На полу лежали свежие шкуры, на столе еда, мешки вновь наполнили очищенной водой. Навстречу мне вышла молодая девушка в просторных одеждах, на шее костяное ожерелье, которое я подарил ей.

Молодая, красивая, чуть худовата на мой вкус, но в её больших глазах плескалось такое обожание, что оно затмевало всё остальное.

— Рейн-хиш, — поклонилась она.

— Асилина, — я подошёл ближе и поцеловал девушку, получив нежное объятие.

— Великая охота?

— Окончена. Глубина благоволит народу Асамай. Скоро твоё ожерелье пополнится костью Большого Парящего.

— Не перестаю тобой восхищаться, — вновь поцеловала она меня.

А мои руки уже поползли ниже, забираясь в складки платья, но девушка внезапно отстранилась.

— Он… — замялась Асилина. — Твой раб очнулся.

— А, блин… — закатил я глаза. — Очень вовремя. Ладно, тогда в другой раз.

— Мне нужно встречать отца с Великой Охоты, — печально улыбнулась она. — Но я вернусь при первой возможности.

— Иди, — поцеловал я девушку напоследок и проводил взглядом.

Асилина была внучкой Асамая, шамана и главы народа Асамай. Не то чтобы он был настолько самовлюблённым, чтобы назвать народ в свою честь — как раз наоборот. Это главу называли именем народа. У них тут вообще всё шиворот-навыворот.

Асилина была чтящей. Это что-то вроде местных слуг, но по социальному статусу она наоборот была чуть ли не в правящей верхушке. Я наталкивался на кочевников довольно часто, когда бродил по глубине, а в этот раз меня даже пригласили в их город.

Кочевники уважают две вещи: глубину и странников. Шаман каким-то образом понял, что я был на третьем слое и вернулся живым. Таким образом я приобрёл для них статус «Смотрящего в Тёмные Воды Глубины». И принять меня в городе — великая честь для их народа.

Я у них не бог, а что-то вроде избранного глубиной. И само моё нахождение тут считается чем-то священным. Мол, вместе со мной глубина благоволит и народу Асамай. Мне выделили слуг… Кхм… чтящих, которые старались во всём угодить. А так как застрял я в глубине надолго, то само собой так получилось, что Асилина разделила со мной и постель. Кажется, из-за этого ее статус в городе вырос еще больше.

Сначала мы вместе с кочевниками охотились на монстров, а вот недавно их дозорные сообщили о Великом Парящем. Найти тушу дохлого кита считается у местных великим благословением. Такое событие бывает раз в поколение.

Ну я сдуру и ляпнул, мол, чего ждать у глубины погоды, когда можем сами его завалить? Оказалось, что это не запрещено, просто тут в основном спириты первой-второй ступени. Молодняк и того меньше. И летать из них почти никто не умел.

Да и способностей не то чтобы много. Если дайверы заходили в глубину, чтобы стать спиритами, то местные рождались и жили тут. И для них ритуал совершеннолетия — это как раз поход на поверхность. Ну и при возвращении они уже получали дары Логоса. Только в их случае даже слово «Логос» мало кто знал, они считают, что одаривает их глубина.

Я прошёл в дальнюю пещеру, откинул полог и зашёл внутрь. Потряс висящую на стене клетку, толстые жуки начали биться внутри и светиться ярче. Стало видно нехитрое убранство «комнаты».

Плоские камни заменяли кровать, причём это были самые плоские камни в городе. Сверху шкуры, на них сидел Маркус, который невидящим взглядом уставился в одну точку. И правда очнулся. Вовремя, блин, весь кайф обломал.

Я-то рассчитывал, что после Великой Охоты устрою себе Великое Почтение в соседней комнате вместе с Асилиной. Но, как ехидно заметил Четверг, сегодня придётся заниматься самовосхвалением.

— Доброе утро, соня, — я протянул Маркусу бурдюк с водой.

— Где я?

— Глубина, первый слой, город Кар-Крах, принадлежит кочевому народу Асамай.

— Город? В глубине? Тут кто-то живёт?

— Поверь, я тоже удивился, когда впервые узнал. А город — это вообще что-то с чем-то. Они живут в горе, как муравьи. Если снаружи по кругу обойти, никогда не подумаешь, что тут кто-то есть.

