Альтернативные государственные системы можно отнести к олигархическим, республиканским и даже демократическим. Сейчас к ним применяют термин «ганасангха», устоявшийся после жестоких споров начала XX века о значении слова «гана»{34}. Как вариант слова «джана», он означает клан или род. Слову «сангха» придается значение организации или управления, а некоторые настаивают на смысле совещательного управления. Такая «республика» могла, конечно, принимать различные формы. Неясно, до какой степени должность правителя была выборной. Эти вопросы обсуждаются и поныне, для них находятся параллели в более поздней истории — современные республики, демократия Древней Греции. Демократическое управление современной Индии тоже частично опирается на модели, взятые из собственного прошлого.
Тот строй, который избирало клановое общество, был более эгалитарным и менее самодержавным, чем, по идее, могла предложить монархия. В глубь ведических времен уходили корни обычая совета клановых старейшин. Эти советы проходили в форме ассамблей, которые варьировались от открытых самити до особых, для узкого круга, сабха и парисад. В последнем случае совещались группами, которые позже переродились в подобие министерств при самодержавном государе, а первый вариант существовал в государствах с республиканскими системами управления.
Большая часть республик середины 1-го тысячелетия до н. э. находилась на территории современных Уттар-Прадеша и Бихара (государство личчхавов, Шакья, государство колианов, Видеха). Они появились в результате того, что племена отпочковывались от родительского клана. Постепенно у них появлялась собственная джанапада, свои владения. Их власти, хотя и пренебрегали принципом личной бедности, тем не менее пропагандировали ведическое учение и наделяли большим влиянием брахманов. Теперь награбленное и заработанное добро больше не требовалось сжигать во время обрядов, чтобы умилостивить богов. Теперь доходы можно было тратить на управление, строительство городов, развитие производства и торговли.
Конечно, это упрощенное объяснение и оно никак не описывает образование самодержавных государств. Согласно учению брахманов первый царь появился среди богов. Потерпев поражение от противников-демонов, боги подумали и решили выбрать главного. Эту роль взял на себя Индра. Другими словами, раджа избирался своими вельможами и выполнял главным образом функции военного вождя под знаменем богоизбранности. В других мифах эта идея подается иначе. Уже упоминавшийся в этой связи Индра получил власть, чтобы справиться с хаосом анархии. В жестокие времена Кали-юги люди спорят между собой за богатства, женщин и славу. В обществе царит матсья-ньяя («закон рыб», то есть закон джунглей), поэтому, чтобы сохранить какой-то порядок, приходится придумывать законы. Боги, или конкретно Вишну в образе рыбы, предложили выбрать раджу, и люди выбрали на эту роль Ману. Он согласился, но поставил четыре мудрых условия: десятину с урожая подданных, по одной корове с пятидесяти, четверть всего добытого добра и лучших дев на выбор. Иными словами, теперь в ведении раджи были власть и законодательство. Власть его была скорее от богов, чем от людей, и, по всеобщему согласию, он имел право накладывать на имущество подданных существенные контрибуции.
Вот тут под институт царской власти подводится идеологическая основа. Но в этом мифе о Ману буддистские источники делают акцент на элемент договора, в то время как брахманы больше говорят о божественной санкции. В любом случае монарх теоретически — лицо, действующее по принуждению богов или людей и не рассматривается как самовластный деспот. Напротив, все теории царской власти предусматривают мудрое управление административными и силовыми структурами, которые составляют государственную систему.
Но, самопроизвольно развиваясь, ганасангхи (республики) становились государственными образованиями не просто чьей-то волей или силой отдельного решения. Интересы различных политических течений сталкивались и пересекались, в результате рождались новые технологии управления, новые социальные и экономические условия. По находкам археологов хорошо видно, что в середине тысячелетия плотность населения в регионе возросла, а миграция замедлилась, поскольку вдоль главных дорог уже поселились люди. Рост населения был вызван объединением или арианизацией местного населения и повышением рождаемости среди иммигрантов. Оба процесса повышали общественное сознание и способствовали разделению общества на касты.
