Спустя сотню ударов пульса молодая матка успела обойти по периметру весь ангар, убедиться в его абсолютной пустоте и попробовать открыть маленькую дверь в огромных воротах, которая, разумеется, оказалась заперта. Юра начала злиться и ненавидеть того, кто придумал такую глупую шутку. Но она не собиралась и дальше быть ее центральной фигурой.

— За кого они меня принимают? Что я не смогу выбраться из железной коробки? Я вообще-то нахожусь в этом мире не первый день! — последняя фраза разнеслась эхом по ангару, Ю Рин стремительно теряя контроль помчалась к автомобилю, на ходу нажимая кнопку для открытия багажника. Из классического набора автомобилиста она достала небольшой огнетушитель и понесла его обратно к двери.

"Какой способностью бы его наделить? Наверное, проще будет запустить его в полет, или может я смогу превратить пену в кислоту? Раз смог это сделать Сейнт, то и я справлюсь, главное не перепутать формулу" — размышляла Юра, стараясь не зацикливаться а мысли, что даже если бы захотела, она вряд ли смогла бы искоренить все химические знания из головы.

Она мысленно остановилась на первом варианте и замахнулась, чтобы кинуть огнетушитель в сторону двери, напоследок сказав волшебное "лети стрелой", когда от нее начал доноситься звук поворота замка. Не успела Ю Рин даже моргнуть, как металлические петли скрипнули, и в проеме двери появился человек.

Она так и замерла, забыв опустить огнетушитель на землю. Сперва на лицо вошедшего легла тень, в спину его освещала тонкая полоска электрического света фонаря, от непривычки глаза Юры заслезились, и она поспешила отвернуться, заодно отходя на пару шагов назад. Мужская фигура неспеша двинулась за ней, незнакомец был ее роста, но из-за трости в руке немного горбился, аккуратно вступая в полутьме. Неосознанно перед лицом Ю Рин возник его энергетический силуэт, тело действовало инстинктивно, не давая молодой матке возможности контролировать ситуацию.

Юра тут же узнала его, это был именно тот темно-фиолетовый сгусток энергии, который она увидела рядом с Иоко, Синдри и Алисией, и в реальности он пугал ее своей силой. Мозгом Ю Рин было трудно объяснить причины такой реакции, но странная энергия внутри нее уже знала, что мужчина перед ней сильный и представляет опасность. Девушка прерывисто задышала, опуская огнетушитель, но хватку не ослабила, в любой момент готовясь кинуть его уже в зашедшего человека.

— Кто вы, зачем вы меня позвали? — произнесла Юра охрипшим голосом, который подчистую выдавал ее страх, но который она не успела поменять. Она шаг за шагом отодвигалась к оставленному посередине ангара автомобилю, мужчина молча шел, прихрамывая, на нее. С каждым метром его фигура становилась все более различимой. Стали видны темные волосы, уложенные в прическу, черные глаза переходящие в тень, идеально сидящий костюм и трость в руке с большим темно-синим сапфиром.

С глухим стуком Юра прислонилась к машине, не в силах отвести взгляд от камня, так знакомого ей. Казалось бы обычная палка, но именно из-за необычного камня она ее запомнила, да с помощью точно такой же трости отгоняла от себя заколдованных Сейнтом спортсменов.

— Откуда… — глухо произнесла Ю Рин, не замечая, что говорит вслух. — Я же точно видела как она исчезла…

— Вещи, хранящие в себе достаточное количество воспоминаний, способны возрождаться вновь, — произнес мужчина, голос которого показался Юре необычайно знакомым. Воображение без предупреждения облачило его в длинное темное пальто, под которым хорошо сидели идеально выглаженные рубашка и брюки, волосы уложились в легкие завитки, выглядевшие всегда небрежно и уникально, что так ценили девушки.

"Принцесса, не плачь" — произнес тот же голос в голове Ю Рин, отчего огнетушитель тут же выпал у нее из рук и с грохотом упал на бетонный пол, разнося шум по всему ангару. Но Юра не слышала его за гулом из воспоминаний и громко стучащего сердца.

Она испуганно вцепилась ледяными глазами в пол, боясь поднять взгляд и не найти там того, что было наиболее желанно.

