Мне ж в харю летит кулак, да не из песка уже, а камня! Такую колотуху не заблокировать. Но ведь камень — это отличная точка опоры… Кручу чакру на реакцию, ловкость и скорость. Ловлю кулак в полете, опираюсь на него рукой, и пробиваю Песчанику ногой в висок. Затраты чакры — огромные, надеюсь, окупится!

Рожу вышибалы Андрюхи надо было видеть! Пропустив удар, он отшатнулся с глазами навыкат от усрачки! С башки сыпется песок, из спины тоже.

Замахиваюсь кулаком и мелькаю к нему, чтобы обрушить прямой в голову, но заметил, как тот полностью покрылся «каменной кожей» и застыл, как статуя.

Я успел увести удар чуть в сторону и отхреначил его каменное ухо. То, укатилось под стол.

Но у статуи Андрюхи или как там его, стало нарастать новое. Каменная регенерация? Он просто решил подхилиться прям посреди драки? Во, чудик!

Дверь кабинета распахнулась, я обернулся и вижу босса. А ещё — дуло револьвера.

— Сука, все бесполезные! — рявкнул он. — Всё самому! Всё самому!

Бах! Грохнул выстрел.

Я направил всю доступную чакру на телепортацию в сторону. Тело так сильно налилось энергией, что на микросекунду показалось, что смогу телепортироваться хоть в соседний город! Лишь бы хватило скорости, лишь бы…

Тело Алексея Семенова упало с открытыми глазами. На лбу черное пятно, в виде расплывшейся кляксы. Из нее торчала крохотная полая игла, содержимое которой уже попало в тело.

Руслан «Монах» Олегович отложил транквилизаторный револьвер на тумбу и подошел ближе.

— Что, добегался, малой?

Но Семёнов был в отключке.

Каменная статуя посреди кабинета начала осыпаться и верзила Андрей поднялся из груды камней.

Монах скептически посмотрел на него.

— Работник из тебя хреновый, Андрюша.

— Простите… Босс… исправлюсь, — проговорил тот, держась за раненный бок.

— Тащи его в машину, — указал Монах на тело Алексея. — И жди. Не своди с него глаз. Если с ним что-то случится, я высыплю твои останки в клетку к хомяку моего сына, понял?

— Понял!

Вышибала подхватил Алексея под руки и поволок на выход.

Соседний жилой дом рядом с баром «Midnight».

Кошка Лена бежала по крыше девятиэтажки, из-под черных спортивных кроссовок в виде кошачьих лапок, вылетали синие искры чакры. Она поправила передатчик в ухе.

— Харлин, я в заднице! Ты говорила…

И с разбега прыгнула, прервав разговор. Внизу шли люди, дворник подметал улицу, кто-то выгуливал собаку, а Лена просто совершила прыжок на несколько десятков метров прямо между крышами девятиэтажек. И грациозно сгруппировалась ногами вперед. Черный латекс, облегающий упругие бедра, опасно трещал. Она приземлилась на черепичную крышу, проскользив несколько метров, раскалывая покрытие. И вновь набрала скорость, продолжая преследовать машину «Монаха» внизу.

— В заднице? Что случилось? — раздался голос психиатра.

— Ты говорила, у тебя есть на примете человечек, который не станет задавать вопросы и поможет⁈ Мне он нужен! Позарез! Семенов крепко попал! А я вместе с ним! Если что-то случится, мне Грамезан хвост открутит! Выручай!

Она в очередной раз сиганула с крыши на крышу.

Голос Харлин в трубке сделался спокойным:

— Хорошо. Через пять минут выезжаем, где ты?

Валерий Фраг.

Наследник натянул красную бейсболку, поправил красные солнцезащитные очки и вышел из личного авто той же расцветки.

Залечить ожог от сигареты так и не вышло. Теперь эта «метка» над бровью от Семенова горела в нем огнем, олицетворяя слабость. Еще и поражение от того жиртреста… Причем какое! Тупой удар сверху по макушке! В сортире! Если бы отец узнал и об этом, Валеру бы не просто лишили наследства, а что похуже! Семья Фраг уже три поколения является сильнейшей в стихии огня. Дед, отец, старший брат… Ну, а ему самому не повезло. Мощность дара куда слабее, чем у родственников.

