Однако сейчас, вслушиваясь в эти возгласы, я понимала, насколько же жестоко мне лгали практически в лицо. Люди… они ждали, беспокоились, ведь эти крики никак нельзя было принять за гневные или яростные. В них сквозило облегчение и неимоверная радость, заставляющие душу трепетать.

По городу ехали около часа, возможно, несколько больше. За это время я успела закончить вышивать и теперь критически осматривала свою работу с изнаночной стороны. Поэтому не сразу услышала, что гул толпы остался позади, зато неизвестный металлический механизм пришёл в действие, заставив стремительно выглянуть наружу.

Любовалась огромными деревянными воротами всего секунду, но этого хватило с лихвой, чтобы насладиться их непомерным величием. Внутрь меня втащила матушка Елена, при этом смерив недовольным взглядом, как бы одним своим видом говоря, что подобное поведение не достойно принцессы. Пришлось смириться и оставшийся путь, который длился ещё около сорока минут, рассматривать свои исколотые пальцы.

Вскоре наш экипаж остановился.

Из кареты выбралась самостоятельно, полностью проигнорировав протянутую руку неизвестного мужчины. Хотелось отбежать в сторону, скинуть наброшенный покров, призванный скрывать лицо, и оглядеться. Ведь окружающая обстановка была поистине невероятной.

Подобное могло встречаться лишь на пожелтевших страницах книг, которые я читала тайком под лестницей при неровном свете практически сгоревшей свечи. Но описание и иллюстрации книг ни в какую не шли с настоящей реальностью, которая была настолько завораживающей, что невольно дыхание перехватывало.

Ах, если бы я жила в подобном месте, если бы только была чиста кровью, то всё, возможно, сложилось бы иначе.

— Аврора!

Взглянув на охранника, который за всё это время не проронил ни слова, осознала, что стою на одном месте порядком минуты. Что ж, глупое поведение, но вполне логичное.

Качнула головой, расправив плечи и приподняв передний подол юбки ровно на два сантиметра, с тоской взглянула на серое с голубыми кусочками небо, прежде чем чинно подойти к матушке Елене.

Поравнявшись с ней, поняла истинную причину недовольства. Оно изначально не распространялось на меня, потому что источник в окружении служанок стоял чуть поодаль, с холодным презрением прожигая нас взглядом.

Как только мы приблизились, я поспешила поприветствовать человека, когда-то давно спасшего мне жизнь. Настоятельница лишь коротко кивнула, не проронив ни слова. Ни для кого не было секретом, что мать нашего короля ненавидела церковь и всю её деятельность, чуть ли не в открытую говоря об их продажности и лицемерии.

Сама леди Жаннет была родом с востока, и даже выйдя замуж за старого короля, религию менять не пожелала. Несгибаемая леди. Она не принесла в страну ни новаций, ни революций, как пророчили многие. Жестокая, но практически не интересующаяся политикой, она была истинной королевой своей страны.

— Приветствую тебя, Аврора, — голос старой леди был сух и спокоен, но глаза выдавали её намерения полностью. Она была нам не рада. — И тебя, Елена, продолжаешь ли ты служить верой и правдой выбранной богине?

— Разумеется, — холодно откликнулась настоятельница, нисколько не поменявшись в лице. — Также я не забываю об обещании, которое дала вам несколько лет назад.

— Всё так же молишься, чтобы после смерти я нашла покой? — сухие губы леди Жаннет дрогнули в усмешке.

— Конечно.

— Как благородно, — и почему же мне показалось, что этим самым она сказала «как глупо»? Впрочем, развивать дальнейший разговор старая королева не стала, отвернувшись. — Дорогая моя, у нас не так много времени, чтобы привести тебя в порядок, — а это, видимо, уже мне. — Сегодня вечером намечается торжество по случаю удачного решения конфликта, а завтра ты отбываешь. Прошу за мной.

Произнеся всё это, женщина стремительно развернулась, направившись внутрь замка. Нечто оборвалось внутри, неизвестно, как я нашла в себе силы переставлять ноги и держат спину прямой. Наверное, стоит благодарить уроки хороших манер, которые вбивали нас с фанатичным подходом.

