Тёмные держали оборону лишь в одном месте, возле передвижного дома на колёсах, который скорее напоминал огромную боевую колесницу. Там было не меньше сотни тёмных, которые успели объединиться и занять круговую оборону.

Ладно, надо помочь внезапным союзникам. Расен… Тьфу ты. Уно-Нова сорвалась с ладоней вихрящимся сгустком. Влетела аккурат в центр строения. Через миг я наблюдал, как огромное колесо в два человеческих роста пролетает над лагерем.

От маленькой крепости остался лишь горящий остов, защитников разметало в разные стороны, а дрендские бойцы тут же набросились на них со всех сторон, не давая второго шанса. На этом я решил, что моей помощи достаточно.

Полетел обратно к Зениту. И вот меня не было всего пару минут, а здесь уже всё с ног на голову перевернулось. Апол успел сделать ещё два захода. Не таких эффективных, как первый, но зато эффектных. Половина второго радиуса пылала золотом и зеленью. Улицы, дома, площади и даже стены.

Магия душ встретилась с магией мёртвого бога, и их столкновение не оставляло шанса ничему вокруг. Горело буквально всё, и даже сам Апол. Дракону тоже прилетело, пылало зелёным правое крыло и брюхо.

Бог тут же сообщил, что подчинённое ему вместилище перестаёт нормально слушаться команд.

— Прошу разрешения принять нематериальную форму и продолжить сражение, — запросил он.

— Да щаз! Иди утопись в реке.

— Исполняю.

Нематериальную форму он хочет принять. А дракона кто потом спасать будет? Нет уж, пусть попробует сбить пламя водой, пока повреждения не стали критическими. Без дракона мне этот божок и даром не сдался. Тем более Иха его не любит, а она гораздо полезнее сама по себе.

Когда долетел до Башни, последние ворота уже успели взорвать, явно подложив под них что-то мощное. Подготовились, ублюдки.

Тёмные пробивались ко входу в Башню. По бокам прямо на площади из-под земли вылезло несколько стационарных крупнокалиберных турелей. Они били по нападавшим перекрёстным огнём, не жалея боезапаса.

Но это также была древняя и практически бесполезная кинетика. Мощности хватало, чтобы сбивать бегущих с ног, выбивать из рук щиты, сминать броню, но не более. Я успел разглядеть с десяток тел, нафаршированных металлом. Они лежали на земле и стонали, не в силах пошевелиться. Но тёмная энергоструктура оставалась нетронутой, спириты были живы и, самое главное, они выживут и дальше. Если их не добить, тела регенерируют физические повреждения без труда.

Турели могли убить либо совсем слабаков, либо при очень удачном для нас стечении обстоятельств. Например, когда внутри черепа свинца становится больше, чем изначального содержимого.

Я долетел до Башни, развернулся и выдал с двух рук залп энергосфер. Две плотных грозди расчертили пространство от входа до ворот сотнями распухших взрывов, разбрасывая несущихся навстречу врагов.

Камнем упал вниз, аккурат перед распахнутыми створками ворот. Над головой ударили языки зелёного пламени, резонирующая волна докатилась и до меня. Мерзкая магия. Мне от неё буквально захотелось блевать, но на энергетическом уровне.

Тесак описал широкую дугу, разом разрубив двух ближайших тёмных. Кровь широким полукольцом залила белый камень площади, очертив радиус, который не стоит переступать. Но конечно же, никто меня не послушал.

Дальше началась стадия «либо справимся, либо нет». Бой перешёл в решающую фазу. Остатки макина и оборонительных сооружений бились с врагами. Я стоял перед входом в Башню, как последний рейд-босс, и встречал подступающих врагов сталью и молниями.

Четверг подтягивал остатки охраны, так что периодически мне помогали новые роботы, впрочем, их самих хватало ненадолго.

Как бы парадоксально это ни звучало, но вся эта навороченная электроника и автоматика лажала. Несмотря на весь технологический прогресс, оборона Башни Искателей была самой отсталой по меркам Логоса. Даже дуговые пушки, стреляющие то ли плазмой, то ли молниями, жрали колоссальное количество энергии. Те залпы, что нам удалось произвести — заслуга исключительно заранее заряженных внутренних накопителей.

