— Сначала еда, потом разговоры, — строго произнесла она.

Я лишь кивнул и вгляделся в мясо энергетическим зрением. Эйб в нем имел правильную тонкую структуру. Был статичен и лишь немного терял энергию, как это обычно и бывает. Мясо монстров обычно было насыщено чем-то хаотичным, постоянно изменяющимся. Энергия в нем постоянно искажалась, иногда собиралась в определенных участках, иногда пульсировала.

Я медленно отрезал маленький кусочек и положил его в рот.

— Кодировка вступает в реакцию с рецепторами, — прокомментировал Четверг. — Пока вижу лишь программу усилителя вкуса. Возможны изменения.

— Это я уже понял, — медленно ответил я.

Это было прекрасно. Да, в этом мясе имелся программируемый эффект, но я готов был поддаться на обман. Потому что оно того точно стоило. Настолько насыщенного вкуса я не ощущал никогда.

Все ели молча, максимум просили передать соль или провернуть платформу до нужного блюда. Мясо, рыба, овощи, фрукты, несколько видов соусов разной консистенции, теплый хлеб, словно только-только из печи.

Я же аккуратно разглядывал присутствующих. Здоровенный лось, который единственный сидел на приставленном диванчике. Кулак с мою голову, а вот лицо округлое, аккуратно выбритое, с короткой прической. Ел медленно, тщательно пережевывая каждый кусок.

Он бы вполне мог производить впечатление добряка-медведя, если бы не хмурый взгляд и воспоминание о том, как железные укрепления разлетались от его удара, словно спичечные домики. Очевидно, это был панда.

Если же предположить, что кота среди них нет, то оставались еще двое неизвестных. Мужчина средних лет, худощавый, жилистый, с длинными узловатыми пальцами и тонким морщинистым лицом. Кажется, именно про таких говорят, что они выглядят как оглобля, хотя я даже не знаю, что такое оглобля.

Вообще, он больше походил на вешалку, на которую накидали разной одежды.

Вторым был глубокий старик с длинной, но аккуратно расчесанной бородой белее снега. Одет в серое кимоно, ел палочками, но, несмотря на явный преклонный возраст, его движения были отточенными, без дрожи или неуклюжести. А еще взгляд. Такая концентрация, будто он не мясо ест, а ведет сложную стратегическую партию, где каждое движение, каждый шаг может решить исход боя.

Я старался есть не спеша. Нет, не так. Я собрал всю свою волю в кулак и прикладывал все имеющиеся силы, чтобы есть не спеша. Потому что иначе я бы уже забрался на стол, чтобы удобнее было хватать руками все подряд и быстрее запихивать в рот.

Когда в меня уже не влезало ни одного кусочка, старик отложил палочки, взял в руки стоящий рядом колокольчик и позвонил в него. Открылись двойные двери, и в зал вошли… Манекены?

Больше всего они походили именно на манекены для одежды, разве что сделаны из металла и имели по четыре руки, но с шестью пальцами. Влетели, таща за собой тележку на колесиках. В один момент облепили стол, собрали с него всю посуду с недоеденными блюдами, тут же им на смену подскочили другие и принялись расставлять новую.

Через минуту никого из роботов больше не было в зале, а передо мной стояла аккуратная фарфоровая чашечка на блюдечке. На вращающейся платформе было несколько чайничков с разного цвета чаем, но мой взгляд уже был прикован к пузатой колбе с черной жидкостью.

В этот раз я сам подхватил ее и налил себе крепкий кофе. Не знаю, чего там Роджер жаловался на местную еду, но, как по мне, кофе был отличный.

— Рейн, — прокашлялась Коричка. — Раз уж с едой закончили, можно и представиться как положено. Меня зовут Коричка. Угрюмый мужчина напротив — это Вжух.

Здоровяк просто махнул мне рукой, даже не оторвав взгляда от кусочка морковного торта, который он ковырял малюсенькой ложечкой.

— Это Эдвард, — кивнула она на долговязого парня.

— Добро пожаловать в Ателье, — ответил тот. Голос у него сухой и чуть грубый, под стать внешности. — Коричка сообщила, что вам требуется помощь, так что зайдем ко мне перед сном, чтобы осмотреть рану.

— Детский сад, — пробурчал себе под нос громадный Вжух.

