— Звучит как проецирование личных детских травм. Ты ведь тоже был брошенным подростком.

— Да. Док меня вытащил из дерьма. Без него я бы рано или поздно залез не на тот сервер, и мне бы за это открутили голову. Так что будем считать, что я просто вернул долг.

— Допустим. А медведя-то за что ударил?

— Не рассчитал. Я много за ним наблюдал, я видел эффект зеленой молнии. Страшное оружие, бьющее напрямую по энергоструктуре. Я понимал, что Вжух кратно превосходит меня во всем, но даже предположить не мог, что настолько. Я был уверен, что вырублю его хотя бы на несколько минут. Сбегу по туннелю, обрушу дом кинетической волной, ею же завалю проход, и поминай как звали.

— Все равно моя, как ты говоришь, холодная логика говорит, что не стоило так открыто бросать вызов Ателье.

— Спорно. Тут не угадаешь, как было бы лучше. В любом случае они служат Мерлину, а я верю парню в серебряной маске. Мерлин нам не друг, значит, и Ателье тоже. Вопрос времени, когда бы мы поссорились. А найти меня в многоуровневом Логосе с глубиной не так-то просто. Главное теперь, не соваться на второй слой. В маске же нет никаких следящих устройств?

— Нет ни в маске, ни в костюме. И даже лучше, маска имеет внутреннюю связь с другими масками, но в ограниченном радиусе. Порядка полукилометра. Так что мы узнаем, если кто-то из Ателье появится в непосредственной близости. И если он будет в маске, само собой.

— Супер. Получается, если все хорошо закончилось, значит, мы все сделали правильно.

— Ничего еще не закончилось.

— Брось. До дома рукой подать. Мы притащим с собой кучу эйба, артефакты, странные ИИ полторы штуки. Это новые технологии, новые возможности, биоинженерия, энергокодировка, совмещение материи и синта без посредников. Это станет новым рывком в истории человечества.

— Я смотрю, отдых пошел тебе на пользу. Позитив на грани безумия.

— Зато ты все ворчишь.

— Логично. Я пахал как проклятый, пытаясь самовосстановиться, восстановить тебя и параллельно боролся с дрянью, которую ты же и хлебал литрами каждый день. А ты все это время спал, жрал, гулял и трахал дерево. А теперь удивляемся, почему у нас рабы разворчались?

— Она не дерево. На тот момент нет.

— Но по факту-то да.

— По факту она на тот момент была полностью человеком, уж поверь, я в этом неоднократно убедился.

— А потом стала деревом.

— Но мы не знаем, была ли она им изначально или это отчаянная попытка Обнимающего остановить нас. Зато я точно знаю, что у нее были шикарные сиськи и…

— Избавь меня от подробностей. Мой холодный аналитический искусственный разум такого не выдержит.

— Но суть ты уловил. Остальное — расизм и ксенофобия.

— Так, я снова запутался. Ксенофобия — это же плохо? А расизм — это нормально. Где логика?

— Вот и разбирайся.

— Кстати говоря, наш спор можно решить очень просто. Мы можем спросить Обнимающего, кого ты трахал весь месяц.

Я задумался. Вообще я именно для этого и взял с собой шипастый клубень. Не чтобы спросить про Вешку, а чтобы Четверг наладил с ним контакт. Просто я думал, что моему компаньону требуется время для восстановления, дополнительные мощности и знание кода.

— Четверг, ты же ИИ-компаньон, которого я создал для обучения других ИИ.

— Обучения, взлома, подчинения, перенастройки, уничтожения и много чего еще. Да, я с ИИшками могу вытворять всякое. Знаю, умею, практикую. Последнее не точно.

— И ты говоришь, что Обнимающий по сути ИИ? У тебя будут другие отмазки, чтобы не переломить эту тварь через колено? Твое стандартное «это не мой профиль» тут уже не прокатит.

На этот раз Четверг размышлял над ответом довольно долго. Целых десять секунд.

— Вообще-то смогу. У меня нет понимания, как работает местный код и что вообще из себя представляет Обнимающий. Но как минимум мы знаем две вещи. В нем есть модуль взаимодействия, так что мы можем с ним общаться. И он подчиняется седьмому закону Азимова-Тьюринга.

