На поляне у кордона уже стояло три палатки. поставили мы и наши четыре. Настоящий лагерь получился. Пока я с девчонками готовила ужин, Паша с Сергеем договорились с лесничим о баньке. Вечерком попаримся. Блеск.

Банька была и вправду шикарная, вначале парились парни и шумно гоготали, мелькая в сумраке голыми телами, выскакивая из парной и прыгая в Киалим. Девчонки с невинным видом косили взгляд в сторону бани и мило смущались.

Потом пришла и наша очередь. Мои красавицы тоже решились на экстрим и прыгали в холодную воду горной реки. Визг и хохот стоял на всю округу. Я искупаться в реке не решилась. Одевать трусики на мокрое распаренное тело и сигать в воду, тот еще квест, мне хватило окатиться водичкой из ведра. А потом мы пили чай на травах и сидели у костра. Присоединился к нам и лесник, а потом подтянулись и соседи. Песни, под гитару, страшные рассказы, искры костра улетающие в небо. Все то, о чем я так мечтала. И мои родные все рядом со мной.

Спали мы в эту ночь, как убитые.

Утром мы собрали палатки и переселились в гостевой дом, ключи от которого нам дал лесник. Сам же он уехал с утра в Златоуст за продуктами, обещая вернуться к следующему утру. Нас попросил присмотреть за его хозяйством. Нам несложно, мы всё равно планировали задержаться здесь еще на сутки. Пообедав, отправились на метеостанцию Таганай - гора.  От Киалимского кордона до  неё пять километров затяжного подъёма.  Тяжело, но вполне осуществимо и стоит затраченных на подъем усилий. Красоту этого места забыть просто невозможно.

 «Таганай-гора» — самая высокогорная на Урале метеорологическая станция, была открыта двадцатого августа тысяча тридцать второго года на северной вершине гор Дальний Таганай на высоте 1108 м над уровнем моря. Сведения, полученные на станции, использовались для составления прогнозов погоды, но по решению Уральского комитета гидрометеорологии и охраны окружающей среды станция была закрыта  восемнадцатого мая тысяча девятьсот девяносто второго года. И сейчас это самый дальний приют на Таганае.

Здание метеостанции - одноэтажный дом, рассчитанный на размещение четырнадцати человек. В доме две комнаты с двухъярусными кроватями, кухня и комната дежурного, который на добровольных условиях продолжает снимать показания с устаревшего, но все ещё работающего оборудования. Отопление естественно печное, а туалет на улице. Вода из колодца. Их здесь два, один метрах в четырехстах от приюта, а до второго почти  километр. С вершины Дальнего Таганая как на ладони видны Ицыл и Круглица. На юго-восточном отроге горы раскинулась скальная гряда «Верблюд», на западном — «Драконьи скалы». Почти у каждого побывавшего здесь туриста есть фотография останца «Кепка» и “Лиса”. А в ясные дни, ночью можно увидеть огни Златоуста, Миасса, Челябинска, Карабаша и даже Екатеринбурга. И здесь как и на Откликном встречают самые красивые рассветы и закаты.

Хотите  увидеть все красоты Большого Таганайского хребта и природный ландшафт эпохи последнего оледенения, представляющий собой горную тундру с произрастанием уникальных видов реликтовой флоры?  Тогда вам точно надо на метеостанцию, Не пожалеете! Единственно, что надо помнить, для того чтобы не повредить хрупкую экосистему этого уникального по красоте места, передвигаться надо только по уже существующим тропам.

 Налюбовавшись вдоволь видами, сделав кучу фотографий и пообщавшись с дежурным, мы спускаемся вниз.

Вечером у костра знакомимся с новыми туристами, вчерашние ушли по своему маршруту утром. Среди пришедших выделялась подтянутая женщина пенсионного возраста. Надежда очень хороший рассказчик. На пенсии она уже пять лет и все эти годы она по многу путешествует и в основном автостопом. Что только она не повидала, в каких краях не побывала. В прошлом году путешествовала автостопом по Африке. Мои дети слушали её раскрыв рты, а мне хотелось засунуть ей кляп. Ну, нельзя же так интересно рассказывать о небезопасном способе путешествия. У меня сердце не выдержит, если кто-то из моих отправится автостопом. Эх, я прямо, как задним местом чувствовала.

