Именно такую тактику для противодействия сверхъестественным угрозам, которых обычными методами остановить не получается, а отпугнуть или хотя бы задержать на некоторое время надо кровь из носа, Олег когда-то отрабатывал со своими бойцами. Кого не достанет осколки и ударная волна, того проймет жидкое пламя напалма, залившееся в раны или хотя бы царапины, оставшиеся после попадания бронебойных выстрелов. Святая вода невероятно эффективна против нежити и демонов, основных поставщиков тех врагов, на которых обычные меры убиение либо вообще не действуют, либо действуют из рук вон плохо. В самом крайнем случае маги и пехота хоть ненадолго отвлекут угрозу на себя, ведь покуда уничтожают не простых солдат, так хотя бы одаренных, являющихся первоочередной целью для тактически грамотных противников и самой лакомой добычей для всякой дряни, есть время эвакуировать наиболее ценные активы, например женщин и детей или там подготовить по-настоящему самоубийственную атаку…А ещё в облике людоящеров, бесстрашно подбирающихся почти в самую зону разрывов, лишь бы зашвырнуть связанные воедино сосуды виделись боевому магу знакомые черты. Вот, например, один из них был в японских доспехах из зачарованных лакированных дощечек и кое-как запаянном островерхом османском шлеме с полумесяцем на макушке, первоначальный владелец которого сдох от сабельного удара, разрубившего сию модную, но не особо практичную каску, а у другого на шее массивный серебряный православный крест болтается поверх почти такого же распятия, но уже католического, покрытого позолоченными строчками какой-то молитвы на латыни. Норма по меркам бывалых наемников, собирающих по-настоящему качественные трофеи с миру по нитке, чтобы напялить на себя, подобным образом сравнявшись в качестве амуниции с богатыми дворянами…Или тех, кто связан с такими наемниками и получает от них ту добычу, которую они заменили на более новую и качественную, но скупщикам продавать не стали, вместо этого отослав родне, перебивающейся еще большими эрзацами, чтобы не отмахиваться от голодных упырей голыми руками или там каменными ножами какими-нибудь.
Рывком сорвавшийся с места Олег силой мысли отшвырнул в сторону горячую смесь, оказавшуюся к нему слишком близко, промчался мимо одного из торнадо, попытавшего захлестнуть грязевыми арканами свою добычу, но оказавшегося все же недостаточно быстрым и сильным, чтобы её удержать. Да, замедлить немного получилось… Но телекенитический барьер, выставленный волшебников вокруг себя, вызывал преждевременную детонацию выпущенных снайперами пуль, взрывающихся не по достижении своей цели, а примерно в метре от неё. А остатков контроля вкупе с чувством опасности вполне хватало, чтобы точечно уничтожать направленными огненными стрелами те маленькие бомбочки, которые летели если и не прямо ему на голову, то по крайней мере достаточно близко, чтобы создать проблемы…
— Эх, будь что будет! Рискну! — Решил Олег, не снижая скорости, но ослабляя созданную им же самим защиту. Слой искусственного камня, вполне способный удержать и пули, и осколки, и бутылку вылитого на него пылающего наплма, перетек назад своеобразным горбом, освобождая голову и грудь чародея. А после болота огласил такой заливистый русский мат, выходящий из глотки усилившего свои голосовые связки высшего целителя, что комарам и птицам крылья могло бы поломать одной лишь звуковой волной, если бы они ещё не попрятались кто куда после начала столь внезапной и мощной канонады. Благо громогласные заявления о том, что он — Олег Коробейников, обещания засунуть оторванные хвосты обнаглевшим дурным чемоданам в те места, куда солнце никогда ранее не светило, угрозы уволить всех их соотечественников к чертям собачьим выслав прямо в эти проклятые всеми демонами болота на лягушек охотиться и прочие акустические колебания, разносящиеся вдаль как минимум на пяток километров, ни капли не мешали волшебнику продолжать свою деятельность по активному сохранению целостности и сохранности собственной шкуры. Чародей давно уже был довольно многозадачной личностью, а потому мог одновременно и пытаться донести свою жизненную позицию до окружающих, и активно маневрировать с максимально доступной ему на поверхности болота скоростью, чтобы выйти из-под удара магов, артиллерии и гренадеров…С последними было проще всего, поскольку зону поражения этих людоящеров ограничивала банальная сила рук и вес их отнюдь не самых легких боеприпасов, опасных даже довольно-серьезных монстров и ходячих трупов, но опасных лишь вблизи.