"Но это ведь невозможно, это не может быть правдой, я видела его труп, я целовала его холодное лицо, я…"

Слезы неосознанно скопились в уголках глаз. Все это было похоже на злую шутку, что затянулась на долгие годы и окончательно поселилась на подкорках сознания младшей сестры, что день и ночь оплакивала своего любимого старшего брата. Ю Рин испугалась до ужаса и разозлилась не на шутку, но одновременно с этим почувствовала то, о чем запретила себе даже думать. Надежду.

"Это невозможно, но что если…" — вгрызалось в нее изнутри, тело девушки было не в силах противостоять столь сильному порыву радости, который разбивал на своем пути все стены.

Голубые глаза начали робко подниматься. В свете тусклой лампы под потолком они вновь рассмотрели камень на рукояти трости, обратили внимание на хромоту мужчины, что опирался лишь на одну ногу, разглядели тонкие пальцы идеальных рук, предназначенных для игры на инструментах, рубашку с расстёгнутой верхней пуговицей и наконец поднялись к лицу.

Ю Рин не нужно было долго вглядываться, все стало понятным за доли мгновения. Лишь кинув взгляд в сторону этих черт, что были так непохожи на нее, но в которых читалось нечто внутренне родственное, она тут же их узнала и застыла.

Детская чистая радость перемешалась с горечью в лице девушки, слезы заполонили глаза, смазывая картинку, которая вновь начала казаться чем-то ненастоящим, искусственным, но таким долгожданным. Она не могла поверить, не могла осознать.

Ведомое противоречиями сердце обратилось к карим глазам напротив. Те незамедлительно ответили на немую просьбу и улыбнулись, так привычно и ярко, так, как она видела еще в детстве и как не могла забыть до сих пор. Сил сдерживаться больше не было.

— Чон Сок, — всхлипывая, прохрипела Ю Рин и кинулась в заранее раскинутые объятия незнакомца, который оказался ее любимым братом.

Время будто остановилось, не в силах отпустить момент воссоединения утраченного. Юра вдохнула полной грудью самый вкусный в ее жизни воздух и отпустила слезы, с каждой капелькой которых пропадали годы ее одиночества и боли.

— Все в порядке, малышка, я с тобой, — мягко поглаживая спину девушки, шептал Чон Сок, широко улыбаясь.

— Чон Сок, это точно ты? — мертвой хваткой вцепившись в плечи молодого мужчины, спросила Юра, постепенно вырываясь из плена истерики. Ее брат стоял прямо перед ней, ни на день не постарев с момента своей смерти, смотрел так же, пах теми же духами.

"Но что, если все это — лишь уловка этого жестокого мира? " — сомневалась одна из частей ее души, ни разу до этого не получающая подобных подарков от судьбы. Нет, сколько бы она ни просила, ни умоляла, еще ни разу ей не дали что-либо, не отобрав большее взамен.

— Это правда я, Юра, прости, что заставил так долго ждать, твой старший брат очень плохой, — поджав губы произнес настоящий Чон Сок и погладил сестру по голове. — Я ужасен, я оставил тебя, я виноват, но…

— Ты же умер, Чон Соки, — мягко перебила его Юра, замечая в карих глазах искреннее сожаление и горечь, которых там не должно было быть. Возможно, в этот момент в ней сыграл профессионализм или просто она повзрослела, но Ю Рин не могла даже представить, что в такой ситуации она имеет право на него злиться. Она была благодарна всему на свете, что видит его перед собой, что говорит с ним, а в такое время нет смысла обращаться к прошлому. — Разве ты мог что-то поделать? Разве мог предотвратить ту аварию? Я не поверю в это, а поэтому тебе незачем извиняться.

Рука Чон Сока замерла, он вновь посмотрел в глаза своей младшей сестры, такие яркие, но холодные одновременно, в них с детства были видны смышлёность и любознательность, которые с годами несколько изменились, запылились, попытались скрыться, превратились в подобие мудрости. Для Юры с их встречи прошло больше семи лет, она неизбежно поменялась, пусть и по-прежнему радовалась ему точно так же как в детстве.