Все четверо прошли вдоль бассейна в помещение в дальнем конце здания и очутились в просторной комнате с затемненными окнами. Харриет ощутила некоторую робость.

— Не беспокойся. Не нужно бояться сухого пара, — ободрил ее Льюис. — А к жару ты быстро привыкнешь. Для каждого из нас имеется отдельная деревянная полочка.

Ровена вошла в парилку первой, за ней перешагнула порог Харриет. Удушливый жар заставил ее раскашляться, она хотела было выскочить в предбанник, но вошедшие следом за ней мужчины удержали ее. Пар оказался настолько густым, что полок не было видно. Льюис взял ее за талию и подвел к нижней полке. Харриет легла на спину, и вскоре по ее груди и ребрам потек пот, ей стало трудно дышать.

— Нравится? — спросила откуда-то сверху Ровена.

— Не очень, здесь жарко! — ответила Харриет.

— Потом можно остудиться в соседней комнате, — сказал Крис и расхохотался.

Харриет почувствовала, как он сжал ее лодыжку и начал массировать икру. Сверху доносились голоса Льюиса и Ровены. Они явно были довольны этой процедурой. Крис начал поглаживать ее груди, и, к ее удивлению, соски ожили, несмотря на общую усталость. Крис тотчас же начал сосать один из розовых бугорков.

— Пора перейти в соседнюю комнату! — сказал Льюис.

Харриет обрадовалась и позволила Крису вывести ее из клубов пара через другую дверь в соседнее помещение. Там было смертельно холодно. Пораженная резкой сменой температуры воздуха, Харриет попятилась. Ее тело покрылось гусиной кожей, она задрожала.

В дальнем конце помещения находилась ванна, наполненная снегом. Пока Харриет таращила на нее глаза, Ровена залезла в ванну и стала покрывать себя снегом, весело хохоча при этом.

— Не желаешь к ней присоединиться? — спросил Льюис.

У Харриет от озноба стучали зубы.

— Нет, мне почему-то не хочется!

— В Финляндии все так делают, — заверил ее Льюис. — Попробуй, это очень освежает! Ты почувствуешь прилив бодрости.

Ровена посмотрела на дрожащую англичанку и улыбнулась. Не сделай она этого, Харриет скорее всего так и не осмелилась бы нырнуть в ванну со снегом. Но давать повод насмехаться над своей слабо стью и трусостью она не собиралась.

— Хорошо, я попробую, — сказала она и залезла в ванну.

На мгновение у нее перехватило дыхание. Но на помощь замерзающим женщинам пришли мужчины. Льюис стал растирать снегом грудь и живот Ровены, как бы невзначай прижимая холодную ладонь к ее промежности. Ровена довольно повизгивала.

Крис усердно массировал Харриет, и вскоре озноб сменился приятным теплом. А когда он положил ее лицом в снег и стал катать по ее спине снежки, все ее тело пронзили горячие иголочки и она действительно ощутила прилив бодрости.

— Теперь наша очередь, — сказал Крис.

Дамы выбрались из ванны, уступая место мужчинам. Теперь Харриет и Ровена стали натирать снегом Льюиса и Криса. Харриет не упустила случая расквитаться со своим мучителем и натерла снегом пенис. Крис ахнул и сжал ей полные груди с розовыми торчащими сосками.

— А почему снег здесь не тает? — поинтересовалась Харриет.

— Ванна представляет собой холодильник, — пояснила Ровена. — Он стоил мне целого состояния. Но я не жалею о потраченных на такую роскошь деньгах. Что может быть дороже здоровья? Тебе, как я вижу, здесь понравилось. Надеюсь, что тебе придется по душе и заключительная часть этой ночи развлечений.

— Разве это еще не все? — удивилась Харриет. — Элла не говорила, что в сауне делают что-то другое.

— Она просто не все знает, эта твоя Элла! — рассмеялась Ровена.

Тем временем мужчины выбрались из ванны со снегом и провели женщин через душевую к бассейну.

— Ложитесь ничком на скамейки, — сказал Крис. — Но сначала я завяжу вам глаза.

Он надел на них темные повязки, и женщины вытянулись на лежаках. Воздух в бассейне был достаточно теплым, и Харриет начала расслабляться после контрастных процедур в сауне и ванной. Ее тело потяжелело, она начала засыпать.

Внезапно что-то обожгло ее ягодицы. Она вздрогнула и проснулась, намереваясь встать с лежака.