— Что случилось? Ты меня победил?

— Хотел бы я так сказать. Но нет. Я утащил тебя в глубину, думал подраться, пока ты не выдохнешься без бесконечной божественной подпитки.

— И?

— А ты просто вырубился. Вообще выключился напрочь. Я тебя даже разбудить не смог. Если бы не вытянул, ты бы прямо в камне остался спать, замурованный.

— Почему не убил?

— Да как-то… — я замялся. — Не знаю, не по-спортивному это. Бить спящего. К тому же ты буквально единственный во всём Логосе, кто хочет убить меня за дело. Остальные-то просто завидуют, что я такой красавчик и вообще молодец по жизни. А у тебя на то есть причины.

— Понятно, — тихо пробурчал Маркус. — Странный ты.

— Ага. Кто бы говорил. Ты моему дракону тапком половину хлебальника разнёс. А странный тут я, да. Пей, пей. Местные тебя буквально с ложечки кормили, но то бульон всего лишь. Тебе сил надо набраться.

— Сил не чувствую.

— Да я не про эти силы. Ну а Эбола тут нет, — кивнул я. — А эта его аура, которой ты всех расшвыривал… Ну, она просто растаяла постепенно.

— Давно я тут?

— В глубине два месяца. В Кар-Крахе полтора.

— Мы в плену?

— Нет. Я тут почетный гость, а ты… Ты со мной, в общем.

Я уселся на пол и привалился к стене. Стулья кочевники пока не изобрели, так что я уже привык. Посмотрел на Маркуса. Да, он ослаб, но выглядел гораздо лучше, чем на поверхности. Мои худшие подозрения подтвердились.

В нейрогенерации было много чего интересного. И сначала я не мог понять: это просто выдуманная жизнь или что-то большее? Почему мои навыки оттуда работали и здесь? Криво-косо, но работали.

В итоге я так и не выбрал между двумя версиями. Либо генерация была на основе реального мира до апокалипсиса, что вполне вероятно, учитывая возраст Мерлина. Либо кто-то намеренно впихнул в меня нужные знания и опыт.

И даже не важно, что из этого истина. Важно то, что в моей прошлой жизни ИИ развивались постепенно и не всегда это проходило гладко. Когда появились ИИ-компаньоны, вот тогда был очень странный период.

Опыта внедрения не было, ограничители выставляли на основе законов Азимова-Тьюринга. Но эти законы были созданы до ИИ. Они по факту были теоретическими, а не продиктованы реалиями жизни.

И на волне ИИ-компаньонов случился первый скандал, который впоследствии в народе назвали «зомб-ИИ-фикацией». Суть в том, что компаньон из благих намерений брал человека под свой контроль. Обычно это укладывалось в рамки поставленных самим человеком задач, но выходило за пределы разумного.

Например, надо было человеку закончить срочный и важный проект по работе. Он просил ИИ помочь повысить продуктивность. И через год проект сдавался в срок, только вот человек на себя не был похож. Худой как скелет, с мешками под глазами, отсутствующим взглядом, расшатанной психикой и полной индифферентностью к происходящему вокруг.

ИИшка позволяла ему практически не спать, задействовала все ресурсы организма и буквально превращала человека в робота. Все когнитивные проблемы компенсировал компаньон, поэтому человек действительно продолжал нормально функционировать. Но по факту он становился бездумной куклой, которой управляла ИИ. Да, в рамках поставленной задачи, но организм от подобных нагрузок практически убивался.

Потом за дело взялись специалисты, настройки изменили, ограничители выставили, но проблему это не решило. Пошла вторая волна автоматизации кожаных. В основном это практиковалось в крупных глобальных корпорациях с миллионами сотрудников. Их буквально в рамках трудового договора обязывали ставить корпоративных ИИ-компаньонов. И человек превращался в идеального работника.

Сон строго по расписанию, пищевые батончики со всем необходимым организму пять раз в день, воду пить чётко в нужное время и в нужном объёме, поход в туалет становится запланированным мероприятием. Отказ от всего, что отвлекает. Никаких перекуров, алкоголя, вечеринок, выходных, встреч с друзьями.