Мы забежали за очередной угол развалившегося здания, а потом увидели их.

Огромная толпа. Сотни монстров всех размеров. И они все уставились на нас, словно ждали.

— Твою мать. — выдохнул Жора.

Мы остановились и замерли. Никто не двигался. Но мы понимали, что это засада. В этот момент израненный Прохор сделал шаг вперед и спокойно сказал.

— Идите дальше. Тут я сам.

— Н-но… — попытался возразить Жора.

— Тихо, на!

Кузнец стоял к нам спиной и пошатывался. По правой руке ручьем бежала кровь. Весь свой вес он перенес на здоровую ногу, а вторую просто волочил за собой. Прошла буквально секунда, а потом он, не оборачиваясь, выкинул руку вверх, показав пальцами козу.

Я лишь кивнул, и мы побежали, запрыгнув в окно упавшего здания. Мы выпрыгнули с другой стороны, но и тут нас ждали монстры. Целая группа, хоть и поменьше. А за ними уже виднелся меч. Только вот думать времени не было.

Жора без каких-либо слов ломанулся в атаку. А я побежал, описывая небольшую дугу. Одну тварь рубанул прямо на ходу. Через вторую перепрыгнул. Схватился за рукоятку, которая показалась мне холодной и перекувыркнулся.

Жора в это время сражался. Я слышал его хрип, а потом яростное рычание. Он рубил до последнего вздоха.

Я же стиснул зубы и быстро побежал за очередное здание, где можно было укрыться.

— Пиздец… — Кое-как выдохнул я, после того, как упал на землю, прислонившись спиной к прохладной стене.

Все погибли. Все.

Я сидел с мечом в руке и болью в сердце. Оружие светилось, словно чувствовало кровь. Меч ждал своего часа.

— Ладно, — прошептал я. — Ладно.

После чего выглянул из-за угла. Монстров не было видно, зато вдалеке виднелась огромная туша босса, который продолжал буйствовать.

Я остался один и почувствовал пустоту в груди. А спустя мгновение в этой самой пустоте начала зарождаться ярость и… сила. И в какой-то момент они разрослись настолько, что в груди стало тесно.

Только вот я понимал всю безвыходность ситуации.

Бить больше некому. Остался лишь я один.

И прямо сейчас монстры стояли на пороге, чтобы прорваться в жилой район. Туда, откуда люди ещё не успели эвакуироваться. Там начнется кровавая жатва.

На моем лице появилась грустная улыбка.

— Твари… — тихо прохрипел я. — Вы ответите мне за каждого моего кло… — Тут я на мгновение замешкался, а потом продолжил. — Друга.

Главгер тяжело дыша, спрятался за угол здания, уперся спиной о стену и медленно сполз, повторя поднос:

— Твою мать… твою мать… Твою мать…

Парень открыл системное меню и глянул на таймеры клонов, что медленно и неторопливо отсчитывали время до возрождения.

Гера грустно усмехнулся и глянул на клинок у себя в руках. Почти прозрачная сталь, что переливалась зеленым и красным, словно подмигнула ему.

Парень выглянул из-за угла и глянул на огромного таракана, по которому в этот самый момент прилетел снаряд из гранатомета.

Тварь дернулась, глянула в сторону, а затем издала протяжный странный звук уже не так сильно напоминающий визг.

— Твою мать… — выдохнул Гера и облизнул пересохшие губы.

Парень несколько секунд сидел, пытаясь понять, что ему делать, а затем сунул руку во внутренний карман. Нащупав сложенный лист, он достал его и посмотрел на надпись на нем.

«План Д»

Парень открыл листок и уставился на текст, написанный явно разным почерком так, словно его писало несколько человек.

'Гера, если ты это читаешь, то все пошло не по плану. И скорее всего ты остался один. К сожалению, вероятность этого составляла около пятидесяти восьми процентов и восемьдесят три сотых.

Мне бы хотелось сказать, что я предвидел это, но я искренне верил в удачу. В наши сорок один процент и семнадцать сотых. Я понимаю, что удача — не моя сильная сторона, но увы. Других вариантов у меня нет. Прости, что из-за нас ты не смог победить и…'

Тут была целая строчка кем-то усердно с десяток раз зачеркнутая.

Гера хмыкнул, поморщился от боли в боку из-за удара об камень, и продолжил чтение.

