При этом он никогда не чувствовал себя тривиальным бандитом. Просто несколько изменилась обстановка, но он, Карин, продолжал бороться с внутренним врагом, с теми, кто разрушает основы, грабит народ, ослабляет безопасность страны... И осознавал себя Карин в структуре, в обойме, в действующем резерве. Это чувство подтвердилось и усилилось, когда Баскакова сделали генералом.

Но Карин никогда не видел его таким, как вчера на Ленинских горах. Таким испуганным, робким. Чего бояться, когда за тобой вся мощь такой конторы? И кого испугался? Сбежавшего недостреленного майора? Так он сам сейчас забился в какой-нибудь угол и дрожит... Но найти его действительно надо. И единственно реальный пока путь — через Савенкова.

Еще вчера вечером Карин направил ребят пошуровать в офисе «Совы». И сейчас все уже работало — телефон на «прослушке», «жучки», наружный пост. А через два дня можно нанести визит к Савенкову. И придумывать ничего не надо. Они же тогда на похоронах Маруева договаривались о встрече. Старые друзья все-таки...

Размышления Карина прервал мелодичный звонок прямого телефона от секретарши:

— Юрий Иванович, тут к вам господин Савенков. Вы можете его принять?

— Конечно! Немедленно проводи его ко мне, чень дорогой гость.

Карин очень не любил такие совпадения. Не любил, когда что-нибудь идет не по его плану, когда не он делает первый шаг...

— Ну, Карин, ты и кабинет себе отгрохал. Мебель-то какая! Шикуешь... И убери, убери коньяк. Не поверишь, но я к тебе по делу... Ты слышал, у нас в Беляево стрельба была?

— Нет, не слышал.

— Да, сейчас этим никого не удивишь. Не то что раньше. Помнишь, по армянскому взрыву целый год все на ушах стояли. И взяли-таки злодеев.

— Да, сейчас привыкли. Стреляют, жгут, режут — и тишина.

— Верно... Так вот, Карин, стреляли прямо у моего подъезда. У офиса. Две автоматные очереди.

— Убили кого?

— Нет. Но тот, в кого стреляли, — сразу ко мне вломился.

— Почему это?

— Говорит, что ко мне и шел. Показал удостоверение. Майор из ФСБ... Титов или Тишков, неважно. Так у него какие-то сомнения по Маруеву были. Я ему все пояснил. Мол, занимался я этим делом — чистое самоубийство... Потом он про твою фирму спросил, про «Дронта». Выяснил, что Маруев у тебя бывал. Я говорю, Карина ты вообще не трогай. Это хороший человек, надежный, наш человек.

— И что Тучков?

— Похоже, все понял и ушел. Я, говорит, в отпуске, поеду с семьей на юг... Я бы, Карин, не придавал этому большого значения, но решил тебя предупредить. На тебя никаких наездов не было?

— Нет, у меня крыша надежная.

— Из наших?

— Из наших. Но не мелочь, как у многих. Самый высокий уровень.

— Неужто, Карин, тебя генерал опекает?

— В точку попал, Савенков. Ты всегда был классным аналитиком.

— Завидую. У меня только и название, что «детективное агентство». А так — наследственные дела, долговые расписки, финансовые склоки... Завидую. С такой крышей не только же охрана, но и... совместная работа.

— Не без этого... И не только в интересе дело. Смотри, как обстановка меняется. Эти, что сейчас у руля, они почему вдруг из завлабов в министры выскочили. Потому что точно момент уловили. И связи нужные имели, и активность проявили... Илья Константинович так прямо и говорит: через год мы у руля будем. И уж тогда посажаем. Всех, кто к этому времени уцелеет...

Только когда Савенков ушел, Карин пожалел, что сказал кое-что лишнее. Но ведь свой же человек. Хорошо бы привлечь его самого и его группу... Пока Карин даже не знал состав «Совы». Утром он послал парня на поиски сотрудников... Посланец ввалился в кабинет только в семь вечера.

— Достал, Юрий Иванович. Вот она у меня, эта «Сова». Там всего-то шесть человек. Еле достал. В «Пенсионном» список выудил. Но не бесплатно... За двести баксов согласились. Прошу компенсировать, Юрий Иванович.

— Что? Двести долларов за шесть человек? Мы, брат, так не договаривались.

