— Откуда ты вообще взялся?

Он не успел ответить, исчез, и я остался один. Но его сущность была рядом, и она потянулась ко мне. Я взял её.

Это чистая душа Небожителя, без личности предыдущего владельца. Просто сила с отголосками почти забытой памяти. Будто этому человеку на крепости внедрили чистую душу совсем недавно, а сам он не успел оставить на ней свой отпечаток.

Я всматривался в эту черноту, а моя собственная сущность её пожирала. Я смотрел и видел осколки былой истории, в которых когда-то участвовала эта душа.

— Для чего здесь вообще нужен человек? — спросил старик в военном мундире.

Я его знал, ведь его портрет висел в нашей академии, когда я там учился. Император Дискрема принимал доклад лично.

— У нас нет доступа к камерам сгорания оригинальной крепости, Ваше Императорское Величество, — сказал седой учёный. — И мы не видели их чертежи. Поэтому, не зная эти особенности, нам придётся задействовать более мощную сущность для усиления реакции. Не свечу, а живого Небожителя. Вот мы и задействовали один из осколков.

— А если он вырвется на волю? В Юнитуме такое не привело ни к чему хорошему.

— У нас есть противодействие.

И оба посмотрели на меня. Нет, не на меня, а на того человека, который носил душу Небожителя. Я видел его глазами. Но совсем недолго.

Были и другие сцены, более старые. Я видел воспоминания этого осколка, но в обратном порядке, от новых к старым.

Единая душа Пожирателя, забравшая себе почти всех изначальных Небожителей Таргина во время войны Небожителей, была раздроблена на несколько кусков, пустых душ и оболочек. И минимум две из них было украдено.

Я видел меч, состоящий из сегментов, как хлыст, и как им орудовала девушка, спасающаяся от врагов, но это воспоминание было совсем мутным.

И было другое, более яркое, оставившее отпечаток сильнее всего. Битвы.

Армады шагающих ригг шли в бой в плотном строю, а с неба лился красный огонь и молнии. Затем начались более старые времена. Я видел войска, идущие в бой со старыми винтовками в руках, древние танки без башен и снова красные молнии, льющиеся с неба.

А тот, через чьи глаза я смотрел, стоял на холме под дождём, сжимая в руке меч-хлыст.

— Нарландия! — слышались крики со всех сторон.

Пехота под рёв волынок врезалась в не ожидающих атаки северян. Танки без башен палили из пулемётов, но молнии с неба поражали и их.

— Господин, — передо мной остановился гвардеец с повязкой на лбу. — Небожитель Сирд и его армия бежали, но северяне идут в контратаку. Их ведёт в бой Дерайга!

У этого гвардейца такой знакомый вид. А не предок ли это Флетчера? Вылитый он, только говорит без проблем.

— Инжи Дерайга слишком труслив для этого, — сказал глухой голос человека, через глаза которого я смотрел.

— Там есть ещё один, — гвардеец кашлянул и вытер мокрое от дождя лицо. — Разведка говорит, что он тоже Небожитель.

— Вот как.

Я почувствовал в руке меч. Рукоятка нагревала ладонь, как живая, а сегменты хлыста свисали вниз. Но я взмахнул им, и с громким щелчком гибкий клинок собрался воедино, став твёрдым.

— Моктар был прав, — сказал тот же голос. — Он говорил, что я следующий на очереди.

— Господин? — с недоумением спросил предок Флетчера.

— В бой!

Я шёл в леса, в простых военных штанах и рваной рубахе, а капли дождя катились по лицу. Но в руке сжимал меч Небожителя, а войска вокруг бежали в бой, выкрикивая моё имя:

— Тэрта! Тэрта! Тэрта!

А против меня вышел Небожитель с топором, который меня и убил.

Это было самое яркое воспоминание, но было ещё одно, уже совсем из древних времён. Как в бой шла конница, но её встречали пиками и мушкетами. Мы победили.

А после ко мне подошёл мужчина с большим горбатым носом.

— Ты силён, Тэрта, — оценивающе сказал он. — Я набираю людей.

— За море? Ты же Таргин? Нужны мои пикинёры? Они дорого стоят.

