Боец дернул грузило на себя, пытаясь лишить циркачку равновесия, но та легко прыгнула вперёд и ударила наотмашь саблей.

— Вот и всё, — констатировал Мау, помогая мне встать.

— Эх, если бы, — проворчал я, оборачиваясь к ущелью, откуда мы недавно пришли. — Самое интересное впереди, а это так, разминка…

Глава 4

Мой папаша любил приговаривать, что хороший партнёр тот, кому невыгодно тебя кинуть. И глядя на заряженные арбалеты, направленные в мою сторону, спорить с этим тезисом как-то не тянуло. Тем не менее, я затолкал кипящие эмоции куда поглубже и спокойно поинтересовался:

— Как это понимать, господин Са-Ванн?

— Бросайте оружие и мы сохраним вам жизнь! — выкрикнул приказчик из-за спины своего телохранителя.

Лично показаться на глаза ему духу не хватило. А вот устроить засаду — другое дело.

Стоило нам подойти к временной стоянке, как за самострелы схватились даже раненные со слугами. Целых одиннадцать стволов вышло. Наверняка в этот момент мёртвые бандиты дружно ухмыльнулись, оказав нам напоследок медвежью услугу. Однако я чего-то подобного и ожидал. Наоборот, было бы странно, продолжай караванщики вести себя как обычно в ожидании делёжки.

Хотя для их коллег такой резкий разворот линии партии всё-таки оказался сюрпризом.

Оставшаяся на ногах парочка успела притащить тело поверженного атамана прямо к шефу и теперь не знала, куда себя деть. Один легко ранен, второй с отбитыми пальцами. Третий же нарвался при штурме и уже никуда не спешил. Сам же Грог, едва ковыляющий после жёсткого приземления, замер как вкопанный на полпути к хозяину, меж двух огней. Вот уж в ком хитрости ни грамма.

Либо наоборот, он ждёт, чья сторона возьмёт верх.

Делец всё рассчитал верно, как ему казалось. Мы должны были вернуться со штурма вымотанными и потерявшими бдительность, желательно не всем скопом. Вдобавок он взял на всякий случай в заложники наших людей. Хопа треснули по голове и связали, а Юту схватил её же «коллега», прижав медицинский нож к её шее. Для пущей наглядности. Лезвие там пусть и короткое в сравнении с кинжалом, но невероятно острое. Таким скальпелем и вскрыть можно, и что-нибудь лишнее ампутировать куда проще, чем прямой саблей.

Да уж, не самые приятные воспоминания…

— У меня к вам ровно такое же предложение, — хмуро произнёс я, выступив чуть вперёд на костылях. — И даже чуть лучше. Те, кто прямо сейчас опустят свои опасные игрушки, пока никто не порезался, уйдут отсюда живыми. Можете забирать вожака и проваливать на все четыре стороны.

К большому огорчению господина Са-Ванна мы вернулись полным составом, да ещё и с оружием в руках, поэтому большого перевеса не вышло. У него нормальных бойцов раз-два и обчёлся, не считая тех, кто пришёл с нами. Вся надежда на первый залп, но большинство людей держали самострелы впервые, судя по хвату. Куда там в итоге полетит снаряд, одному Окрану только ведомо.

— Хочешь присвоить все ценности себе? — выкрикнул приказчик, пытаясь гнуть свою линию. — Мои люди тоже проливали свою кровь!

— Да какие там ценности, четыре обсосанные лачуги, — пожал я печами. — Тем более, уйдёте вы не с пустыми руками. Вон Синий Лист, вот его знаменитое гасило в придачу. Второе такое оружие нужно ещё поискать. Награду за него ведь никто не отменял.

— Откуда мне знать, что ты не подсунул мне обычного разбойника?

— У него татуировка на половину лица, сам убедись.

Второй телохранитель откинул уголок окровавленной тряпки, которой укрыли атамана, и кивнул господину. Всю правую сторону головы бандита испещряло изображение какого-то растения, выполненное самыми дешёвыми сизыми чернилами. Носильщики тем временем потихоньку стали смещаться вбок, не желая попадать под огонь своих же. Арбалетчик жаждал реванша за отбитые пальцы и держал руки на оружии, а вот принимавший участие в штурме боец своими глазами видел, на что мы способны, и хотел просто постоять в сторонке.