— Мое имя Себастьян, — произнес старик. — Я управляющий Ателье, слежу тут за порядком. Если будут какие-то вопросы или что-то понадобится, можешь смело обращаться ко мне.

— Если честно, я теперь даже не знаю, что здесь делаю.

— Выход знаешь где, — пробурчал здоровяк.

— Вжух, — осудительно произнес Себастьян.

— Что? Это бегунок прошлогодний, у меня хорошая память на лица. Давайте мы теперь будем подбирать людей с каждой помойки, которую увидим.

— Я могу уйти прямо сейчас, — ответил я холодным тоном.

— Может, мне тогда тоже уйти? — раздался голос Роджера за спиной.

— Я не это имел в виду, — насупился Вжух, когда кролик пересек зал и сел за стол.

— А что ты имел в виду? — уточнил он, наливая себе чай.

— Роджер, Вжух, — осадил их старик. — Хватит. Хотите выяснить отношения, тренировочная арена вам в помощь. Рейн, ты здесь, потому что Сиам тебя пригласил. Я не знаю, зачем, может быть, вообще просто так. Здесь все равны и любой может приглашать гостей. Кого хочет и откуда хочет.

Последние слова были произнесены с особым нажимом. И явно адресовались Вжуху.

— Сиам, как я понимаю, это тот парень в маске кота, который передал мне визитку? — все же решил уточнить я. Скорее просто чтобы поддержать диалог.

— Совершенно верно, — кивнул старик. — Но он сейчас далеко, и я не знаю, когда вернется. Так что можешь погостить здесь, пока ждешь. Места полно, еды еще больше.

— Хорошо, благодарю, — вежливо кивнул я. — И за гостеприимство, и за ужин. Если вы не возражаете, я бы хотел воспользоваться случаем и привести себя в порядок. Путь был… Сложным.

— И явно долгим, — усмехнулся Вжух. — Ладно, ладно, достали уже. Ухожу. Спасибо за ужин.

Здоровяк поднялся с места и под осуждающими взглядами вышел из зала.

— Извини за него, — произнес Себастьян. — Вжух бывает несдержан.

— Он просто говнюк.

— Роджер!

— Ладно, я тоже, пожалуй, пойду. Благодарю за ужин.

Кролик подхватил чашку с блюдцем, взял с собой чайник чая и ушел.

— Рейн. Твою одежду уже должны были забрать миньоны, ее постирают, заштопают и утром вернут, за это не переживай. Утром отправлю к тебе миньона-цирюльника, он поможет тебе… — Он многозначительно обвел рукой вокруг головы, подбирая слово поделикатнее. — С этим. Всем.

— Тебе бы отдохнуть с дороги, — участливо произнесла Коричка.

— Но для начала все же займемся обследованием, — произнес Эдвард. — Вряд ли там что-то серьезное, но лучше не затягивать. Пойдем, Рейн.

Я поблагодарил всех за ужин и проследовал за Эдвардом в дальнее крыло особняка. Он привел меня в помещение, которое больше напоминало оранжерею. Все было заставлено горшками так, что даже пройти было трудно. Стены увиты лианами, с потолка свисают лампы, каждая из которых освещала тот или иной участок. Некоторые были ультрафиолетовыми, другие испускали теплый свет, иные вообще выдавали совсем уж странный спектр.

Сначала мне показалось, что в помещении слишком жарко и влажно, как в джунглях, но стоило зайти чуть глубже, как тело пробрало морозом. В дальнем конце оказалось что-то вроде кабинета за стеклянной перегородкой.

Много оборудования, колб, реторт, техники. Металл и пластик. Место походило на странную смесь продвинутой технологической лаборатории и алхимической лавки. Стол из нержавейки в центре был заставлен горшками с землей, а на боковой столешнице на электронных весах с дисплеем стояла деревянная ступка с зеленоватой массой и толокушей. И здесь все было таким. Приборы вперемешку с глиняной посудой, сенсорный монитор, возле которого лежали пергаментные листы с множеством пометок.

— Так, ложись сюда, — Эдвард быстро переставил горшки со стола прямо на пол. — Рубашку сними только.

Я сделал, как он велел. Ноздри щекотал острый травянистый запах. Впрочем, довольно приятный. Разумеется, я успел оглядеться и энергетическим зрением. Что могу сказать. Эйба тут хватит, чтобы прокачать еще одного Рейна до десятого ранга.