Развернулся, дал ублюдку заряд алой молнии, а когда того вбило в стену, я уже находился вплотную, выходя из рывка, и добавил от себя кулаком по челюсти. Минус восемь зубов.

Тут же в неразберихе мне прилетает по голове, что вызвало удивление. Давненько я не пропускал ударов в спину. Дубинка не в счёт — я его чувствовал, просто не мог отвлечься. А тут именно неожиданный удар.

Оборачиваюсь и вижу коротышку, который меня сопровождал. В руках артефактная кочерга, на роже довольный оскал. Я замечаю, что кочерга окровавлена, трогаю затылок, пальцы тут же нащупывают мокрое. Хрена себе, действительно опасный артефакт. А торгаш со свалки тогда не врал.

Коротышка замахивается и бьёт снова, метя мне в лицо, но оружие вязнет в моей ладони. Тот дёргает всем телом, а у меня даже рука не шевелится. Перевес в силе слишком очевидный. Я делаю шаг ближе, нависая над ублюдком, и вижу, как ехидная ухмылочка медленно сползает с его рожи.

— Че зыркаешь, йоба?

Удар лбом сверху вниз. Смачный, с оттягом, с душой. Коротышка оседает мешком там же, где и стоял. Ох, не завидую я ему. Очнётся — головушка ещё долго будет бо-бо.

— Замри, или девчонке…

Я только и успел глянуть в ту сторону. Обрез был нацелен на Нилу, но в следующий миг девушка подбрасывает стол, загораживая стрелку обзор, выстрел, столешница разлетается в щепки, стрелок падает навзничь.

Проморгался, пытаясь сообразить, что сейчас было. Из бугая торчат знакомые тонкие иглы, которыми любит орудовать Нила. Сама же девушка выходит из тёмного угла полностью невредима.

— Жить будет, — произнесла она. — Доза слабая.

— Сама в порядке?

— Да. Тсс…

Пригляделся. Ей пришлось на всю использовать свои способности, отчего золотой эйб сильно поизносился. Но пока вроде бы держится. Других ран не вижу, хорошо.

— Отдохни, дальше я сам. Присмотри пока за этими.

— Угу. Тут посижу. У них неплохой бар, кстати. Был минуту назад. Наверняка что-то ещё осталось.

Я же прошёлся по нескольким ближайшим помещениям, пока не увидел богато украшенные двери. Судя по рунам и толщине, за ними сидит кто-то очень важный. Об этом говорил и молодой парень, стоящий у стенки по стойке. Не спирит, да и костюм скорее напоминал официанта.

Он даже не посмотрел в мою сторону, пока я приближался к двери, лишь отошёл, освобождая мне дорогу.

— Не будешь пытаться меня остановить? — спросил я.

— Моё дело приносить напитки и выполнять мелкие поручения, сэр, — оттарабанил пацан, глядя в стену мимо меня.

— Ничего себе. Как ты вообще стоишь так ровно, с такими-то яйцами? Не перевешивают?

— Привык, сэр, — у парня на лице ни один мускул не дрогнул.

— Принеси мне тогда чёрный кофе покрепче.

Открыл двери и увидел пожилого мужчину в дорогом чёрном костюме. Суховатый, с небольшим округлым брюшком, но взгляд цепкий, ровный, злой. Вот с таким взглядом и нужно лазеры из глаз пускать. Только с таким.

Старик стоял за массивным столом и держал направленный на меня пистолет. Ничуть не смутившись, я шагнул навстречу.

Выстрел, пуля яркой вспышкой рассекает кабинет и рикошетит о выставленную мной плоскость гексагонального щита. Пуля мощная, потому что плоскость тут же идёт трещинами. Вливаю больше энергии, восстанавливая защиту. Второй выстрел, третий и так далее.

Я шёл через кабинет, искрящиеся росчерки били в щит, иногда рикошетили, иногда отрывали от моей защиты целые куски, дважды попали в тело. Одну на излёте сдержал жилет, другая прошила плечо и застряла под ключицей.

Пистолет в руке старика глухо щёлкнул, оставшись без патронов. Я подошёл вплотную, упёр ногу в стол и слегка толкнул. Массивная столешница со скрипом прокатилась вперёд, ножки оставили в полу борозды, старика вдавило в стену.

Он закричал, завалился, придавленный, на стол. Я подошёл чуть ближе, аккуратно схватил его за затылок и впечатал мордой в столешницу. На зелёном сукне осталась заметная вмятина, по которой медленно расплывалось алое пятно. Удар был слабым, выверенным, чтобы оглушить и дезориентировать, но не в коем случае не навредить. Впрочем, сломанный нос не в счет.