Разумеется, отступать алчный жженоземец никуда не собирался. Даже после демонстрации главной добычи, принесённой на блюдечке. Мало ли, чего там бандиты после себя оставили. Наш отряд из не самых приятных попутчиков превратился для него в настоящую помеху на пути к богатству. Пусть пока чисто воображаемому. А помехи деловые люди либо как-нибудь обходят, либо убирают. Пройти мимо нас к убежищу караванщики не могли при всём желании, поэтому оставался лишь один вариант.

— Мне плевать, кто там! Последнее предупреждение!

По команде хозяина лекарь повёл скальпелем, и по бледной шее Юты заструилась кровь. Это уже больше смахивало на рэкет. А я ведь хотел пожалеть хоть и слабенького, но всё-таки специалиста…

Как же в тот момент хотелось подбежать и вломить уроду, чтобы кувыркался аж до самой скалы! Сдержаться вышло с большим трудом, хотя ноги не позволили бы мне совершить рывок. Однако клокочущая в груди ярость не хотела ни с чем мириться, даже когда я напомнил себе, что ни к кому эмоционально не привязываюсь.

Да и вообще, иногда излишняя забота бывает вредна. Мне ли не знать. Она должна всей душой поверить, что спасения нет. И не предатель ей тяжело дышит в затылок, а сама смерть.

Иначе эта хрень не работает, увы.

Приказчик ещё что-то голосил, но все звуки вокруг как отрезало. Мир сузился до перепуганной целительницы и меня, смотрящего ей прямо в глаза. Такие непривычно большие и бездонные, что в них можно запросто утонуть. Нас разделяло почти два десятка метров, но я видел каждую слезинку, стекавшую по её щекам. И не отводил взгляд, как бы тяжело ни было.

А лекарь, видать, вошёл во вкус и надавил ещё сильнее. Девушка обречённо дёрнулась, и тут затрясло уже самого мучителя. Да так, что тот едва окончательно не вспорол ей горло.

— Давай!

Мой выкрик стал спусковым крючком, утопленным до предела. Тетива тренькнула и обратно хода уже нет. Выпущенный болт обратно в ложе уже не вернуть.

События понеслись галопом, и я едва успевал всё фиксировать. Погребальный саван самодельных носилок резко вскинулся, и опешивший телохранитель попрощался сначала с кинжалом на поясе, а потом и с мужским достоинством. «Покойный» атаман тут же вернул похищенное, вонзив клинок в незащищённый кольчугой пах, и схватился за собственное оружие, которое лежало у него в ногах.

Под истошный вой свежеиспечённого евнуха никто не услышал нарастающий свист. Гасило не зря так называлось, потому что тушило противников наглухо. Первым с шаром поцеловался тот самый арбалетчик, который и принёс бандитского главаря на свою беду. Я не стал предупреждать его, что Синий Лист хоть и проиграл поединок, но получил по голове саблей плашмя. Обычно людям и этого хватает, но растатуированный здоровяк лишь прилёг отдохнуть ненадолго. А когда очухался, я предложил ему не вставать. Шанс у него был крошечный, но атаман предпочёл за него ухватиться.

Отчаянные времена требуют отчаянных решений. А уж смелости знаменитому налётчику не занимать.

И теперь он крушил караванщиков направо и налево, словно жук в муравейнике. Грузило, напоминавшее обычную чугунную гирю, только с шипами, выписывало в воздухе смертельный танец, за которым едва успевали мои глаза. Хрясь! И очередной охранник больше не нуждается во врачебной помощи. Хрусть! И у его коллеги в переломанных руках остались одни щепки вместо арбалета. Хоть и жив, но уже отвоевался.

И вот как по мановению волшебной палочки из строительной арматуры вместо вооружённого отряда перед нами оказалась перепуганная толпа людей. Бестолковая и опасная больше для себя. Некоторые бросились прочь, другие в ужасе стали стрелять куда попало, нередко по своим же соседям, а об остальных позаботились девчонки вместе с Мау. Мне даже тянуться к арбалету не пришлось. Так и стоял, наблюдая за короткой, но весьма кровавой суматохой. Разок мимо просвистело и всё. Слабаки.

Больше всего опасений у меня вызывал Грог, но тот вместе со вторым носильщиком просто не успели ничего сделать. Слишком быстро всё случилось.