| There was a weak attempt at applause, but it died early. | Раздались жидкие хлопки, но сейчас же и смолкли. | | "The Boy Stood on the Burning Deck" followed; also "The Assyrian Came Down," and other declamatory gems. | За сим последовало "На пылающей палубе мальчик стоял", а также "Ассирияне шли" и другие перлы, излюбленные декламаторами. | | Then there were reading exercises, and a spelling fight. The meagre Latin class recited with honor. | Потом состязались в правописании и чтении. | | The prime feature of the evening was in order, now--original "compositions" by the young ladies. | Теперь на очереди был гвоздь вечера -оригинальные произведения молодых девиц. | | Each in her turn stepped forward to the edge of the platform, cleared her throat, held up her manuscript (tied with dainty ribbon), and proceeded to read, with labored attention to "expression" and punctuation. | Одна за другой они подходили к краю эстрады, откашливались, развертывали рукопись, перевязанную хорошенькой ленточкой, и начинали читать, особенно напирая на выразительность и знаки препинания. | | The themes were the same that had been illuminated upon similar occasions by their mothers before them, their grandmothers, and doubtless all their ancestors in the female line clear back to the Crusades. | Темы были все те же, над какими в свое время трудились их матушки, бабушки и, без сомнения, все прабабушки, начиная с эпохи крестовых походов. | | "Friendship" was one; | Тут были: "Дружба", | | "Memories of Other Days"; | "Воспоминания о былом"", | | "Religion in History"; | "Роль религии в истории", | | "Dream Land"; | "Царство мечты", | | "The Advantages of Culture"; | "Что нам дает просвещение", | | "Forms of Political Government Compared and Contrasted"; | "Сравнительный очерк политического устройства различных государств", | | "Melancholy"; | "Задумчивость", | | "Filial Love"; | "Дочерняя любовь", | | "Heart Longings," etc., etc. | "Задушевные мечты" и т.д. | | A prevalent feature in these compositions was a nursed and petted melancholy; another was a wasteful and opulent gush of "fine language"; another was a tendency to lug in by the ears particularly prized words and phrases until they were worn entirely out; and a peculiarity that conspicuously marked and marred them was the inveterate and intolerable sermon that wagged its crippled tail at the end of each and every one of them. | Главной особенностью этих сочинений была меланхолия, любовно вынянченная и выпестованная, кроме того - сущее наводнение всяких красивых слов и к тому же - манера носиться с каким-нибудь любимым выражением до тех пор, пока оно не навязнет в зубах и не потеряет всякий смысл; а особенно заметна и неприятна была надоедливая мораль, которая помахивала куцым хвостом в конце каждого сочинения. | | No matter what the subject might be, a brain-racking effort was made to squirm it into some aspect or other that the moral and religious mind could contemplate with edification. | Какая бы ни была тема, автор из кожи лез, чтобы впихнуть в свое произведение что-нибудь полезное и поучительное для добродетельного и возвышенного ума. | | The glaring insincerity of these sermons was not sufficient to compass the banishment of the fashion from the schools, and it is not sufficient to-day; it never will be sufficient while the world stands, perhaps. | И хотя фальшь этой морали бьет в глаза, ее ничем не искоренишь; она до сих пор остается в силе и не выведется в наших школах, пока свет стоит. | | There is no school in all our land where the young ladies do not feel obliged to close their compositions with a sermon; and you will find that the sermon of the most frivolous and the least religious girl in the school is always the longest and the most relentlessly pious. | Нет ни одной школы во всей нашей стране, где ученицы не чувствовали бы себя обязанными заканчивать сочинение моралью; и чем легкомысленней и маловерней ученица, тем длинней и набожней будет мораль. | | But enough of this. | Но довольно об этом. | | Homely truth is unpalatable. | Горькая истина никому не по вкусу. | | Let us return to the "Examination." | Давайте вернемся к экзаменам. | | The first composition that was read was one entitled | Первое из прочитанных сочинений было озаглавлено: | | "Is this, then, Life?" | "Так это и есть жизнь?" | | Perhaps the reader can endure an extract from it: | Быть может, читатель выдержит хоть один отрывок из него: | | "In the common walks of life, with what delightful emotions does the youthful mind look forward to some anticipated scene of festivity! | "На торных путях жизни с каким радостным волнением предвкушает юный ум некое долгожданное празднество! | | Imagination is busy sketching rose-tinted picturesofjoy- | Воображение живо набрасывает розовыми красками картины веселья. | | In fancy, the voluptuous votary of fashion sees herself amid the festive throng, 'the observed of all observers.' | В мечтах изнеженная поклонница моды уже видит себя среди праздничной толпы, окруженною всеобщим вниманием. | | Her graceful form, arrayed in snowy robes, is whirling through the mazes of the joyous dance; her eye is brightest, her step is lightest in the gay assembly. | Ее изящная фигура, облаченная в белоснежные одежды, кружится в вихре упоительного танца; ее глаза сияют ярче всех; ее ножки порхают легче всех в этом веселом сборище. | | "In such delicious fancies time quickly glides by, and the welcome hour arrives for her entrance into the Elysian world, of which she has had such bright dreams. | В таких упоительных мечтах время проходит быстро, и наступает желанный час, когда она должна вступить в тот светлый рай, о котором говорили ей счастливые грезы. | | How fairy-like does everything appear to her enchanted vision! | Как волшебно-прекрасно кажется здесь все ее очарованному взору! | | Each new scene is more charming than the last. | Каждое новое явление для нее все более пленительно. | |