— Лежи и не дергайся! — расхохотался Крис. — Иначе пропустишь самый кайф.

Он снова чем-то стегнул ее по спине и бедрам.

— Что ты делаешь? — ахнула она. Судя по звукам, Льюис проделывал то же самое с Ровеной.

— Стегаю тебя березовым веником! — сказал Крис. — Это тебя взбодрит.

Он был знатоком этой необычной экзекуции, потому что с каждым новым шлепком Харриет все больше входила во вкус, чувствуя, как тепло распространяется по всему телу. Отстегав до красноты ей спину и ноги, Крис велел перевернуться.

Харриет медлила: ей вдруг захотелось сорвать с глаз повязку и уйти. Но похотливые повизгивания и крики Ровены убедили ее, что главное удовольствие еще впереди. К тому же и сама Харриет начала ощущать приятное томление.

Поначалу обжигающие удары причиняли ей боль, но постепенно она сменилась сладостной дрожью и вожделением соития. Крис окинул взглядом ее стройную трепещущую фигуру и почувствовал дрожь в коленях. У него началась эрекция.

Льюис прервал избиение веником Ровены и покосился на ее братца. На его лице читалась похоть, он обжег соперника вызывающим взглядом.

— Развлекаешься? — холодно спросил Льюис. — Похоже, ты вошел во вкус.

— Да, — нагло ответил Крис. — Я без ума от Харриет.

Он вскинул руку с веником и стегнул им по промежности Харриет. Она вздрогнула, но соски ее отвердели, а на коже появились розовые пятна. Она выгнулась, подставляя живот под новый удар.

Крис был рад ей услужить, и Льюис отвернулся, раздосадованный как неумеренным азартом своего родственника, так и неожиданной реакцией Харриет. Он решил сорвать злость на Ровене и принялся стегать ее изо всех сил. Она заскулила и застонала от блаженства, подставляя ягодицы и вертя ими. Промахнуться по такой цели было невозможно.

Харриет между тем пришла в экстаз. С каждым новым ударом березовых прутьев она все больше возбуждалась. Наконец она не выдержала и, застонав, сжала руками набухшие груди.

Крис пришел от этого в такое возбуждение, что ему захотелось сейчас же овладеть ею, не советуясь с остальными. Его больше не волновали правила игры, он хотел удовлетворить свою похоть. Но прежде он стегнул Харриет по груди. Этот удар неожиданно вызвал у нее мощный оргазм, и, содрогнувшись, она растянулась на скамейке, раскинув ноги и уронив руки.

Крис окончательно потерял голову. Он повалился на Харриет и стал покрывать поцелуями ее покрасневшие от ударов плечи и шею. Она не ожидала столь грубого натиска и попыталась его оттолкнуть. Но Крис был силен и тяжел. Он сжал ей ягодицы и, коленом раздвинув ноги шире, уперся членом в ее наружные половые губы.

— Прекрати! — воскликнула Харриет. — Я не хочу тебя! Оставь меня в покое!

Льюис, размеренно обхаживавший веником зад Ровены, насторожился, почуяв неладное. Он отбросил веник и решительно подошел к Крису и Харриет:

— Что ты себе позволяешь, черт тебя подери?

— Но ей это нравится, — прохрипел Крис, едва ли не разрывая зад Харриет на две половинки руками.

— Отстань от нее! — с холодным негодованием произнес Льюис, окинув Криса презрительным взглядом. — Почему ты не делаешь то, что тебе говорят?

— Она не твоя, — огрызнулся Крис, удерживая девушку на лежаке.

— Но и не твоя тоже, — уточнил Льюис. — Она свободный человек. Немедленно слезай!

Ровена сорвала темную повязку, села на лежаке и взглянула на Криса:

— Что ты делаешь? Это не предусмотрено сценарием!

Крис скользнул по ней отрешенным взглядом и глухо ответил:

— Я поступаю так, как мне хочется! А хочется мне, чтобы она стонала так же, как стонешь ты. И я…

— Ты дурак, — презрительно сказал Льюис. — Она не такая, как Ровена. Неужели ты еще этого не понял?

— Нет! — возразил Крис. — Ей понравилось, как я стегал ее березовым веником, ей нравится испытывать боль. Она…

— Ударь лучше меня, Крис! — тихо предложила ему Ровена. — Подойди ко мне, ты мне нужен. Я хочу тебя.