Про себя Даремо хотелось грязно выругаться и выпустить наружу ту горячую энергию, что кипятилась в душе, так и норовясь превратиться в настоящий взрыв вулкана. Вслед за неугомонным парнем зашел его парт Ферст и без слов протянул Ли Аре белый конверт с сургучной печатью с инициалами Л.А., принадлежавшей роду самой директрисы.
— И все-таки Ю Рин оказалась права на счет вас двоих, я правильно понимаю? — усмехнувшись, проговорила в ответ женщина, принимая украденное письмо обратно. Давно Даремо не видел на лице этой строгой учительницы такой легкой улыбки, которую она могла подарить только настолько близким воспитанникам, какими были для нее эти двое неугомонных детей.
— Вы о нас знаете куда больше, чем эта лишенная, так что не делайте вид, будто не догадывались, что все выйдет именно так, — кривляясь во все лицо, ответил Кхаотан и злостно улыбнулся мужчинам по обе стороны от Ли Ары. — Денек выдался неважным, учитель Такецу? Вернее воспитатель Така. И у вас Арчибальд, я посмотрю, все снова не так гладко, как хотелось? Все еще скрываете от лишенной свои замыслы?
— Ара притуши его, пока я не занялся этим самостоятельно, — резко рыкнул на парня мужчина у окна и, выхватив случайную книгу с ближайшего шкафа, в мгновение превратил ее в горстку пепла. Помещение заволок запах сожжённой бумаги.
— Кхао, Ферст, я очень рада наконец получить мое письмо обратно, вы, я так понимаю, догадались уже о многом, но не думайте, что это станет поводом для нас посвящать вас во все подробности, если хотите помочь, пожалуйста, но делайте это через Ю Рин.
— И как вы предлагаете нам это делать, если сами только что кричали, что она исчезла? — с нажимом спросил Ферст, сохраняя вежливый тон, за который его так любила Ли Ара. — А мы ведь предупреждали, что так произойдет, если вы не расскажете ей о своих подковерных играх.
— И все то вы слышите, как всегда, ноги быстрые, уши длинные, но голова зато легкая, — искренне посмеиваясь, перебил их Такецу и тут же закряхтел, еще сильнее разваливаясь на стуле. — Уже забыли, что я тогда сказал? Думаете, если проследили за Арчи и увидели его там, где не следовало, это что-то поменяет?
— Да что вы, воспитатель Така, мы не настолько глупы. Но, кажется, вы опять несколько суток просматривали полотно? И много нашли ее соклановцев? Как будто она и без вашей помощи отлично справлялась, может вам все-таки взять выходной и наконец-то проспаться? — ехидно вставил Кхао, тут же подходя к мужчине со спины и начиная неаккуратно массировать ему плечи. — Признайтесь уже, что не ожидали от нас такой подготовленности! Может это и мелочи, но все же мы помогли вам организовать всю эту заварушку в Белом лотосе. Без нас ваша драгоценная лишенная точно была бы уже мертва.
— Детки, кажется, заигрались в героев, — съязвил Арчибальд, стреляя в них огнем из глаз. — Думаете, я сказал вам защищать ее, потому что был лишен возможности выйти из машины и заменить вас? Я всего лишь выбрал наиболее простой вариант.
— Успокойтесь уже все, — тут же громко провозгласила Ли Ара, обращаясь в основном к детям, но не исключая дурного поведения и своих товарищей. — Хотите, чтобы я по-настоящему наказала вас за ту выходку с архивом департамента Протексората? Я ведь не шутила, когда говорила, что они приходили!
— Ну и вы же, директор, перенаправили их непосредственно к Сиреневому ветру, а там уже сам Протексорат предпочел замять дело, это уже не наши заботы, — разводя руки в стороны, вновь вклинился Ферст и дольше, чем следует, посмотрел в глаза женщине напротив. — Цена за вашу двойную игру куда выше, чем наша маленькая оплошность в прошлом.