Лесник утром не появился. Беда. У нас  в запасе не осталось времени, через два дня она работу. Сидим ждем.  Загораем, устраиваем фотосессии.  Решили если он не появится вечером, то утром мы всё равно уходим, оставив ему ключи где-нибудь на крылечке. Доверить их некому, вчерашняя группа уже ушла, а больше никто не подошел.

На наше счастье лесник появился вечером. В качестве извинения привёз нам три булки белого хлеба. Этот хлеб показался нам  слаще всяких пряников. За неделю мы прикончили весь запас сухарей, а по свежему хлебушку, как оказалось все ужасно соскучились. Третью буханку намазали сгущенкой с какао, вскрыв последнюю баночку. А потом хохотали до коликов, наблюдая как гоняются по поляне Глеб с Витькой, пытаясь отобрать друг у друга эту баночку, чтобы её вылизать.

Утром позавтракав, отправились в путь. Я представляла, что нам предстоит и заранее переживала. С нами была теперь и Оксанка, а ей всего двенадцать. Переход предстоял длинный и тяжелый, Остановка на ночь, как мы планировали ранее из-за задержки лесника отменялась.

Как и ожидалось спуск  был тяжелым. К озеру вышли мы уже поздним вечером. В темноте потеряли тропу и забурились в какое-то болото. Все грязные вышли на берег, еле нашли место под палатки.  Все держались молодцом, Оксана вообще была умничкой. Истерику от усталости закатила только одна Любаша, подружка моей дочери. Поздний ужин и сон. Утром после завтрака мы с мужем уезжали домой. Нам завтра на работу. Дети остались еще на несколько дней. Пашка поехал нас провожать в поселок и заодно закупить продуктов. Хорошо им. У младших каникулы, а у Павла еще неделя отпуска.

К моему большому сожалению, на Таганай я больше не ходила. А дети бывали там еще не раз.

Глава 3

 Дети для нас всегда остаются детьми. И сердце матери не знает покоя, если у них что-то не ладится или они внезапно куда-то уезжают.

То, что моя дочь с друзьями сорвалась с места и уехала автостопом в Питер, я узнала, когда она уже была далеко от дома.  Девочка она у нас конечно большая, в этом году ей исполнится уже двадцать два. Но боже мой, для меня она всё равно маленькая, моя хрупкая и нежная доченька.

Вообще -то Мара поехала вначале с Катюней, той самой Катей, что была с нами в походе, на фестиваль Старый Новый рок и честно меня об этом предупредила. А вот уже оттуда, после завершения фестиваля, она со своим парнем и друзьями и рванула по городам и весям. А мне остаётся теперь только молиться, чтобы у них всё было хорошо, и чтобы мою девочку никто не обидел. Я списалась с дочкой и попросила её каждый день выходить на связь. Иначе я от тревоги сойду с ума.

Отсутствовала дочка больше месяца. О своём путешествии, вернувшись практически ничего не рассказывала, сказала только, что было классно. Привезла кучу фоток и на всех у неё довольная моська. Жива, здорова и слава богу. Будет, что вспомнить в старости.

А потом отчалил в свободное плавание и Пашка. Тоже поехал автостопом на какой-то фестиваль, вроде “Радуга” называется, куда -то толи под Питер, толи под Нижний Новгород.

 За него я тоже переживала, правда чуть меньше чем за дочь, все же парню двадцать шесть. Пашка писал, что у него всё хорошо. Договорился с одной хозяюшкой в ближайшей деревушке насчет молока, берет у неё по три литра в день, тем и питается. Молочная душа - мой сынок, с детства любит молоко.

Сергей всё чаще заводит разговор о том, что Газели собираются убирать с маршрутов и заменять их Фордами. Я взвешивала все “за” и “против”. Рассчитывала ежемесячные платежи по кредитам и финансовую нагрузку. Получалось, что в течении года, нам придется умерить свои аппетиты и поднапрячься, а дальше будет легче, так как многие кредиты закроются. Но целый год нам придется платить тысяч по шестьдесят в месяц и про отпуск придется забыть.

Эх, знал бы где упасть, соломки бы подстелил. Кабы знать заранее, чем для нашей семьи это всё кончится, никогда бы не согласилась на эту авантюру. Если бы, да кабы…