Большинство послушниц при монастыре были просто ученицы специальной школы для девушек, родители которых не имели нужных средств на городские учреждения. Выгодный обмен. Леди обучалась всему необходимому, а после около нескольких лет трудилась на благо церкви, после чего считалась полностью свободной и образованной.

Королева не шла, практически бежала вперёд, но делала это с такой непринужденной грацией, что со стороны это выглядело даже величественно, чем нелепо. И всё же, несмотря на столь быстрый темп, я успевала рассматривать коридоры, впитывая в себе их интерьер и пытаясь усвоить в голове факт того, что им уже несколько сотен лет.

После сна всё ещё ощущалась некая лёгкость, поэтому о предстоящих проблемах думать совершенно не хотелось, что было для меня несвойственно. На пути нам не встретилось никого из знати, лишь несколько слуг, которые при виде леди Жаннет спешно отходили к стенам и кланялись, давая нам проход.

Остановились лишь подле невзрачной дверью, которую служанки поспешили распахнуть. Только тогда до меня дошло, что старая королева оказала великую честь, самостоятельно проводив до покоев.

Елена позади бесшумно хмыкнула, никак не высказав своё мнение по этому поводу. Хотя казалось, что ей есть о чём поговорить с этой женщиной.

— Торжество начинается в семь, до этого времени моя прислуга приведёт тебя в подобающий вид, — несгибаемая леди брезгливо окинула моё строгое одеяние взглядом. — Я приготовила тебе платье, раз мой сын не соизволил сделать этого. Когда будешь готова, одна из служанок проводит тебя до зала.

— Спасибо, — я поспешила сделать реверанс, хотя на меня уже не смотрели. Всё внимание старой королевы было обращено к матушке.

Невольно ощутила себя меж двух огней.Жутковато.

— Не желаете ли вы поговорить за чашечкой чая в освободившееся время, — внезапно поинтересовалась Жаннет, прежде чем на распев добавить, — настоятельница?

— С радостью, — сухо произнесла Елена, но явно заметив мою напряжённость, мягко улыбнулась, коснувшись ладонью плеча. — Иди, дитя, мы встретимся с тобой позже.

Я сдержано кивнула, понимая, что совершенно не хочу оставаться наедине с кучей незнакомых девушек, но кто интересовался моим мнением? Леди Жаннет уже развернулась, и матушка поспешила за ней, напоследок кивнув мне.

Привыкай, Аврора. Теперь ты сама по себе, нужно быть храброй и верить в себя, чтобы выжить. Так как хоронить себя, даже не попытавшись бороться, не входило в планы.

Медленно выдохнув, вошла в покои, если не приняв, то на время смирившись с участью. Ведь пока ещё я нахожусь на своей территории.

— Ваше Высочество, пройдёмте, пожалуйста, у нас не так много времени.

Одна из служанок сделала шаг вперёд, поклонившись. Её рыбьи глаза не выражали никаких эмоций. Для неё я была очередной муторной работой, с которой необходимо разобраться быстро и качественно.

Раздеваться под внимательными взглядами было крайне смущающим занятием, даже с пониманием того, что в монастыре купальни были общими. Пока мне помогали избавиться от одежды, две другие девушки наполнили ванную.

Ступив в омывальню, вдохнула тяжёлый от влажности воздух, отдающийся приторно-сладким ароматом цветов. Ни на кого не оглядываясь, поспешно опустилась в воду, стараясь согреться.

Всё последующее время меня мыли, натирали какими-то кремами, которые крайне болезненно щипали, но гарантировали предотвращение роста волос, как минимум, на ближайший год точно. Вплотную занялись волосами и лицом.

Я даже представить не могла, что на свете существует такое огромное количество масок для различных частей тела. В монастыре об этом никогда не задумывались. Утром и вечером мы умывались еле тёплой водой — зимой, студёной — летом. Никаких новшеств и излишков, всё ровно столько, сколько требовалось человеку для поддержки организма в здоровом состоянии.

По ощущениям, из ванны мы всей процессией вышли через два часа. За это время я успела отмокнуть и немного расслабиться физически, но вновь нагрузить себя в моральном плане. Поэтому весь процесс одевания прошёл мимо. Лишь взглянув в огромное зеркало по окончанию работы, невольно впала в ступор, растеряв все мысли.