Валерия поклонилась, и в её улыбке мелькнуло торжество. Она уже явно уверена в своей победе.

— А теперь — Алисия Жагно! — объявил Энтони.

Аля подошла без спешки. Она поставила перед судьями глубокую форму, из которой всё ещё поднимался пар, и разложив три кусочка запеканки по дегустационным тарелкам, молча отступила. Никакой улыбки. Никакого поклона. Только лёгкий, почти незаметный наклон головы, который как бы говорил: «Чего уставились? Ешьте, пока не остыло!».

— Ох, Госпожа Жагно… — Мишель отрицательно покачала головой: — Ну нельзя же вечно выезжать на своей красивой мордашке! Можно же хоть чуть-чуть попробовать в шоу… В актёрскую игру. Ей богу! Мне неприятно за этим смотреть.

— Вообще-то, ты от неё мало чем отличаешься в подобные моменты. — холодно произнёс Майлз, за что тут же получил смачную оплеуху.

Марика приступила к дегустации первой. Поднесла ложку ко рту и попробовала. Её глаза распахнулись, словно перед ней было нечто невообразимое. Пища не от измерения сего.

— Это… — моя любимая учительница, словно потеряла слова: — Это чистая тыква. И такой… Такой концентрированный вкус… Будто я откусила от самого сердца осени. Госпожа Жагно, как вы это сделали?

— Редукция. — холодно ответила Аля с таким видом, словно ей совершенно плевать на всё происходящее: — Я выпарила тыквенный сок до состояния сиропа. Именно он стал главным секретом и основой для вкуса моего блюда. Конечно же, я могла применить такие же фокусы со специями, как у Госпожи Клоунессы. Но тема — тыква. И я хотела дать вам всем именно её.

— НАСТУПИ НА МЕНЯ!!! — раздался крик из зала.

— Я ХОЧУ ЧТОБЫ ТЫ СТАЛА МАМОЙ МОИХ ДЕТЕЙ!!!

— Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!!!

— УНИЖАЙ МЕНЯ!!!

— СЯДЬ МНЕ НА ЛИЦО…

— Тишина! — гаркнул Энтони и мигом заткнул перевозбудившихся представителей неофициального клуба исследователей красоток. Ох, зря они так… Ректору может надоесть корчить «слепошарого дурачка». А наказания за нарушения регламента и устава в Харитоновке довольно серьёзные.

— Госпожа Жагно… — Овечкин с лёгким напряжением посмотрел на ледяную Алю, а потом отмахнулся рукой и жадно набросился на свою порцию. Прожевав, он буквально застыл. А на его глазах выступили самые настоящие слёзы.

— Я плачу… — прошептал заместитель ректора, не стесняясь: — Я ем тыквенную запеканку и плачу. Она такая нежная! А курица сочная до невозможности… Но вкус тыквы… он повсюду! Он в пюре, он в этом сладком сиропе между слоями, он даже в этих поджаренных семечках сверху! Это тыква, тыква и ещё раз тыква — но каждый раз с новой стороны!

Марика подхватила:

— Она не спрятала главный продукт. Она раскрыла его целиком. Запечённая мякоть даёт карамель, сырая эссенция даёт свежесть и мощь, семечки — ореховую глубину. Три лица одного овоща! Восхитительно, Госпожа Жагно. Вы… умеете впечатлять.

— Да-да. Польщена. — скучающим тоном ответила Аля.

Последней за ложку взялась Амелия. И на этот раз она не торопилась даже больше обычного. Отделила слой пюре, каплю сиропа, кусочек курицы, крошку присыпки и аккуратно собрала на ложке весь замысел целиком.

Хоть Аля и пыталась изо всех скрыть напряжение перед местной Королевой. Но лично я всё видел. Жар-птица ты, или простой человек — лишь истинная экстра сможет вынести настоящий вердикт.

Тишина на Трибунах стала абсолютной. Даже Колян рядом со мной перестал дышать.

Амелия медленно подняла взгляд на Алю. И впервые за весь вечер, что-то в её ледяном лице едва заметно смягчилось.

— Уваренный сок сырой тыквы. — тихо произнесла она: — Вы наглая, чрезмерно храбрая и дико самоуверенная специалистка. Вы просчитали свою оппонентку. Вы изучили абсолютно каждую мелочь во всех её потенциальных блюдах. И жестоко обернули против неё. Вы взяли эссенцию продукта и усилили её в блюде… Здесь нет ничего лишнего. Курица, семечки, капля сыра… Всё это служит лишь одному. Её Величеству — Тыкве. Вы не украшали продукт. Вы были честны с ним. И он ответил вам всей своей полнотой.

