Светлана в третий раз перечитывала письмо. Она почти не заметила, как рука Гоши легла ей на плечо и ласково спустилась чуть ниже. Когда его вторая рука проделала тот же маневр, Лана игриво вскочила, схватила футболку и, стоя поодаль от него, очень медленно начала натягивать на себя, приговаривая:

— На сегодня спектакль закончился. Занавес закрывается. Продолжения не будет.

— Сегодня не будет, а завтра?

— Завтра только после работы.

— Какой работы?

— Завтра я займусь поисками автора письма. Будешь помогать?

— Буду.

— Тогда начинай! Перепиши, Гоша, эту анонимку и положи письмо, как оно лежало. Да, не забудь потом джинсы надеть.

Задание было простым. В письме всего несколько машинописных строк:

«За все надо платить!

Наслаждайся последними днями своей подлой жизни. Кайся и вспоминай тот вечер в архиве.

Жаль, что твоя смерть не искупит всего».

Пока Егор переписывал этот странный и страшноватый текст, Лана листала семейную записную книжку. Вдруг она закричала:

— Нашла! Первый попался. Смотри, Гошенька, есть Андрей Викторович Шишов. Чем не Шишка. Осталось найти еще троих.

Егор тоже полистал телефонную книжку.

— Гарика не так легко найти. Он может быть и Игорем, и Гришей, и Егором. Вон их здесь сколько... А Ботаник должен быть очень умный и в очках... Самсонов есть! Он мне Титана напоминает. Тоже крепкий мужик. Тот льву пасть раздирал, а этот небо на руках держал.

— Неуч ты, Гошенька! Небо держали атланты. А титаны... ну они совсем другие... Завтра начинаем пасти Шишова.

— До скольких работаем, пастушка? Ты мне продолжение обещала после работы.

— После успешной работы!

Москву заволокло дымом. Такого жаркого лета не было уже давно. Горели леса, тлел торф, плавились мозги, и слезились от едкого смога глаза.

Олег старался не очень превышать скорость, хотя звонок, погнавший его в путь, был тревожный. Новая клиентка по имени Маргарита разбудила его в шесть утра и буквально кричала о покушении, об уликах, об убийцах, проникающих через забор.

Олег уверил клиентку, что будет у нее через час, и только после чашки крепкого кофе проснулся окончательно. Он понял, что поспешил пойти на поводу у взбалмошной клиентки. Ему даже показалось, что он не услышал ее первых слов: «Мне приснилось...» Тогда бы было все на своих местах: и бомба под кроватью, и взрывники на заборе.

Однако — клиент всегда прав... Маргарита Семеновна появилась в офисе детективного агентства «Сова» вчера в полдень.

Из-за августовской жары, дыма и полного отсутствия клиентов шеф «Совы» распустил сотрудников в длительный, очень мало оплачиваемый отпуск. Олегу досталась почетная задача — сторожить офис и ждать того чудака, которому в это пекло вдруг понадобится помощь частного детектива. Не отходя от вентилятора, Олег терпеливо ждал клиентов.

Терпение всегда вознаграждается. Днем раньше в офис ворвалась Маргарита Семеновна. Ей было лет сорок^ выглядела она на тридцать пять, но старательно играла тридцатилетнюю.

— Мне будет удобней, Олег, если мы сразу перейдем на «ты». Мы почти ровесники, и можешь называть меня просто Рита... Я так волнуюсь. Даже не знаю, с чего начать.

— Авы, Маргарита Сергеевна... Начинай, Рита, с главного!

— Слушай, Олег, моего мужа хотят убить!

— Кто?

— Аноним.

— А кто у нас муж?

— Депутат Государственной думы.

На слабые нервы Олег никогда не жаловался. Но после неожиданного заявления клиентки ему не удалось скрыть растерянности.

Конечно, взбалмошная Маргарита могла и соврать. Она вообще могла быть шутницей, искательницей приключений, сдвинувшейся от жары. Или, что еще хуже, обыкновенной нормальной «шизой», сбежавшей из дурдома. Такое уже бывало. Раньше все шизики в период обострений толпами шли в КГБ, но в рыночную эпоху и у них появился выбор: хочешь — обращайся в ФСБ, а хочешь — в частное детективное агентство «Сова».

Очевидно, Маргарита уже не раз попадала в подобные ситуации.