С другой стороны, дальнейшему росту населения способствовало развитие сельского хозяйства. На полях начали использовать тяжелый плуг, который тащили восемь, а порой и больше быков, выращивать рис, появились орошаемые поля. «Буддистские тексты упоминают рис и его разновидности подобно тому, как гимны «Ригведы»— коров»{35}. Считается, что влажные почвы северного Бихара плохо подходили для ячменя, и нормально заселить эти места смогли, только научившись выращивать рис. Предпринимались попытки расчистить эти места и построить дамбы, чтобы защитить поля от воды, но большого успеха они не имели. К VI–V столетию до н. э. государство личчхавов и другие к северу от Ганга вместе представляли собой существенную силу, способную дать отпор монархическим соседям, особенно царству Кошала-Каши на юго-западе и новой воинственной династии Магадха на юго-востоке.
Интенсивное возделывание земли вызвало новое к ней отношение. Сезонный труд скотоводов сменила работа пахаря на поле определенных размеров. Грама, чье процветание зависело от количества воды и вложенного труда, превращалась в деревню с домами из глиняных кирпичей, в которых жили и семейства правящего клана, и быстро растущее число всевозможных слуг и социально зависимых от клана людей. Теперь деревню окружало лоскутное одеяло участков, тщательно разгороженных сетью канав. Типичные для крестьянского общества права на владение землей основывались на местной инициативе и использовании труда зависимых работников. На спорные участки накладывали руку грихпати — старейшины рода, набирая себе побольше земли, воды и работников. Чтобы лучше исполнять свои обязанности, они должны были приносить обильные жертвы богам скотом и зерном, а значит, иметь больше скота и зерна. Постепенно такое слово, как «бали», первоначально означавшее обряд жертвоприношения, который проводил глава клана, стало означать оброк — регулярные обязательные поборы с подданных. Подобным же образом «бхага» — первоначально часть военных трофеев, полагавшаяся вождю — превратилась в налог на урожай, как правило, шестую часть.
Возделанная земля рассматривалась как фамильная собственность, так что обширная, но не вполне четко определенная джанапада — наследственные земли клана — обретала фиксированные границы. Русла рек долины Ганга стали удобными рубежами новой, восточной джанапады. В буддистских текстах перечислены 16 маха-джанапад (то есть больших), существовавших в VI веке до н. э. Они простирались от Ганхары и Камбоджи на северо-западе нынешнего Пакистана до Аванти и Чеди в центральной Индии и Калинги в Бенгалии и Ориссе. Эти царства или, как их стали называть, раштра получили имена тех племен, которые в них жили. Куру назвали свое царство Куру, малла — Малла. Но теперь соотечественников меньше связывали родственные узы — горизонтальные связи и больше — вертикальные связи экономической и социальной зависимости. Акцентировались не столько принадлежность к племени или клану, сколько к территории, подданство человеку, который этой территорией правит, и зависимость от города, где сосредоточена власть.
Город и касты
Вторую урбанизацию Индии (первая произошла в давно позабытые хараппские времена) можно отчасти связать с процессом формирования государств и сопутствующих им институтов, а отчасти с излишком продуктов сельского хозяйства, получаемых переселенцами в восточных областях. Конечно, тексты послеведического периода создают впечатление, что эти города усеивали страну многие века. Но археологически такая картина подтверждается только с 600 года до н. э. Этим временем датируются земляные валы, раскопанные в Удджайне (Малва), Варанаси и Каушамби (столица Куру послехастинапурского периода, к западу от Аллахабада). Размеры этих насыпей говорят о том, что за ними скрывались гражданские поселения, они могли вмещать целые города{36}. Вскоре появились укрепления в таких местах, как Сравасти (столица Кошалы после Айодхьи) и Раджгир (столица Магадхи). На востоке города Таксила и Чарсадда, возможно, появились раньше, но под воздействием иных сил, если не сказать — иной воли. На северо-западе, где камень был в изобилии, встречались еще и монументальные сооружения.