— Благодарю. — холодно ответила Аля, едва заметно выдыхая с облегчением.

— Оба блюда — шедевры. — произнёс Овечкин, промокнув губы салфеткой: — Однако тема сегодняшней дуэли — тыква. Думаю, нам нужно немного посовещаться, чтобы понять, кто именно раскрыл тему лучше.

— Спасибо, уважаемые судьи! — торжественно произнёс Энтони: — Чем же закончится борьба двух богинь кулинарного Олимпа?

— Победит Госпожа Пшеничкина. — холодно произнёс Майлз.

— Это ещё почему? — удивилась Мишель.

— Жагно их идейный противник. Если Пшеничкина помогает развивать кулинарию, то Жагно — наоборот, разрушает её. Увы, как бы камеры не пытались выхватить истину… Арбитры будут предвзяты. Да и к тому же — кто посмеет оспорить результат данной дуэли? Это ж не битва студентов.

— Ну… Не знаю. — задумчиво ответил я: — Как по мне — победитель этого сражения очевиден. И если результат будет другим… Моё уважение к арбитрам сильно упадёт.

— Ты слишком заморачиваешься. — холодно произнёс Майлз: — Симонов просто хочет привлечь новых спонсоров красивым и драматичным шоу. К тому же, я воспитывал в Пшеничкиной не просто повара. Я учил её, как грамотно взаимодействовать со зрителями и арбитрами на сцене.

— Что ж… Вот сейчас и увидим.

Благо, что арбитры совещались недолго. Энтони, приняв от них карточку, вышел в центр Арены:

— Обе дуэлянтки показали кулинарию высочайшего класса! — торжественно произнёс ведущий: — Валерия Пшеничкина создала блюдо ослепительной роскоши и техники! Алисия Жагно представила концентрированную тыкву, которая раскрылась с разных сторон. Однако по единогласному решению… почетное звание победителя осенней битвы получает… АЛИСИЯ ЖАГНО!!!

Волна звука обрушилась с трибун. Овации хлынули, как прорвавшая плотину река.

А внутри меня с облегчением развязался узел. Плевать, идейный враг перед тобой или нет. Арбитр должен отринуть все предвзятости, как только согласился судить поединок. Таково моё мнение.

Аля стояла посреди этого урагана всё такая же спокойная. Лишь чуть склонила голову, как бы принимая поздравления от зрителей. Затем взглядом она нашла меня… И в этот единственный миг уголки её губ дрогнули в тени улыбки.

Валерия подошла к сопернице. Вся такая милашка… Улыбнулась и протянула тонкую ручку. Но я видел, как в глубине её глаз горел холодный и злой огонёк уязвлённой гордости. Аля максимально равнодушно пожала протянутую руку.

Очередной ценный урок усвоен. Пшеничка хотела показать роскошь и богатство, взяв огромное количество ингредиентов и секрет. Аля же просто приготовила тыкву строго по техническому заданию арбитров. Вот и всё.

Будь внимательным и честным. Зачастую — это намного дороже, чем роскошь и яркие понты.

* * *

— «Зирвак»? — удивлённо произнесла Лилия, оглядывая достаточно обыденное кафе восточной кухни: — Сетевой узловик реально тусуется здесь? Но… зачем?

— А ты обрати внимание. — усмехнулся я: — Позади нас столик, за которым сидят певец Колдун и политик Екатерина Звездулина. Одеты, как обычные люди… максимально неприметно.

— ЧЕГО⁈ — Лилия хотела было оглянуться, но я вовремя её остановил.

— Не вздумай. Они пришли сюда, чтобы на них никто не обращал внимание. А вон за тем столиком сидят Анна Проссеко и Прохор Старолюбов.

— Вижу… Чёрт возьми, Дерек! Я их вижу!!!

— Тише… А рядом со входом сидят Ольга Арбузова и Тимур Шикотрутинов.

— Боже… Я думала, что они в шутку встречаются…

— Все так думают. Но на самом деле — это не просто кафе восточной кухни. Сюда приходят, чтобы не попасть под объективы наглых папарацци. Никто не ожидает увидеть тут звёзд имперской эстрады.

— Невероятно… А этот придурок, выходит, нашёл золотую жилу?

— Типа того.

— Чего желаете? — к нам подошла милая девочка-овечка.