— Нужен ты. Я дам тебе такую силу, Тэрта, которую ты себе даже не представляешь.

И рука этого человека загорелась жарким пламенем.

Так и появился первый Небожитель рода Тэрта, и его душа передавалась от одного потомка к другому, пока её не сожрал пожиратель и не взял его силы себе. Но едва я подумал, что это всё, как…

Я даже не знаю, где и когда это было. Я видел огромную площадь, покрытую кострами, на которых горели люди. На этих же кострах горели книги, свитки с чертежами, а ещё странные чёрные блоки, блестящие в свете огня. Это же наследие Переселенцев, их техника, о которой говорили в легендах.

И сам я был на этой горе книг, привязанный к столбу. А внизу стоял молодой человек, сложив руки на груди. Его глаза светились очень ярко и неестественно, как у Небожителя.

— Палачам положено гореть, — сказал молодой человек, и костёр подожгли. — Только так вы спасётесь.

Всё оборвалось резко. Стало темно, даже душ свечей не было. Но я здесь не один, со мной есть кто-то ещё. Кто-то, кого я знал очень давно, с самого детства, но никогда не видел.

Это та самая душа Пожирателя, которую когда-то в детстве внедрили мне. С личностью предыдущего владельца. Он решился на разговор.

— Здесь темно, как в могиле, — сказал мягкий, но уверенный голос.

— Что я только что видел? — спросил я.

— Отголоски чужой памяти. Когда ты умрёшь, моя личность исчезнет навсегда, но отголоски былого всё равно останутся. Это радует. Будет не только забвение. Может, кто-то увидит, какой на самой деле была моя история.

— Этого нет в твоих записях, — сказал я и добавил: — И об этом ты не писал, Ян Варга.

— Я не знал этого раньше. Но это успокаивает. Даже факт пожирания не уничтожает всё. И мне хочется, чтобы однажды люди выяснили, что же было на той площади. Потому что я помнил её, но смотрел с другой стороны. И ты, быть может, тоже вспомнишь.

— Там был Король-Спаситель? Так все Небожители связаны? Будто пришли из другого мира. Из какого-то одного?

— Не знаю, мой друг, — печально сказал он. — Времени мало. У меня появилось больше сил, и у тебя тоже. Но и Таргин не сидит спокойно. Он копит свои силы, чтобы вырваться. Он слишком хитёр.

— Бой идёт, — напомнил я. — Я и так здорово рискнул, раз пришёл сюда.

— Я знаю. Но это твоё дело, я не вмешиваюсь в чужую жизнь, ведь свою я прожил. Ты двигаешься в правильном направлении. Но кое-что хочу добавить. У Таргина был простой план. Он создал Небожителей, разделив свою душу, чтобы они захватили для него империю, но не смог уничтожить их потом. Потому он создал Пожирателя. И когда тот победил всех, Таргин хотел вернуть себе его, но проиграл сам. А сущность Пожирателя осталась, став почти единой.

— Это я знаю. Но её, оказывается, снова разбили? — спросил я. — Для чего?

— Как ты думаешь? — он усмехнулся. — Люди хотят бессмертия и силы, даже лучшие из нас. А если стать Небожителем, можно жить вечно. Вот и император Константин нашёл способ отковырнуть несколько душ от той сильной сущности Пожирателя. Потому что сама по себе она была слишком большой, и мало кто мог выжить, получив её целиком.

— А я думал, что он был хорошим человеком.

— Он был одним из лучших среди всех, кого я когда-либо знал. Настоящий сын своего отца. Но он был правителем, и думал, как правитель. В итоге несколько осколков пропало. Хотя основная душа уцелела, и ей пользуются до сих пор. Только осколки исчезли.

Он замолчал.

— Ты сам в этом участвовал? — догадался я.

— Я же Варга, забыл? — голос усмехнулся. — Тот самый упрямец, отдавший империи всё. Пока я дрался за империю в гражданской войне, то потерял родного брата, руку и глаз. И я не отомстил за брата, ведь империя важнее мести. И Варга не могут нарушить приказ императора. Даже мои потомки соблюдают это правило.

— Твой сын может ответить, сколько всего было украдено душ?