Перед глазами женщины пронеслись картинки, которые хотел ей показать бывших воспитанник. Вот он и Кхаотан лежат в ветвистом кустарнике и смотрят на здание интерната, а потом его телефон вибрирует, короткий звонок от Даремо означает, что пора начинать отвлекающую операцию. Ферст набирает другой номер, и совсем скоро на поляне перед входом в интернат появляются драконы. Начинается драка. Сквозь туман они видят силуэты лишенной и одной из ее частиц энергии, они срываются с места ровно в тот момент, когда тонированный микроавтобус с Арчибальдом за рулем подъезжает ко входу. Им приходится разделиться. Ферст идет с помощью их сил отвлекать внимание от черного автомобиля, а Кхао спешит обеспечить безопасность Ю Рин. План с двойным дном проходит на отметку отлично, мистер Даремо продуманно упускает Сейнта, Юра спасается, а ее соклановцы так и остаются невидимы для скрытого врага. Сложно признавать, но без этих бесстрашных детей им бы пришлось в тот утро еще сложнее, хотя в конце концов они все равно проиграли.
— Как жаль, что на этот раз вы не ошибаетесь, — спустя некоторое время произнесла Ли Ара, параллельно ведя беседу в головах своих товарищей. — Кажется, дорогие мои дети, вы погрязли в этой истории куда глубже, чем мы задумывали изначально, а значит, вам все же придется придумать отдельное задание. Выбирайте, что вам кажется интереснее: помочь в поиске Ю Рин или Харритт.
Ферст и Кхао переглянулись между собой, теряя все маски с лиц и выражая чистый восторг. Даремо у окна со злостью выдохнул воздух, впиваясь зелеными глазами в двух высоких парней в серых классических костюмах на парковке, смотрящих прямо на него.
Легкий теплый ветер мягко игрался с кончиками искристо белых волос, щекоча спящее лицо девушки. Она испытывала небывалое спокойствие и умиротворение, впервые за долгое время пребывая в такой сладкой и беззаботной полудреме. Но действия озорного ветерка все же заставили ее поморщиться и нехотя приоткрыть один бледно-голубой глаз. Сознание пребывало в легких объятиях сонной неги, поэтому зрение включалось с опозданием, картинка размывалась из-за ярких солнечных бликов.
Сперва сквозь пелену продрались тонкие перышки молодой зеленой травы, за ними показались брызги морской пены и волны бесконечного водного озера, переходящего у горизонта в нежно-голубое небо.
Ю Рин резко вздрогнула, моментально теряя все остатки прекрасного сна, тело напряглось, а глаза открылись непривычно сильно. Ситуация отчасти напоминала ей день появления в новом мире, с тем отличием, что теперь она спутала свою новую кровать с мягким ковром зеленой травушки, а не с твердым асфальтом.
Память заторможенно подкидывала картинки последних воспоминаний. Вот Юра вышла в гостиную, увидела Прота и Синдри, потом Алисию, которая сказала, что Джи У добровольно отказалась возвращаться и осталась в интернате Белого лотоса, потом все происходящее начинало принимать более неуравновешенный характер. Ее тело отреагировало, по видимости, на наркотик, которым в этот момент накачивали Джи У, и затуманенный мозг не придумал ничего лучше, чем помчаться за ней, потом был побег на машине, разговор с Чон Соком и фура, несущаяся прямо на нее.
— Я что умерла? — шепотом произнесла Ю Рин, неотрывно смотря на идеальный пейзаж вокруг себя, который будто сошел с картин лучших натуралистов прошлого. Тело сковал настоящий ужас, когда глаза удивленно обнаружили одно единственное знакомое солнце, вместо сотен разрозненных светил.
"Это не мог быть сон! " — взорвалась внутри себя Юра, но тут же выдохнула, когда глаза явственно разглядели на вытянутой во время сна левой руке тонкие линии татуировки цветка гардении. Которые в следующее мгновение мягко засветились теплым отсветом солнца, а рука загорелась знакомым болезненным огнем.
— Нет, ты ни за что не можешь умереть, Ю Рин, я тебе точно не позволю этого, — произнес высокий девичий голос прямо над ухом лежащей матки, а следом перед взором появилось миниатюрное изысканное лицо девушки с выпученными глазами цвета чистого голубого хрусталя, которая по-оленьи наивно смотрела на нее, улыбаясь одними уголками пухлых губ.
Ю Рин резко подняла голову от земли и отползла назад. Голова от неожиданной смены положения закружилась, она тут же зажмурилась и только спустя пару ударов сердца заставила себя осмотреть незнакомку. Вид этой девушки удивительно подходит окружающей действительности, она тоже была подобна героиням, написанным масляными красками, тонкие брови, крупные светлые глаза, пухлые губы и еще детские черты лица, пшенично-русые волосы собранные в высокую прическу, украшенную жемчугом, в котором отражались все оттенки солнца, легкое бежевое платье, будто сотканное из морской пены.
