— Вы наконец объясните, что здесь происходит? — резче, чем хотелось, проговорила Иоко, но попыталась придать голосу вежливый окрас. Злить брата матки было глупо, хотя в смертельно опасной ситуации это было само собой разумеющееся. — Что вы хотели обсудить? О какой беседе вы говорили?

Дядя Алис, похрамывая, подошел к широкому деревянному столу и оперся на него, скрещивая руки на груди. В его темно-фиолетовых глазах отражалось напряжение и странная боль. Значит, разговор предстоял серьезный.

"Да что за цирк" — взвыла про себя Иоко, окончательно переставая понимать, что их ждет дальше. Она довольно умело читала людей и часто могла догадаться, кто из них настроен враждебно и несет опасность, но этот мужчина производил противоположный эффект.

— Пытаюсь понять, с чего все-таки стоит начать, чтобы осталось меньше вопросов, — замешкавшись, медленно начал мистер Чон и с грустью посмотрел на портрет семьи Ночи на стене. — Хотя даже не знаю, что она вам рассказала.

Он улыбнулся, но как-то скомкано, будто не ожидая такого от собственного лица. Иоко не могла решить, сходит ли с ума она, или этот мужчина перед ней настоящий лишенный.

— Точнее, зная ее характер, ничего она не выдала, — продолжил меж тем мистер Чон и тут же кинул недовольный взгляд на свою племянницу: — Алисия, успокойся, отец не вернется сегодня в Сакуюри, а меня твоим друзьям точно не стоит бояться, обещаю, я позже отвечу на все твои вопросы.

Иоко эти слова не убедили, что-то смущало ее, но разобраться в собственных ощущениях было очень трудно. Паника медленными шажками пробегала по ее спине.

— Я говорю искренне, уверяю вас — младшая Миякэ, ее маленький друг — я вам не враг, потому что вы связаны с той, кому я меньше всего желаю смерти, — он успокаивающе посмотрел на всех и вновь кинул взгляд на картину. — Тадао почему-то постоянно зовет меня — Мистер Чон, хотя на самом деле правильнее было бы Мистер Ночи или Мистер Кван, ведь я — Кван Чон Сок, и да, опережая ваши мысли, я правда связан с небезызвестной вам Кван Ю Рин, ведь я ее любимый старший братец.

— Я сказала нет, я не обязана вам помогать! — гаркнула Джи У и, вскинув руки, упала на твердый матрац кровати.

Прот устало мотнул головой, его синие глаза успели потускнеть еще до захода светил. Он отправился в Спелую вишню сразу, как Ю Рин раздала всем команды и ушла, а Кхао и Ферст исчезли следом, не проронив больше ни слова. Поймал такси и поехал в достаточно известный бордель, от чего успел услышать несколько поверхностных шуток от водителя, но даже не запомнил их, пребывая где-то глубоко внутри себя. Все, как всегда, произошло совершенно невовремя.

После взрыва и его встречи с Алисией, Прот не мог чувствовать себя полностью спокойным. Его кусала изнутри какая-то беспомощность, невозможность заниматься правильными делами. Раньше он считал Инпорталиум своим высшим изобретением, но тот разрушился так легко, что Прот вмиг спустился с Флавуса на землю. Его научные изобретения ничтожно малы и бесполезны, раз их способна сломать одна девушка с металлическими крыльями за спиной.

Он рассказал Ю Рин о своей жизни, открыл многие тайны, но повторив их наконец вслух, вдруг понял, что уже давно не соответствует образу того будущего директора многомиллионной компании, которого вылепливал из него дедушка. Это не было удивительным, учитывая, через что ему пришлось пройти после его смерти, но все же Прот почему-то был разочарован. Неужели, дедушка в нем ошибся и его так просто сломить?

"Нет, я должен хотя бы попытаться сделать что-то правильное" — подумал он в то утро, когда решительно настроился не возвращаться в особняк. Он заперся в своей комнате в общежитие, написал Ю Рин короткое сообщение и погрузился в пучину чисел и знаков, не реагируя ни на какие внешние раздражители. Не нужно быть ясновидящим, чтобы догадаться, что период затишья будет коротким и нужно использовать его на максимум. Каким-то образом, не подчиняющимся статистике и логике, Юра и их клан были мишенью случайных катастроф, и очень маловероятно, что судьба захочет просто так закончить эту интересную игру.