— Ты мне не веришь, Олег? Я это предвидела и захватила доказательство. Вот фотографии: это мой Дрюсик на трибуне рядом со спикером... А это мы с ним на банкете в Кремле. Видишь, к нам рука с бокалом тянется? Это Борис Николаевич. Весь он в кадр не попал, но рука его. Узнаешь?

Руку Олег не узнал, но банкетный зал был действительно кремлевский.

— Убедился? Я и сама раньше думала, что депутаты или министры люди особые. Сливки общества! Так нет — обычные мужики. Многие очень скучные и тупые... Так вот, сегодня утром мой Дрюсик...

— Прости, Рита, а как полное имя вашего... твоего мужа?

— Дрюсик — это ласкательное. Андрей Викторович Шишов... Итак, Дрюсик сегодня в почте находит письмо. Читает и зеленеет. Вскакивает злой, дрожащий, суетливый. Рвет письмо и бросает в урну... У нас очень красивая урна: мраморная с зеленоватыми крапинками. Итальянская. Она сорок три доллара стоила, но мне удалось за двадцать пять ее взять... Так вот, Дрюсик рвет письмо и убегает в столовую. Там у нас в баре для снятия стресса спиртное на любой вкус есть. Дрюсик в таких случаях обычно виски принимает, а я джин. И чистый, без всяких тоников... Пока Дрюсик успокаивается, я складываю обрывки, читаю и получаю шок — прямая и явная угроза убийством, и еще в таком издевательском тоне.

— Рита, ты письмо захватила?

— Естественно! Я же все понимаю: улики, отпечатки... Я помню, такой случай у Гарднера описан. Жена приносит адвокату Мейсону письмо с угрозами, а на следующий день мужа убивают... Вы любите Гарднера?

— Люблю... А ты не предложила мужу обратиться в милицию?

— Естественно! Дрюсик даже и слушать об этом не хотел. Категорически был против. Никто, говорит, об этом не должен знать: ни МВД, ни ФСБ, ни черт, ни дьявол. Но, поскольку он не упомянул частных детективов, я к вам и пришла... Сыщик — он как личный врач. Ему можно доверять, не так ли?

— Без всяких сомнений.., А где письмо?

Наклеенные на картонку обрывки анонимки содержали текст с угрозой. Правда, она не была уж очень явной и совсем не прямой. Первая фраза была философской и поэтому туманной: «За все надо платить!..»

...Визит Маргариты завершился авансом в пять тысяч зеленых, и теперь Олег не мог не работать по этому пока еще непонятному делу. Ко вчерашнему вечеру у него уже было небольшое досье на депутата Андрея Шишова, известного также под домашней кличкой Дрюсь.

Все это было вчера. А сейчас Олег мчался по дымному Киевскому шоссе в сторону поселка Внуково.

Встречу Маргарита назначила не около дачи уважаемого депутата, а в километре от нее: на повороте около столетнего дуба.

Возможно, в этом был какой-то тайный смысл. Опять же удобно: Олегу не пришлось светиться на улочках дачного поселка в поисках нужного дома.

Маргарита ждала в тени дуба. Легкий спортивный костюм плотно облегал молодящееся тело. Бывший при ней яркий пластиковый пакет являлся, очевидно, элементом конспирации: вышла, мол, в столь ранний час за хлебом и молочком для мужа.

Еще не успев захлопнуть дверцу машины, Марго начала выкладывать Олегу факты:

— Я их видела! Обоих! Не знаю, как они проникли на наш участок, но я их заметила вечером в беседке. В первый момент я не испугалась, а даже заинтересовались. Сами понимаете, Олег, зачем молодая парочка может уединиться в тенистой беседке на чужом участке.

— Понимаю.

— Вот и я так решила. Подглядывать за всякой ерундой я не люблю, но здесь совсем другой случай... Я подкралась и затаилась в нескольких метрах от них. И что вы думаете? Они двадцать минут смотрели в сторону дома, шептались и вяло обнимались. Даже не целовались! Меня это возмутило! Я встала и шуганула их.

— Как?

— Потребовала убраться! Я сказала, что нечего здесь устраивать гнездо разврата... Они моментально рванули к забору, где навалены доски. Перемахнули его и скрылись. Я на всякий случай вышла за ворота, и не зря. Мимо пронеслась машина с этой подозрительной парочкой.