Через мгновение цепь дернуло так, что она вылетела из руки, а предплечье обожгло болью от натянувшихся ремней.

— Идиот, — констатировал Четверг.

— Не идиот, а исследователь. Просто эксперимент неудачный.

Подошёл к корчащемуся противнику, попутно обрезав пару конечностей. Скорость скоростью, но рисковать на пустом месте как-то не хотелось. Страдания второго древоглаза оборвал одним точным ударом. Третий при виде этой картины кубарем покатился куда подальше.

То есть инстинкты у них есть и какое-никакое понимание ситуации тоже. На втором слое твари по-прежнему напоминают обычных живых существ, просто очень странных.

Вернулся к отряду. Иезекиль с Асмондом нашли две подходящих пещеры. Как я и предполагал, довольно высоко, ближе всего к кромке, чтобы монстры первыми могли почуять добычу.

На приманку ушло немного времени. Взял куски древоглаза и остудил их как мог. Термальные способности — не мой конёк, но даже они усилились под действием кровавых рубинов. Так что вскоре на кинжале крутился промороженный до хрустящей корочки огромный глаз.

Главное, что в нём всё ещё был эйб.

— Точно сработает? — с сомнением произнёс Асмонд.

— Саламандры при использовании способностей самонагреваются. Потом ищут прохладные места и впадают в спячку, чтобы остыть. Чем холоднее саламандра, тем больше у неё запас сил. С ледяными слизнями это работало на ура. С этим… Ну, тоже должно. Вы что, не изучали добычу, на которую охотитесь?

— Мы их убиваем, а не препарируем, — бросил Рарни. — И вполне успешно.

— Супер, рад за вас, — не стал я спорить.

Цепь с наживкой я одним махом закинул по широкой дуге прямо в пещеру. Подождал пару минут и принялся тянуть. Ничего. Второй заброс — ничего. Асмонд отслеживал через теневого хомяка и сообщал о передвижениях саламандры. Вроде как та приблизилась к выходу, но покидать убежище не рисковала.

На третий раз я подождал дольше, а когда начал тянуть, услышал недовольный рёв. Через минуту на поверхности показался сначала кусок льда, а следом и сама саламандра. Эта была моложе и меньше Франциски, которая жила под башней. Но всё равно внушительный монстр.

Однако стоило ей выбраться на поверхность, как она угодила в теневую ловушку. Тени буквально выстрелили вверх и оплели монстра, не давая тому пошевелиться. Саламандра взревела и открыла пасть, готовясь выпустить струю жидкого пламени. Почему-то в меня, хотя ловушку ставил Асмонд.

Рарни не подкачал. Одним махом закинул ей в глотку камень, который тут же взорвался, облепив пасть чем-то вязким, похожим на тесто или клей. Видно было, что тактика давно отработана, а движения у парня отточены до мелочей.

Пламени так и не было. Через несколько секунд Рарни одним точным движением вонзил клинок в шею монстра и отскочил. Из раны полилась магма. Все разошлись в стороны, дожидаясь, когда тварь истечёт кровью.

Потребовалась буквально пара минут, после чего всё было кончено.

— Да, так намного проще, — кивнул Седрик.

Я же подошёл ближе и оценил итог. Рарни ударил в стык двух каменных наростов. Судя по всему, там была важная вена или ещё что. В итоге один точный укол — и дело сделано.

— Отличный удар, — признал я.

— Эм… Спасибо, — буркнул боец.

За восемь часов мы смогли выманить ещё трёх ящериц. Иногда приходилось спускаться и закидывать наживку гораздо глубже в пещеры. Иногда даже это не помогало. Некоторые ящерицы были либо слишком трусливы, либо осторожны. А может, просто слишком старые, чтобы выползать.

Между делом приходилось ждать, чтобы Асмонд отдохнул — теневые ловушки требовали слишком много энергии. Попутно Иезекиль осушал саламандр. Вытягивал из них кровь и превращал её в концентрированные массивные камни. Их складывали в огнеупорные сумки, причём голыми руками тоже не возьмёшь, если не хочешь посмотреть на собственные кости. Только специальные перчатки из чёрной кожи, напоминающей крокодилью.