Появление у двери его комнаты Ферста стало подтверждением всех опасений Прота, который с досадой подумал, что ему не хватило еще немного времени. Но задача, появившаяся перед ним и Ю Рин, окончательно выбила его из состояния мнимого спокойствия. Найти Иоко и Синдри в Наре, без его портала, — задача практически невыполнимая, ведь Юра все еще была поломана внутри словно фарфоровая статуэтка, упавшая на пол. Прот слабо понимал рабочую схему этого процесса поиска, но почему-то не сомневался, что для их матки это станет очередным потрясением, которое вновь расшатает ее неустойчивую психику. После выброса энергии Юра смогла собраться, даже стала выглядеть живее, чем обычно, но кто знает, что их ждет впереди.

Похищение Сейнта на фоне этого пока выглядело куда безобиднее. Да было неправильно приуменьшать опасность его положения, но когда у тебя два соклановца находятся не пойми где, и их местоположение вычислить очень сложно, а связаться напрямую — невозможно, то хотя бы то, что Ферст и Кхао знают, где держат Сейнта и то, что он уже там бывал раньше, уже обнадеживало.

— Джи У, я не могу тебя заставить, это правда, но просто подумай: если мы будем все вместе, то сможем быстрее и легче вытащить Сейнта из их логова. Эти Монкуты даже не заметят, как из-под их носа исчезнет одно тело, — не прекращал свои уговоры Прот, из последних сил сдерживая гнев, рвущийся наружу. Видимо, общение с Иоко не пошло ему на пользу, раз он стал так легко срываться.

Синие глаза поднялись на кровать, где до этого вальяжно сидела Джи, и увидели девушку, вскочившей с места, с мрачным лицом, в котором читался откровенный страх.

— Скажи, что мне показалось, что ты сказал Монкуты? — хрипло протянула Джи У, становясь серее стен ее комнаты. — Не говори, что этого придурка забрали Монкуты…

Прот, признаться, и не задумывался до этого, что за бандиты похитили его соклановца, как будто и не было разницы, он полностью надеялся на знания Ферста и Кхаотана в этом вопросе, но, если их фамилию знает и Джи У, то, возможно, он совершил-таки ошибку, не поискав информацию в интернете.

— Ты знаешь, кто они такие? Это не просто какие-то там бандиты из гетто Солуома? — несколько нервно вопросил Прот и по стремительно краснеющим глазам девушки понял, что сморозил откровенную глупость.

— Какие же вы все тупые, особенно Сейнт, если насолил банде Белого лотоса настолько, что те решили повторно его похитить… — Джи У смотрела на него, как на лишенного, который не понимает очевидных вещей. — Они монстры! Ублюдки, которые не брезгуют всеми методами ведения дел, особенно это касается пыток! Не хочу даже представлять, что с ним сделали в прошлый раз, но, если он сбежал от них, то на этот раз все будет еще хуже…

Ее голос окончательно потерял силу, превращаясь в невнятные хрипы, грудь вздымалась неровно. Не в силах сдерживать эмоции, Джи начала расхаживать по небольшой комнате и разбрасывать все вещи. В Прота полетели подушки с одеялом, массивные ботинки, футболки, брюки с металлическими заклепками, и, наконец, сломанный торшер.

— Да успокойся уже! — выкрикнул он, в последний момент отпрыгивая от летящих орудий убийства, хотя в голове проклинал себя и остальных, за то, что снова вляпались во что-то сложное.

Джи У трясло как на сильном холоде, в глазах стояли слезы, перемешанные с ненавистью и отчаянием. Даже жалостью. Прот и сам испытывал сейчас нечто подобное. Он хотел наорать на Сейнта, что есть сил, но для этого его сначала нужно было спасти и, упаси всех Калси, сделать это быстрее, чем эти Монкуты приступят к своему любимому занятию.

— Я вас всех ненавижу, — надрывно вскрикнула девушка, без сил падая на пол. Ладони раскрылись, обнажая следы от длинных ногтей. Джи У долго всматривалась в ранки, взгляд ее медленно принимал осознанный вид, истерика сменялась решительностью. — Я помогу вытащить эту неугомонную рыбу, и, если он будет еще жив, — добью его самолично.