Постепенно интенсивность боевых действий стала стихать. Первыми то ли успокоились, то ли выдохлись сидящие непонятно где шаманы, бьющие в целом неплохо, но все же недостаточно хорошо, дабы зацепить магистра, носящегося туда-сюда как угорелый и, при необходимости, легко переводящего траекторию своего движения в вертикальную плоскость, просто перелетая всякие там зыбучие трясины, колючие лианы и поля каменных шипов. Потом замолкла артиллерийская батарея, не желая больше тратить боеприпасы, которые вообще-то для своих опасность представляли куда большую, чем для цели. Следом опустили руки гранатометчики, отчаявшиеся сблизиться со слишком шустрой для них целью хотя бы на расстояние броска, а там и снайперам стало как-то жалко пули тратить на мишень, которая для них все равно неуязвима…Финальным аккордом стало появление из-под какой-то кочки весьма потрепанного жизнью людоящера, опирающегося на сделанный из вроде бы бамбука магический посох как на банальный костыль и со всей возможной для него скоростью около трех километров в час ковыляющего к Олегу, а кроме того явно настроенного на диалог, поскольку всерьез настроиться на что-то большее этому старику с обвисшей потускневшей чешуей, кучей шрамов и несколькими протезами было бы уже попросту невозможно. Да и бомбу ради попытки поиграть в камикадзе он бы с собой вряд ли взял, поскольку вся его одежда ограничивалась короткими шортами и поясом с фляжкой ножом и несколькими волшебными побрякушками, куда какую-нибудь связку при всем желании спрятать бы не получилось так, чтобы не выпирала она.
— Босс Коробейников? Это и вправду ты? — Осторожно и недоверчиво осведомился нелюдь, которого можно было бы использовать как наглядное пособие по технике безопасности…Достаточно было просто посмотреть на него и сразу же появлялось понимание — так жить нельзя! Или, по крайней мере, очень не рекомендуется. Неровная цепочка из семи пулевых отверстий, затянутых целителями, но оставившими после себя памятные отметины, шла под углом поперек груди, а кроме того выделялись на чешуе длинные тонкие шрамы от лезвий, рваные следы укусов и пятна ожогов разной величины, общее число которых достигало где-то шести десятков. Вместо обеих ступней людоящер опирался на входящие в подобие плетеных ласт палки, правую руку свою он тоже крюком заменил, словно какой-то киношный пират, а к ушам были намертво присобачены блестящие медью маленькие металлические раструбы, без которых он бы оглох мгновенно и намертво.
— Я тебе уже года три как не босс, Кусачий Жук. — Припомнил Олег то ли имя, то ли прозвище этого нелюдя, который одно время работал на чародея…А потом вышел в отставку. По инвалидности. Ибо во времяартиллерийско-магической дуэли с противником попал под раздачу, потеряв ведущую руку, оглохнув и изрядно пополнив свою коллекцию шрамов, ведь некоторые повреждения его оказались настолько обширны, что аж энергетику старого шамана затрагивали. Ну, как шамана…Ведьмака, пусть сильного и опытного. Даже до второго ранга без помощи алхимического допинга заклятия его не дотягивали. Ну, что ещёбыло делать чародею, тогда находившемуся на скромно четвертом ранге и не рассчитывающему на быстрый рост своих талантов, кроме как выплатить бедолаге выходное подобие и отправить домой в качестве сопровождающего для груза, который его соплеменники собирались на родину отправить? — Что у тебя с ногами-то случилось? Ты словно на мину наступил…
Между делом Олег посмотрел в сторону хижины охотников на крокодилов, где обезвреженным им «разбойникам» уже оказывали первую помощь. Правда, для одного из них она могла бы стать последней, если бы конфликт продолжился ещё пару минут — хоть основные боевые действия и прошли в стороне от этой компании, очевидно сотрудничающей с местными людоящерами, а может и работающими на них, но какой-то осколок все равно умудрился дотянуться до ноги бессознательного человека, проткнув ту едва ли не навылет и заставив бедолагу активно истекать кровью. Впрочем, рану какой-то чешуйчатый санитар уже заматывал каким-то чуть светящимся мхом и с чисто физическими повреждениями, довольно свежими к тому же, местные целители должны были разобраться и без его участия.
