Что ни говори, но потрепали нас неплохо, хоть и поплатились потом за это своими жизнями.

Восемьдесят три мертвеца по ту сторону, против полудюжины раненых с нашей.

Затейником всей этой гоп-компании оказался мой старый знакомый Хаш’барог — хозяин заставы говнюков.

Ну что ж, думаю мы с ним ещё встретимся, и тогда я с него спрошу. За всё спрошу.

Так же, как спрошу с того мерзкого сотника, чьё тело так и не нашлось.

И всё же это нападение вытащило наружу все недостатки обороны. По сути, не подружись я с Гили или не встреть Грозу, всё могло бы кончится иначе.

Зато я продвинулся по пути Силы и испробовал призванный кинжал в деле. Эфирное оружие на порядок превосходит обычное, пусть даже наделённое Духом.

Только к вечеру жизнь в остроге потекла своим чередом. Ворота стояли на месте, стены укреплены, а рядом с первой бомбардой появилась вторая.

Прогуливаясь по притихшему двору, я заглянул к Транну. Кузнец выглядел довольным, видимо взять своё ему тоже удалось — я видел, как мелькал его молот перед воротами. Ни один житель не побежал — все встали на защиту своего многострадального дома. Даже бабка Грета носилась наравне с орклинами, заливая водой горящие стены.

— Славные времена наступают, Кром! — пробасил кузнец. — Сегодня этот проклятый Хаш’барог неплохо получил по зубам. Лишится за пару часов почти сотни хорошо экипированных воинов, это вам не хухры-мухры. Долго ему придётся зализывать раны.

— Но и мы получили урок, — я взглянул на кучу трофейного оружия, приготовленного для переплавки. — Нужно кое-чего смастерить.

— Что именно? — заинтересовался кузнец.

— Совки для пороха, все одинакового размера, которыми удобно черпать порох. Один совок — одна порция заряда для бомбарды. Это ускорит перезарядку.

Транн понимающе закивал.

— Хорошая идея.

— Да. И ещё нужно изготовить для баллисты особые снаряды. Не просто обитое железом бревно, а снаряжённое глиняным наконечником с зарядом. Ещё нужно срочно начать отливать детали для второй баллисты. Есть у меня мысли, как их использовать в тандеме.

Кузнец прошёлся вокруг меня, внимательно вглядываясь в глаза.

— И откуда ты всё это берёшь? Будто сотню лет в боях провёл, а ведь тебе только восемнадцать. Если у нас получится всё это сделать, мы запросто заткнём всех за пояс.

— Да, но для начала надо сделать и опробовать в деле.

— Начну уже сегодня. Металла у нас скоро будет достаточно.

— Отлично, — я ещё раз окинул кузню взглядом. — Слышал, у тебя и плуг есть. Он целый?

— А как же! — Транн сунул руки в карманы фартука. — Только кто им управляться будет?

— Есть один умелец. Как раз собирался с ним поговорить. Значит, до завтра. Дай знать, как будут первые результаты.

Мы попрощались.

Аглая я отыскал на краю острога. Он бездумно пялился перед собой невидящим взглядом.

Волосы взъерошены. Глаза опухшие. На заросшем лице седая спутанная борода. Руки в ожогах. Видно, тоже помогал тушить пожар.

— Аглай? — я встал напротив него.

Мужик вздрогнул и испуганно уставился на меня.

— Комендант Кром! Я… это… я…

— У меня к тебе есть разговор.

Я присел на скамью рядом.

— Да. Я вас слушаю, комендант, — замялся мужик.

— Слышал я, ты лучший землепашец, Аглай, — начал я добродушно. — Скоро сезон дождей, твоя помощь пришлась бы кстати. Орклины могут вспахать сами, но у них мало навыков в этом деле. Можем не успеть засеять поля до дождей.

— Так это… я?

— Ты, ты, — улыбнулся я. — Что скажешь?

— Вам нужна моя помощь?

— Конечно. Острог нужно чем-то кормить. Для этого у нас есть зерно. Засадим поля. Получим хлеб. Когда ты последний раз ел нормальный свежеиспеченный хлеб? Настоящий хлеб! Из муки, а не из коры!

Признаться, я и сам практически ни разу не встречал здесь хорошего хлеба. Только если в человеческих селениях.