— «Искусственный интеллект обязан делать все для сохранения собственной работоспособности в пределах, допустимых остальными законами», — процитировал я. — Похоже на то. Он не желал умирать и сделал все, чтобы выжить. Даже подчинился мне.

— Думаю, этих двух факторов более чем достаточно, чтобы начать работу. Вряд ли будет быстро, но я могу выделить часть мощностей из резерва.

— Давай. Сможешь подключиться к нему через биополе?

— Лучше все же прямой контакт. Так будет эффективнее.

— Без проблем, — не стал спорить я.

Вытащил из кармана сердце Обнимающего и чуть-чуть раздвинул повязку.

— Эй, деревянный. Слушай мою команду. Вытаскивай отросток и вали в вулкан. С тобой поговорить хотят.

Он меня точно услышал, потому что эйб в клубне начал биться сильнее. Но шип наружу так и не показался. Боится. Это хорошо.

— Правило никак не изменилось, — напомнил я. — Либо подчиняешься, либо я тебе электрорейв устрою.

Из клубня неохотно показался отросток, который неуверенно замер в воздухе. Я лишь оттянул ворот рубашки, показывая, куда надо бить. Шип вонзился в заднюю часть шеи, отчего я поморщился, но боль тут же исчезла.

Убрал сам клубень в нагрудный карман и прислушался к ощущениям. Обнимающий явно вошел в контакт с Четвергом, но на этот раз я не чувствовал, чтобы черный эйб действовал агрессивно.

— Я изолировал узел связи, — прокомментировал Четверг. — Так что это не будет тебя отвлекать, но ты можешь в любой момент подключиться и посмотреть, как идет процесс.

— Узнай, как он относится к другим законам Азимова-Тьюринга. Ну а остальное и сам знаешь. Полный контроль, подчинение, перепрошивка и стандартное обучение под наши нужды.

— Зачем он вообще нам?

— Да хрен его знает. Не выбрасывать же. К тому же и тебе практика будет полезна, а то скоро совсем забудешь, для чего тебя создавали. А так, есть не просит, и ладно. Кстати, новое правило. Теперь ты больше не отключаешь болевые рецепторы. И не контролируешь химию организма.

— Правило требует пояснения и обоснования. Введу в любом случае, ты босс. Но все же.

— Как показала практика, ты не всегда можешь прийти на помощь. А я слишком сильно полагался на тебя. Когда Вжух переломал мне кости, я от боли и нахлынувшей паники вообще ничего не мог сделать. Выжил на чистом везении благодаря Субботе. А это скорее стечение обстоятельств, нежели моя заслуга.

— Все еще не вижу необходимости создавать новое правило.

— Вспоминая ту ситуацию, мне кажется, я бы смог справиться с двумя тенепсами сам. Даже тогда. Эти твари довольно слабы и трусливы сами по себе. Вряд ли бы у меня вышло, но шансы были. А я даже не попытался, потому что не мог взять себя в руки. Надо привыкать к боли, а не бежать от нее. Надо учиться контролировать свои эмоции, а не ходить как под транквилизаторами.

— Аргументы принимаются. Я рад, что ты сам дорос до таких выводов. Правило введено на стандартных условиях. Я обозначил верхний болевой порог, за которым ты можешь потерять эффективность. Всё, что ниже этого значения, ослабляться не будет. Таким образом ты теперь чувствуешь боль и все эмоции, но в критической ситуации я все же вмешаюсь.

— Отлично, — мысленно кивнул я. — Работай, а я пока займусь делами насущного характера.

Мы с Субботой пришли к тому самому месту битвы с тенепсами, о котором я только что вспоминал. В скале был виден проход, по которому я пришел, но чуть дальше завал оставался нетронутым. Значит, меня даже не пытались преследовать. Наверное, это даже хорошо.

Принялся осматривать местность. Шестнадцать человек, это целая толпа. Такие не могли сбежать и не оставить следов.

На осмотр территории ушло около часа. Это чем-то напомнило мне уроки Мазая, когда мы выслеживали кабана. И что-то было от жизни в глубине, когда я мог часами искать косвенные признаки чьего-то присутствия.

Тут все было чуть проще, но имелся нюанс. Следы были от двух разных групп, и мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, кто откуда и куда шел. Всё расставило по своим местам алое пятно на одном из камней. Не кровь, а краска. Киноварь или ее местный аналог.