Сильно полегчавшие туши стаскивали в одну кучу — их тоже заберём с собой. Мясо всегда нужно, а вот застывшие магмовые наросты, служившие монстрам бронёй, Седрик оббивал своим боевым молотом. Из них вытягивали эйб, а сам камень оставляли — он становился хрупким и бесполезным материалом. Но если эйб не вытаскивать, то можно продать жителям Птичьего Удела, они из него дома строят. Теперь понятно, откуда так много чёрного камня.

Сегодня заказов на него не было, поэтому не собирали.

Один раз только была осечка, когда нам попалась крупная и крайне голодная саламандра, сумевшая выбраться из теневой ловушки. Так ещё и вовремя захлопнула пасть, когда Рарни попытался забросить ей липкую бомбу.

С этой тварью пришлось повозиться. В итоге мы её просто изрубили. Тесак оказался довольно неплох, хоть до полной напитки эйбом ему было ещё очень далеко. Рарни действовал точно, нанося выверенные удары в уязвимые точки. Я рубил на авось. Иногда удавалось ранить, иногда нет, учитывая крепкую шкуру, но что мог — сделал. Седрик же просто лупил тварь по башке молотом. И это оказалось самым эффективным.

Пару раз нас поджарило, но Иезекиль прикрыл всех кровавыми щитами. Асмонду досталось больше всего, хоть он был единственным, кто не принимал участие в драке и вообще стоял дальше всех. В этом и оказалась проблема: Иезекиль просто не сумел до него дотянуться, чтобы дать щит.

Но у отряда всё было предусмотрено, так что два бутылька, и разведчик как новенький. Будет через недельку.

Пятую саламандру искали дольше всего. Пытались выманить кого-нибудь с густозаселенных пещер, но там твари не велись на приманку. Наверное, сработало бы, будь это жирный слизень, который не просто холодный, а сам источает ледяную ауру. А так нет.

В итоге пошли вдоль кромки, надеясь на удачу. После такого рейда лезть в пещеры по старинке уже никто не хотел. Как я понял из разговоров, рейды на Лавовое Плато всегда заканчивались одинаково: множественными ожогами и неделей реабилитации. Потери среди опытных дайверов были крайне редкими, но были. А вот чтобы кто-то вернулся без единого ожога — такое случалось ещё реже.

В итоге Седрик сказал, что не стоит гневить Логос, и четырёх туш хватит. Оказывается, план на отряд был вообще три, просто род Бланшт не мог себе позволить выполнить лишь норму, поэтому всегда старался добывать по пять-шесть.

Но так как с ними был новичок, можно было сделать скидку. Да и тот факт, что отряд практически не пострадал, давал сильную прибавку к репутации.

— Надо бы тебе с нами в Громовое Ущелье сходить, — произнёс Асмонд мечтательно. — Может, и там чего умного подскажешь.

— А лучше в Топи, — внезапно произнёс Рарни. — Вот уж где точно дому не помешает помощь.

— Топи на третьем слое, — произнёс Седрик. — Господину Рейну туда нельзя. Пока что. Да и Трясинные Кобры слишком опасны даже для опытных ветеранов.

— Да я так, — смутился Рарни. — Просто разговор поддержать.

— Чую эйб, — внезапно произнёс Иезекиль. — Пещера под нами.

Мы остановились, бросив туши. Честно говоря, тащить даже дохлую и высушенную ящерицу оказалось неимоверно трудной задачей. А так как Седрик на правах командира подобной рутиной не заморачивался, то тащить пришлось нам. Мне выдали одну тушу, Рарни тащил две, Иезекиль с Асмондом — одну на двоих.

— Саламандра? — спросил Седрик.

— Нет, кто-то из наших.

— Хм… Это уже участок Дабларов. Не думаю, что им нужна наша помощь.

— Эйб странно себя ведёт, — произнёс Иезекиль, дёргая головой, словно принюхиваясь.

— Я ничего не ощущаю, — сообщил Асмонд. — Эйб есть, правда. Но я не ощущаю спиритов.

Седрик нахмурился, после чего они с Рарни переглянулись и молча кивнули.

— Спускаемся, надо проверить. Если отряд Дабларов ранен, нужно будет оказать им помощь. Рейн, держи.

Он протянул мне склянку с алой жидкостью. Чем-то похоже на лечебное зелье, но более густое.

— Если что-то начнётся, пей. Кровь Бездушного поднимет твою боевую мощь на иной уровень. Эффект будет действовать пару часов.