ДеревенскийМалый Рад, что триста фунтов тебя устроили. Обещаю, за неделю накапает вдвое больше пожертвований!

ЭйлинКоттон79 Чек уже подписан и ждет тебя. Не терпится взглянуть на сайт! 

На экране возникают три точки. Он набирает ответ:

ДеревенскийМалый Мне так жаль, Эйлин, но я не смогу приехать. Столько хлопот с сайтом. Сможешь перевести деньги онлайн?

Мое сердце замирает. Я же… Я надеялась… Ладно, не важно. На Говарде свет клином не сошелся…

ЭйлинКоттон79 Боюсь, с онлайн-переводом я не справлюсь. Могу послать чек по почте. Напишешь адрес? Всех благ, Эйлин.

– Эйлин? – раздается знакомый голос.

Я поднимаю глаза и вижу перед собой Тода. Дивного красавца Тода. Сердце снова радостно бьется. Вот поэтому хорошо иметь на примете сразу нескольких мужчин.

– Ты приехал! – Я встаю на цыпочки, чтобы поцеловать его в щеку.

До чего же ему идут рубашка с расстегнутым воротом и свободные брюки. Он не без удивления оглядывает рабочую кутерьму.

– Вы сами тут все обустроили?

– Все сами. Вместе! – с гордостью отвечаю я.

– Вы, должно быть, Тод? – спрашивает Фитц, появляясь рядом с нами. – Здравствуйте. Когда вырасту, хочу стать как вы.

– Актером?

– Искусным любовником даже на восьмом десятке, – уточняет Фитц. – Нет, Летиция, это не ваза, это подставка для тростей!

Смотрю на Тода с извиняющимся видом, но он, похоже, ни капли не смущен.

– Прости за суматоху, – говорю я.

А он в тот же миг:

– У меня плохие новости.

– Плохие новости?

– Театральной компании понадобился автобус.

Я хватаюсь за сердце.

– Неужели его не будет? Как же нам всех привезти?

Он обеспокоенно хмурится.

– Извини, не знал, что все так серьезно.

– Конечно, серьезно! Мы обещали трансфер!

– Может, закажем такси? – предлагает Тод.

– Милые люди, живущие в этом здании, финансируют клуб из своего кармана, – огрызаюсь я. – Они не могут платить еще и за неизвестно сколько поездок на такси!

– И правда…

Мне даже показалось, что он сейчас предложит заплатить – но нет.

Я злюсь еще больше.

– Извини, – холодно бросаю я, – пойду думать, как теперь выкручиваться.

Ну, мужчины! Им вообще нельзя доверять?!

Знаю, Салли не в восторге от идеи клуба, да и наверняка у нее свои планы – просидеть весь день в одиночестве, – однако больше нам не к кому обратиться.

Я нетерпеливо переминаюсь с ноги на ногу перед ее дверью. Она все никак не открывает, но мысли, что ее сейчас нет дома, я и допускать не хочу.

Наконец, открыв три замка, она бросает на меня быстрый взгляд через щелку… и тут же захлопывает дверь.

– Салли?! – пораженно кричу я.

Через секунду Салли выходит с ключами от машины.

– Что за срочность на этот раз? – недовольно спрашивает она, закрывая за собой дверь.

Ворчать и вздыхать она не перестает всю дорогу до машины, но что-то я ей не верю. Салли явно нравится нас спасать.

Они с Фитцем отправляются за гостями, а я тем временем раскладываю на столах домино и колоды карт, нервно поглядывая в сторону двери. Я так часто поправляю волосы, что рискую испортить свою прекрасную прическу. Никак не могу успокоиться и перестать суетиться.

Но тут телефон пиликает сообщением. Арнольд.

Дорогая Эйлин, пишу рассказать, что сегодня Бетси выперла из дома Клиффа. По просьбе Лины ее приютила Никола из Нарджила, а мы потолковали с Клиффом по-мужски. На следующей неделе он переедет к брату в Шеффилд, и Бетси сможет вернуться.

День у тебя сегодня важный, поэтому извини, что отвлекаю. Но я подумал, что ты должна об этом узнать. Арнольд.

Я прижимаю телефон к груди. Мой первый порыв – позвонить Бетси, но затем я вспоминаю себя, когда Уэйд ушел. Мне было стыдно, больно, не хотелось ни с кем разговаривать.