Я аккуратно пододвинул стол, давая старику возможность осесть. Сам взял большое кресло и подтащил поближе, уселся. Дождался, пока дедуля перестанет стонать, достанет шёлковый платок и приложит его к носу.

Я медленно развёл руками в стороны.

— У меня один вопрос. Какого хрена?

— Вообще-то два, — мысленно произнёс Четверг. — Где мой джаз-клуб⁈ Кстати, босс, помнишь тот посох, который кучу разноцветных огненных шаров пускает? Я его адаптировал, надо срочно протестировать. Немедленно пали во все стороны.

— Да помолчи ты, — буркнул я в сердцах.

— Это для дела надо. Тесты, калибровка. Обещаю, это не опасно. Этот вовсе не джаз-клуб совершенно точно не сгорит.

— А то ты сам не знаешь, — прошипел старик со странным акцентом. — Думаешь, если убьёшь меня, то на этом всё закончится?

— Да не собирался я тебя убивать. Какой в этом смысл?

Это я уже давно понял. С беззаконием может справиться лишь закон. А раз в городе есть те, кто промышляет разного рода криминалом, значит, закон тут слабоват. И убивай этих подонков хоть штабелями, никак делу не поможет. На их место не просто придут другие — они прискочат, вприпрыжку примчатся. Потому что они уже наготове и выстроились в очередь.

Девяносто девять процентов, что поставки контрабанды, к примеру, даже на день не задержатся при смене власти. Убивать мафию не имеет смысла, потому что проблема не в мафии, а в полиции. Это как лечить тяжёлую инфекцию конфетками от кашля.

Да и будем честны, мне глубоко плевать на Алеппо в целом и его криминальную сторону в частности.

— Чего ты вообще на меня взъелся? — спросил я старика. — Я даже не знаю, кто ты. А ещё утром даже не знал о твоём существовании.

— Бреши, бреши. Приехал тут со своей девкой, разнюхиваешь у меня под носом. А теперь решил и мой бизнес отжать, выродок⁈

— Полегче с выражениями, — мой голос стал серьёзным. — Я тебя не оскорблял, но на первый раз сделаю вид, что не расслышал.

— А как мне ещё с вами разговаривать? Всю мою жизнь лезете, как крысы из всех щелей. Но это наш город. Мы выросли на этих улицах, мы дышали этим воздухом всю жизнь. И никогда мы не пустим ни одного чужака в свой дом. С такими, как ты, невозможно договариваться, вас надо душить сразу, тогда остальным неповадно будет.

— Старик… — я вздохнул, понимая, что произошла какая-то явная путаница. — Ты вот вообще мимо сейчас. Погоди.

Магия крови как раз вытолкала пулю обратно через рану, так что из дыры в костюме показался алый щуп. Подхватил пулю и бросил её на стол. Сам же взял разряженный пистолет, высосал из него весь эйб и вложил в костюм. Дыры тут же затянулись сами собой. Жаль, с тушкой так легко не выйдет. Голова до сих пор гудит от удара кочергой. Кто вообще в здравом уме воюет кочергой? Не на свалке же, ну честное слово.

— За пистолет не обижайся, ты мне костюм попортил, так что все по справедливости.

— Ещё я тебе кровь пустил. Мне теперь застрелиться?

— Как хочешь, мне плевать. Но в целом претензий нет, — я постучал по столешнице, в которой намертво отпечатался окровавленный силуэт. — Только объясни для начала, что не так с твоим бизнесом и при чём тут я?

— Ты, — старик чуть ли не ткнул в меня пальцем, — со своим подельником решили, что можете беспрепятственно возить товар в мой город без моего разрешения! Но здесь вам не столица. Корона далеко, это Алеппо, тут у нас свои правила, свои традиции. Не вы первые, не вы последние.

— С каким, блин, подельником? Какой, блин, товар? Дед, ты забыл таблетки с утра принять? Че ты несёшь.

— О, решил в отрицалово поиграть? Давай поиграем. Имя Яркий Джордж тебе ни о чём не говорит?

— О, Джорджи, — заулыбался я. — Сто лет его не слышал, а вы знакомы? Как у него дела?

— Так давай сам спроси. Он как раз тут, на связи, ждёт звонка.

Старик медленно достал из тумбочки зеркало, для чего мне пришлось подвинуть угол стола ещё немного, а то не открывалось. Зеркало выставил на стол между нами, оперев на специальную подпорку. Дальше старик дал немного энергии в раму, засветились символы на поверхности, отражение пошло рябью, и вскоре я понял, что смотрю на знакомое лицо Яркого. А тот вообще не изменился с нашей давней встречи в глубине. Даже шляпа, кажется, осталась та же самая.