нужна Ямайка (которую заберут русские), если эти же русские с каждым годом увеличивают свой сахарный экспорт, а значит отнимают европейский рынок всё больше и больше. И кому через десять-двадцать лет будет нужен ямайский сахарный тростник?

Англичане согласились никуда не лезть в течении ближайших десяти лет, а заниматься лишь внутренним обустройством. Да, флота почти не будет, но может это и к лучшему? Наверняка последуют новые изобретения и всё равно нынешние корабли устареют, а значит деньги на их строительство будут потрачены зря. Зато восстановлена торговля и вскоре будет отменена континентальная блокада. Попутно продовольствие пошло в страну, где люди уже голодают всерьёз.

Пикейные жилеты не могли обойти стороной столь интересное событие, поэтому собрались у меня, чтобы поточить лясы на соответствующие темы.

— Денис Дмитриевич, может всё-таки следовало ограбить Индию силами Ревельской эскадры? — поинтересовался Ланской.

— В данном случае, Степан Сергеевич, я получил несколько дополнительных миллионов синиц в руках не гоняя флотилию на год с лишним в дальние дали. Да и торговлю нужно вернуть к прежнему довоенному уровню, а для этого пока нужна охрана.

— А какую часть военного флота британцев вы взяли в трофеи?

Пришлось раскладывать на пальцах, что ревельцам добавил лишь один стопушечный линкор, да и то ради понтов. За десять лет он устареет морально, кроме того на верфи в Бристоле достраиваются ещё два таких же.

— Вы это здорово придумали, — оценил Строганов, — забрать под своё крыло не только Южный Уэльс, но и Бристоль. Странно, что вам это позволили, а те же англичане признали сей захват.

— Не так всё просто, Павел Александрович. Графства Гламорган, Монмутшир и Эйвон будут под моей властью лишь до середины 1820 года. Да, сейчас я не плачу с них налоги и управляю по своему усмотрению, но потом буду обязан вернуть эту территорию Великобритании. Кстати подконтрольные России графства Корнуолл и Девоншир на тех же правах подконтрольны лишь в течении десяти лет, а потом их следует вернуть.

Про французские оккупированные владения мы беседу не вели, ибо своих конфеток хватало. Те же английские колонии пусть корсиканец нямкает, если не подавится. Россия удовольствовалась Ямайкой, причём лишь для транзитно-торговых целей в Вест-Индии. Мне вообще ничего не нужно, так как больше пекусь о будущем Гонконге, которым собираюсь совладеть вместе с Россией. Эскадра в Макао идёт, а Гонконг находится в том же заливе, просто он ещё пока так не называется.