Поэтому отправляю ей сообщение.

Думаю о тебе. Ты очень смелая и самая чудесная подруга. С любовью, Эйлин.

После этого я снова открываю сообщение Арнольда, но не знаю, что ему ответить. Это было так заботливо с его стороны – прислать мне новости о Бетси. Да и вообще его глупые ролики с котами и новости из Хэмли невероятно поддерживали меня все это время.

– Эйлин? – раздается голос Фитца. – Принимайте гостей!

Я поворачиваюсь к двери. Один за другим внутрь заходят посетители клуба – кто-то нетвердо и с ходунками, кто-то бодрой походкой, и все с любопытством оглядываются по сторонам. И я оглядываю наш клуб вместе с ними: серо-зеленые стены, начищенные деревянные половицы, – и меня охватывает гордость.

– Здравствуйте! Рада вас видеть! Проходите! – восклицаю я, приветливо раскинув руки.

Впервые встретив Летицию, я спросила себя: сколько еще замечательных людей ютится в квартирках по всему Лондону, ни с кем не общаясь?

И вот я с целой комнатой Летиций, все такие разные, все такие необычайно интересные. Нэнси играла на флейте в Лондонском симфоническом оркестре. Клайв всю жизнь водил грузовик по ночам и все еще может спать только днем. Айви – непревзойденный мастер «Эрудита»: съедает сосиску за два укуса и смущенно признается, что у нее интеллект гения и, наверное, ей не стоит играть в настольные игры.

Руперт проводит небольшой урок рисования – он предусмотрительно застелил пол клеенкой, а то краска летит куда угодно, только не на холсты.

После этого небольшой перерыв на закуски, а затем Фитц включает музыку. И Айви с Нэнси встают потанцевать.

Как же чудесно все вышло!

Вот бы этот вечер длился вечно.

– Эйлин, какая вы молодец! – говорит Марта, целуя меня в щеку, когда проходит мимо.

Я отдыхаю на диване, наблюдая, как Нэнси и Айви лавируют между столиков в медленном фокстроте. Тод садится рядом со мной. Весь вечер он проговорил по телефону в квартире Лины, на что я даже посетовала Марте. Та деликатно шепнула, что «компания, видимо, не для него».

Тод и впрямь не особо вписывается. Нэнси, Айви, Клайв – это люди простые, как я. Меня осеняет, что все время с Тодом я провела в его мире: в его огромном доме, в его любимых кофейнях. Сегодня он впервые попал в мой мир, и вдруг становится совершенно очевидно, что это место не для него.

Тод берет мою руку и проводит пальцем по запястью, как на первом свидании. Сердце, как и тогда, заходится.

– Сегодня мы простимся? – Его голос глубокий и нежный. Этот голос вгонял меня в дрожь неисчислимое множество раз за последние два месяца.

– Да. Сегодня мы простимся.

И теперь я в этом уверена.

Не хочу провести остаток жизни с таким человеком, как Тод. Мой мужчина должен понимать, что для меня важно, и пережить темные полосы в жизни, как и я. Не могу представить Тода бок о бок со мной в саду, у камина с книгой или на собрании Дозора. Он – часть моего лондонского приключения, и в Лондоне ему самое место.

– Мне нужно вернуться в театр, – говорит Тод едва слышно. – Но вечером я могу приехать. На самую последнюю ночь.

В животе опять бабочки. Скольжение его пальца по запястью сводит с ума.

Вот и прекрасно. Что это за приключение без хотя бы одного опрометчивого решения?

29. Лина

От Николы я возвращаюсь с неспокойным сердцем – сколько всего осталось без присмотра в мое отсутствие. Праздник уже начался, а я даже не знаю, привезли ли туалеты.

Однако на Чибисовой улице полным ходом идет благотворительный аукцион, в воздухе витает аромат жареного мяса, и сокольничий показывает птиц всем желающим. Кажется, все замечательно. В мое отсутствие кто-то установил Майское дерево – и даже почти ровно. И с погодой повезло. Деревню заливает бледно-лимонный дневной свет, который бывает только весной, а ветерок разносит веселые голоса и детский смех.

Первым делом иду проверить туалеты и с радостью обнаруживаю, что туалеты у нас и правда есть. Слава богу, не то пришлось бы просить жителей соседних домов пускать к себе гостей…