'Слушай, я понимаю, что многое мы тебе не договаривали, но я хочу сказать, что я благодарен тебе. За то, что ты дал мне право.

Право выбора, право любить, право считать себя живым и… И быть счастливым. Спасибо тебе огромное за это. Даже если у нас ничего не получится, даже если я никогда больше не появлюсь — я счастлив. За ту короткую жизнь, что прожил, я увидел самое главное, что есть в этом мире.

Спасибо тебе, за это. Я искренне рад, что оригиналом меня был именно ты.'

Главгер вздрогнул от еще парочки взрывов, что прогремели за углом. Выглянув и оценив состояние босса, он вздохнул, спрятался за углом и на пару секунд замер, вспомнив глупую улыбку Алексея. Почему-то сейчас она уже не казалась такой глупой и бессмысленной. На лице парня тоже появилась улыбка.продолжил чтение.

'В общем так, на.

Не вздумай дохнуть, на!

Тут сопли всякие разводят, поэтому скажу проще. Я люблю ковать металл. Люблю бить по барабанам. Люблю Людку и она тоже мне родит ребенка. Моя душа — это кузня и барабаны. Ну, и Людка еще. Та еще пошлячка, ей богу.

Не вздумай умирать! Понял, на⁈ Я могу облажаться с ковкой, могу облажаться на выступлении. Ты не можешь.

Ты настоящий. Цельный, на.

Я умею ковать, но у меня всегда будет таймер отсчитывать конец моего дня. Я все равно исчезну, а ты останешься, на.

Не ссы, на. Все будет зае…'

Главгер грустно усмехнулся и опустил взгляд ниже, где корявым почерком было написано:

'Я люблю играть! Очень! А еще, я очень люблю играть в твои игры!

Собаку Барабаку я тоже люблю. Жаль, что пришлось ее оставить в укромном месте. Надеюсь там нет азиатов. Барабака не любит азиатов.'

Дальше несколько строчек были зачеркнуты, а после тот же почерк продолжил:

'Все говорят, что они особенные в чем-то. Что все в каком-то случае лучше тебя. Мне кажется это глупо. Ты можешь быть кузнецом, но ты никогда не станешь умным как Савелий. Ты можешь готовить как Сальвадор, но ты никогда не станешь Иннокентием, который умеет варить клей из макарон. (Савелий ругался на Кешу)

Насколько мы хороши в чем-то, настолько же плохи в другом. Я пробовал то, что готовил Прохор.

Гадость.

Вот и получается, что как не крути — а быть хорошим во всем невозможно.

Так, что лучшая версия среди нас — это ты, Гера.

Пы.сы. Если мы победим ты купишь мне коробку зефирок? Это не мне. Барабака очень любит зефир, но ей много нельзя, поэтому я ей помогаю.'

Главгер грустно усмехнулся и опустил взгляд на конец листка, где были имена и росписи каждого клона.

Ровная и четкая роспись Савелия, прямая, печатными буквами, без единой завитушки, Прохора. Рядом красовалась маленькая рыбка в кружочке от Толи. Чуть в стороне подписи остальных и…

— Да, блин… — устало хохотнул Гера, заметив отпечаток пальца и подпись ровным почерком, которая указывала на отпечаток.

«Этот придурок все еще готовит свой ультимативный удар, поэтому мы просто намазали его палец чернилами и сделали отпечаток. Это Андрей.»

— Самый долгожданный и бесполезный клон, — покачал головой Гера.

Парень залез под футболку, выудил небольшую сферу, что кое-как закрепил на манер кулона и рывком оборвал шнурок, что ее держал.

Его взгляд упал на меч в его руке, затем перешел на листок, после чего он грустно усмехнулся.

— Лучшая версия тебя, — произнес он и поднялся на ноги. Перехватив покрепче клинок, он вышел из-за угла и взглянул на босса, что двинулся в сторону, откуда в него летели снаряды гранатомета. — Лучшая версия тебя, это ты…

Парень крутанул одной рукой клинок, сжал сферу покрепче, а затем кивнул своим мыслям и неторопливо побежал в сторону огромного насекомого, с каждым шагом ускоряясь все сильнее и сильнее.

Таракан продолжал двигаться вперед. Гера просчитал его траекторию и бросил взгляд на почти упавшее девятиэтажное здание. Оно было сильно накренено. Парень кивнул своим мыслям и устремился туда.