Магия спиритов на голову била технологии прошлого.

Проблемой оказались колдуны Шисайда. Эти били мощными площадными заклятиями, заливая всё вокруг своим мерзким пламенем. Даже его отголоски странно влияли на меня. Прямых повреждений вроде бы и нет, а тело всё равно становилось ватным.

Терялась связь с энергетической составляющей, алая молния, которую я применял чаще всего, стала похожа на тот первоначальный вариант, который я освоил ещё во времена свалки. Позор, да и только. Хотя энергии в ядре при этом хватало.

В какой-то момент мне пришлось уйти из прохода, а ворота закрыть. Потому что основание Башни горело целиком. Металлическая обшивка плавилась и слезала, обваливалась. Кто бы ни строил это место, он явно знал толк в безопасности, потому что внешняя часть здания была многослойной стеной.

От поражения нас спас Дренд. Вот без шуток. Отряды торговцев добрались до Зенита и вступили во второй бой, ударив в спину уже основным силам тёмных. Это позволило мне самому выжить, когда напор атакующих ослаб.

Сконцентрируй они все свои силы на мне, никакие фокусы и ухищрения бы не помогли. Но я продолжал носиться по площади, словно призрак. Четверг просчитывал траектории стрельбы турелей, прокладывал для меня маршруты и расчерчивал опасные зоны.

Бывали ситуации, когда крупнокалиберная очередь осыпала отряд тёмных, заставляя их закрываться щитами. А я приходил вслед за ней и вскрывал оборону беспощадными атаками.

Силы убывали, боезапас таял на глазах, макина в основном валялись на земле бесполезными грудами сплава и микросхем, упакованных в комбинезоны. Но и врагов становилось всё меньше. Многие уходили в стороны по второму радиусу, чтобы потом обогнуть наступающих бойцов Дренда. Но не чтобы ударить в спину, а чтобы сбежать через опустевшие ворота. Вниз, в первый радиус, затем наружу и дальше к реке. Туда, где дожидается отстающих армия Агатоша.

Их никто не преследовал. Чем больше смогут сбежать, тем больше последуют за ними. Тем легче нам. К тому же у нас физически не хватало сил, чтобы распыляться. Я до сих пор не понимаю, как мы, будучи в меньшинстве, каким-то образом смогли хоть частично обратить врага в бегство.

В один момент я сосредоточился на фигуре в тёмном балахоне, что стояла посреди разрушенных врат. Рдеп был последним оплотом командования сил тёмных спиритов. Он гнал людей в бой, давал указания своим подчинённым и сам при этом то и дело посылал сгустки ревущего человеческими голосами огня.

За время боя на площади меня столько раз обдавало «жаром» этого пламени, что успел накопить критическую массу негативных эффектов. Я потерял связь с энерготелом практически полностью. Я больше не мог использовать способности, только биться руками.

Четверг по моей команде сосредоточил на колдуне перекрёстный огонь двух последних стационарных турелей. Рдеп даже не пытался уклоняться, вокруг него взметнулось вверх зелёное пламя, и пули рассыпались на молекулы раньше, чем могли преодолеть барьер.

Я бросился в атаку, пока он не видит. Добежал до стены огня, скачком оказался по ту сторону, тут же выставил перед собой гексагональный щит. Струя пламени разбилась о преграду, по ушам ударил раздражающий вой. Алая молния сорвалась с пальцев, отшвырнув колдуна, следом полетел Риис, но Рдеп отбил его посохом. А вот вылетевший сбоку тесак он не заметил.

Впрочем, сталь не снесла ублюдку голову, а лишь вонзилась в шею. Из чего темные колдунов мастерят? Из Лунной Стали что ли? Из раны колдуна тут же вырвалось жидкое пламя, Рдеп посохом отбил оружие и с ненавистью посмотрел на меня.

— Как ты вообще можешь двигаться внутри кольца? — в бессильном отчаянии он ударил вновь.

Очередная струя огня разбилась о призванный щит, растекаясь по земле.

— Ты уже давно должен был потерять связь с эйбом!

— А я и потерял, — пожал я плечами. — А вот мой компаньон нет.