Он вошел в частную клинику для сверхов и добрался до стойки регистрации. Улыбчивая администратор записала его данные, сообщила номер палаты и даже предложила чай.

— Не пью, — ответил Валера и зачем-то бросил пару монет в аквариум с рыбками, который стоял на стойке.

Девушка скептически посмотрела на монетки, и проводила его взглядом, раздумывая, стоит ли вызвать охрану? Какой-то придурок.

Метка на брови Валеры прожигала, нужно было хоть как-то утвердиться. Гребанная админша. Могла бы и себя предложить, вместо чая! Никакого уважения к аристократии! Чернь безмозглая.

Валера подошел к палате. На стуле рядом сидел охранник семьи. Матерый сверх, который предпочитал работать и жить скрытно. Даже журналисты пытались раскопать о нем, но всё безуспешно.

— Добрый день, Михаил, — поздоровался Валера.

— Добрый, — тот просто кивнул. — Господин просил его сейчас не беспокоить.

— В смысле? Чем он там может быть занят, что не готов принять родного брата?

— Я только выполняю приказ, — охранник пожал плечами. — Так что вам придется подождать.

Если бы кто-то сейчас видел лицо Валеры, то скорее всего, инстинктивно отвел взгляд. Тот полыхал от ярости. Жгучий шрам на самолюбии от Семенова, тупая сисястая девка на ресепшене, еще и этот охранник! Мир сошел с ума! Они все вообще в курсе кто — он⁈ Может пора напомнить⁈

Валера только хотел воспользоваться своим огненным даром, как послышался голос из палаты:

— Я слышу тебя, братец! — раздался басистый голос. — Пропусти его, Миш.

Охранник жестом указал на дверь, даже не моргнув, глядя на кипящего от гнева Валеру.

Тот чертыхнулся про себя. Каждый в этой гребаной семье хочет показать свое превосходство! Ублюдки, скоты…

И прошёл в палату. По сути это были чуть ли не люкс апартаменты пятизвездочного отеля. На стенах лепнина, панорамные и сверкающе-чистые окна в пол, широкая плазма на стене и несколько игровых приставок, вместе со шлемом виртуальной реальности. Рядом с дорогой кроватью — тумба, на ней корзина фруктов и свежевыжатый апельсиновый сок в хрустальном стакане.

Брат Валеры — Вадим с улыбкой помахал, лежа на кровати. Из его палаты был отдельный выход в ванную комнату, из которой прямо сейчас вышла симпатичная молодая медсестричка. Она поправила чепчик, игриво посмотрела на Вадима, затем на Валеру.

— До вечера, господин Фраг! Я зайду проверить ваше состояние после ужина!

— Буду ждать, милая! — довольно улыбнулся Вадим.

— А ты времени не теряешь, брат… — усмехнулся Валера.

— Если бы ты больше занимался практиками и меньше времени уделял тусовкам, то может быть тоже когда-нибудь ощутил вкус женщины, ха!

Долбанный придурок. У него дар в три раза мощнее! Ему просто повезло, а он еще и выеживается! Если бы Валера мог с трех лет сжигать целые деревни, то уже был намного богаче и могущественнее, чем этот дебил!

— Куда обычному студенту до Героя новостей, который вынес сверха класса «B» с его шайкой. — Валера подошел к брату и пожал ему руку. Рукопожатие было крепким, слишком.

Вадим прищурился, глядя на того, и притянул его за руку ближе.

— И что это за херня у тебя на лбу? Прострелил себе дыру в черепе, пока заменял девушку рукой, а?

— Да пошел ты! — Валера одёрнул руку. — Я вообще-то из-за этого и пришёл. У нас на потоке появился один выскочка. Лезет, куда не надо…

— Какой курс?

— Первый… — Валера стыдливо отвел взгляд.

— Первый? И ты позволил ему сделать это с тобой?

— Да завязывай уже! — психанул тот. — Самому тошно!

Вадим зарядил ему щелбан.

Чпок!

— Акх! — взвизгнул тот, и даже присел.

Вадим любил подтрунивать над младшим братом. Усиленный двумя видами энергии щелбан, одновременно сотряс мозг в черепной коробке, будто от хорошего удара кулаком, и оказал благотворное целебное действие, как на мозг, так и на место удара. Точнее — на сигаретный ожог.

— Что-то ты совсем раскис. От щелбана уже ноги подкашиваются?

— Пошёл ты!