— Что ж мне — свои платить?

— Советоваться надо было. Мне, может быть, эта информация и не нужна за такие деньги.

— А если там очень важные сведения?

— Если важные, то я тебе в двойном размере заплачу.

Карин небрежно взял распечатку, раздобытую в информационном центре Пенсионного фонда, и начал читать вслух:

— Так: «Общество с ограниченной ответственностью «Сова», Савенков, Ермолаев, Марфин, Галактионова, Крылов... Крылов Олег Васильевич, 1969 года рождения».

Карин отложил распечатку и зачем-то начал листать свои записи. Это было лишнее — данные на Олега Крылова он и так помнил... Потом Карин встал и молча, порывшись в сейфе, бросил на стол четыреста долларов. Парень быстро смахнул их и, улыбаясь, исчез за дверью. Было чему улыбаться: он-то затратил на эту распечатку бутылку шампанского и коробку конфет...

Сразу же звонить в Петропавловск-Камчатский не имело смысла. Карин знал, что очередной сеанс связи с группой будет лишь в полночь по Москве. Но было невозможно просто ждать. Он аккуратно набрал длинную цепочку цифр, и ему сразу повезло — полковник был на месте и в самом благодушном, восторженном настроении:

— Вы не беспокойтесь, Юрий Иванович, отдыхают ваши ребята. Самым активным образом. Вчера они на Тимановские источники перебрались. Красотища там! Я сам с Дрожжиным общался. Говорит, что все по плану идет.

— Вот он-то мне и нужен. Очень нужен. Я в полночь буду звонить. Вы подержите его на связи.

— Подержим, Юрий Иванович. Только это у вас полночь будет. А у нас — самый разгар дня. Послеобеденное время...

Карин дозвонился только в первом часу ночи. Его сразу насторожило, что голос у полковника изменился — исчез оптимизм, бравурность, радостное возбуждение:

— Ничего понять не могу, Юрий Иванович. Связь пропала. Уже тридцать минут их вызываем, а база молчит. Никогда такого не было.

— Что можно сделать?

— Если связь не восстановится, сам к ним поеду. Уже собираюсь. И не беспокойтесь, Юрий Иванович. Найдутся. У нас никто еще не пропадал. Живые или мертвые, но найдутся.

— Спасибо, успокоил. Ты, полковник, как только на Дрожжина выйдешь, передай ему дословно то, что я скажу. Запоминай: «Новичка и его спутницу...»

— Это что, Крылова и Настю?

— С чего ты взял?

— Так у Дрожжина только Олег Крылов со спутницей. Симпатичная девчонка.

— Ты давай не додумывай, а передай дословно: «Новичка и его спутницу срочно нейтрализовать».

— Это что — ликвидировать?

Карин очень выразительно крякнул в трубку... Он знал, что связь идет по спутниковому каналу, и сейчас вдруг физически почувствовал, как его эмоции взлетают в космос и, отразившись от холодной антенны, падают на берег Тихого океана, в серый домик областного УВД, где в просторном кабинете сидит очень догадливый полковник.

— Повторяю: передай дословно. И не надо лишнего выдумывать.

— Понял, Юрий Иванович. Найдем их. Дрожжину я все передам и потом вам позвоню. У вас в Москве как раз утро будет... Но если честно — Настю жалко. Симпатичная девчонка!

Глава 10

Думалось плохо. Олег стоял на площадке перед привязанным к столбу Николаем и не знал, что сделает в следующую секунду... Это могла быть и очередная проверка. Но в автомате-то — не холостые. Не стали бы они так рисковать своим человеком. Значит Николай действительно охотился за документами Дрожжина и живым они его не отпустят...

Крылов повернулся к Дрожжину и заговорил громко и зло:

— Заговорит он, Василий. У меня — заговорит. Может, не один он такой шустрый... У тебя гранаты есть?

— Есть. А что?

— Я из него Чебурашку сделаю. Заговорит, гад.

— Это что такое?

— Я ему по гранате к ушам привяжу... С этим он заговорит. Есть такие, что пули не боятся. А как представит, что с ним после этого будет... Так где гранаты? И еще — нож острый и веревка подлиннее... А вы все отойдите в дальний угол. Чтоб осколками не посекло.