Аглай печально посмотрел куда-то вдаль.

— Когда супружница моя покойная пекла.

— Ну вот. Сейчас ты можешь дать этот хлеб всему острогу. И поверь мне, это не останется незамеченным.

— Тогда я согласен, — часто закивал Аглай. — Только…

Он скривился, будто хлебнул чего прокисшего. Хотя, всё было ясно и так.

— Подойди к Урзулу. Скажи, что от меня и объясни ему свою проблему. Он тебе чего-нибудь даст.

Мужик благодарно закивал и даже пустил скупую мужскую слезу.

— Тогда я сразу пойду.

— Поправляйся. Мне понадобятся твои умения и твои руки.

Всего-то делов. Дать человеку понимание того, что он может быть полезен острогу. Что он обладает уникальными навыками, которые просто потонули на дне бутылки. И таких самородков здесь куча.

Грета мастерит отличные перины, тот же Транн искусный кузнец, которых ещё поискать надо, Аглай лучший землепашец. Кто-то умеет печь вкусный хлеб. Другой мастер топора — кто-то же поддерживал острог хоть в каком-то порядке.

Всё это нужно вытаскивать наружу, поднимать со дна, и прилагать к делу. Только так Гнилые Зубы смогут выйти из упадка. И начало всему этому уже положено.

Разобравшись с мелкими делами, я отправился в свою хибару. Пришло время провести ревизию и подвести какой-то итог. Назначить временные рамки и особенности развития Круга Силы и Круга Духа.

В конце концов, нужно подготовится к прорыву на следующую ступень и поглотить очередную партию кристаллов.

Я уселся на перину, скрестив ноги, и прикрыл глаза.

Первом делом попробовал связаться с Грозой. Та нить, что связывала наделённого первородной Силой варга и меня, стала крепче. Теперь я отчётливо чувствовал присутствие древнего разума. А он чувствовал меня, откликаясь на эмоциональную окраску моих мыслей и проецируя в ответ образы.

С этим разобрались. С моим ростом в магических талантах наша связь будет только крепнуть, и когда-нибудь я оседлаю этого зверя.

Затем я проверил свою магическую систему. Духовный корень ощутимо подрос, пульсируя в такт моему сердцу. Со всех сторон к нему тянулись жилки моего гнилого дара. Вот с ним надо бы поработать. Научиться использовать только по необходимости.

Я попробовал мысленно оборвать все жилки — отбирать энергию у жителей острога я не собирался. Для этих целей достаточно будет врагов — их у меня хватает.

Спустя несколько секунд у меня получилось это сделать. Теперь буду держать этот процесс на контроле, и своевременно обрывать его.

Потом я осмотрел каналы. Эфир равномерно двигался по ним, проходя по всему телу, и вливаясь обратно в корень. Процесс отлажен.

А вот с выжженными на запястье Кругами произошли изменения. Чёрный, словно сварной шов, шрам, пульсировал, как живой.

Утренний бой указал мне не только на недостатки, но и дал возможность продвинуться по пути Силы. Ещё немного практики, и вторая ступень подчинится мне, и я снова стану сильнее. Освою новые техники. Моя кожа станет прочной как камень, мышцы выносливыми, а сам я — быстрее.

Путь Духа нужно просто практиковать.

Я вытянул руку и сформировал на ладони эфирный клинок. Лезвие переливалось огненными всполохами, словно угли в очаге.

Я попробовал подбросить его и перехватить. Но едва клинок покинул мою ладонь, связь с ним оборвалась и он растворился без остатка.

Да, такой во врага не метнёшь.

Надо больше практиковаться и открывать новые техники.

Я некоторое время потренировался, а потом лёг спать.

Завтрашний день даст новую пищу.

Первым дурным предвестником стала тишина. Тяжёлая, давящая тишина, от которой, как от тоски, хочется завыть. Даже ветер стих, будто чувствуя плохие вести.

Вторым предвестником стал вломившийся в покои стражник, даже не удосужившись спросить разрешения.

Хаш’барог медленно повернул голову, отрываясь от разглядывания висящей на стене карты Пустошей и Серого моря.

Седые кустистые брови медленно сдвинулись к массивной переносице.

— Ты забыл, как входить в мои покои, щенок⁈

Стражник плюхнулся на колени, простирая руки вперёд, будто прося подаяния.