Чтобы не утомляться за рулем каждый час менялись. Порулил, отдохнул, порулил, отдохнул. Так намного легче, не накапливается усталость. К теще с тестем не заезжали. Они сейчас на материке, я им путевку на троих купил в Пятигорск, отдыхают. Своим тоже хотел приобрести что-то хорошее, но они на материк планируют только в следующем году лететь. Ну, ничего, сейчас можно за чеки взять путевку. Можно будет даже в круиз на лайнере приобрести. Потом заеду в Сусуман, поговорю. Отец однозначно будет отнекиваться, но мачеха должна оценить подарок.
За Оротуканом, Витька на очередном равнинном участке предложил проверить, а сколько вообще Хонда может разогнаться. Я с дуру и согласился. Шурин педаль газа в пол утопил. Дорога через широкую долину идет, других машин не видно, гоняй, как хочешь. Еще бы дорога была асфальтированная, а не грунтовка. Но нам же все нипочем, мы же отчаянные, слабоумие и отвага — вот наш девиз. Пищалка сигнальная аж заливается, на спидометре стрелка в 120 уперлась, но градуировка на нем на все 140 и чувствуется — запас мощности еще есть. Вот только начало чувствоваться, что автомобиль бросает на неровностях — все же на такой скорости каждый камень отдается.
Я уже было хотел сказать, что хватит, сбрасываем, только не успел, как раздался взрыв. Хрясь, и машину резко повело вправо. А там, хоть и равнина, но сворачивать никак нельзя, потому как вместо обочины ручей течет. Небольшой, с метр в глубину и полтора в ширину. Но нам точно хватит, чтобы в комок металлолома превратиться, с нами двумя внутри вместо начинки.
Хонда вправо уходит, Витька влево выворачивает, но тормозить не пытается, понимает, что стоит вдавить педаль, как мы неминуемо опрокинемся, перевернувшись на крышу. Мне лично осталось только молиться, пока автомобиль по всей дороге мотало. Все-таки не удержал водитель машину, только я так и не понял, что дальше произошло, лишь почувствовал, как мы плавно от земли, словно от взлетной полосы аэродрома оторвались и сразу тряска пропала.
Но улетели недалеко, шлепнувшись метрах в трех от дороги. Да удачно так — на все три уцелевших колеса. Причем очень мягко приземлились. Я дверь открыл, наружу вышел — и немедленно в ручей сверзился, не удержавшись. Сижу задницей в холодной водичке, глаза пучу, слова вымолвить не могу.
Нет, ну, нормально так стоим, словно сами заехали. Вот только между нами и дорогой ручей течет, я в него и угодил, потому как Хонда на самом бережку стоит. Получается, мы через поток перескочили. Витька меня из воды вытащил, у меня зуб на зуб не попадает, заморозил задницу. Пришлось лезть в рюкзак, переодевать белье и запасные брюки натягивать. Заодно и переобулся в кеды, берцы теперь сушить нужно. Осмотрели на пару машину — на корпусе ни царапинки, ни вмятинки, только от колеса один диск остался — шину буквально на клочки разорвало. Видимо, на скорости попался под нее острый камень, вот резина и не выдержала.
И, что самое паскудное, самим нам автомобиль никак на дорогу не вытолкать. Помощь нужна, чтобы ручей преодолеть. Витька, конечно, парень сильный, но тут даже он не справится. Поменяли колесо на запасное, стоим, ждем, пока кто-нибудь проедет.
Да, три колеса для машины мало. Помнится, в английском комедийном сериале про Мистера Бина постоянно показывали трехколесный автомобильчик, который частенько падал во время поворотов. И это у него переднее колесо посередине было. А у нас целое слева осталось, несимметрично получилось. Повезло нам неимоверно, словно заступился кто свыше за дураков, пожалел.
Трехколесная модель Reliant Regal Supervan III со стеклопластиковым корпусом, кадр из сериала «Мистер Бин»
— Блин, — шурин башку почесал, — Что-то стремно на бескамерке по нашей трассе ездить. Мне лично одного раза хватило. В следующий может и не повезти.
— Да просто все, — ответил ему, — Вставить камеру, будет безопасно.
— А сосок куда выпускать?
— Просверлить отверстие под него в диске или удалить штатный ниппель и все дела.
— Тяжело вставлять будет камеру в шину и бортировать, — возразил Витька.
— Камеру тальком придется посыпать. А бортировать, — я подумал, — У меня в гараже комплект для разбортировки есть, нужно его использовать.
Стоим, переговариваемся. Ну, а что делать — ругаться, что ли? Смысла нет — я сам согласился на эксперимент, так что оба одинаково виноваты. И, главное, трасса пустая, только пару раз легковушки проскакивали. Но они чем помогут? Останавливались, конечно, но мы их отправляли дальше. Тут помощнее техника нужна.
Хорошо, тормозок у меня в машине всегда есть, я хомяк запасливый. Вскрыли пачку галет и банку тушенки, перекусили. И снова ждать — должен же хоть кто-то нас спасти, как потерпевших кораблекрушение.
Глава 14
Практикант
Хонда у меня второго поколения, масса у нее чуть больше тонны, это с учетом полного бака и вещей в багажнике. Но все равно самим нам ее никак не выкатить. Ручей хоть и неглубокий, но с отвесными берегами — почти полметра высотой, а потому вытолкать машину на дорогу совсем не просто. Ожидание потратили с пользой — поставили запаску вместо потерянной шины.
Примерно час стояли, когда рядом три КамАЗа затормозили, они небольшой колонной на Магадан шли. Десять минут, и наша иномарка стояла на дороге, даже дергать тросом не пришлось. Лопатой подрыли берега ручья, сделав плавный спуск и подъем, а затем вытолкали вручную машину. Восьмерым это просто — мы двое, да по два водителя в каждом грузовике. Мы поблагодарили мужиков и двинулись своей дорогой, уже не спеша, держа скорость около 70 километров в час. Не зря говорят, что тише едешь, дальше будешь. Мудростью этой поговорки мы с шурином как-то внезапно прониклись.
В Ягодное прибыли уже за полночь, нас даже в гостиницу пускать не хотела дежурная, мол, утром приходите. Неграмотная женщина попалась, про льготы, положенные писателям, не знает. С трудом уговорили запустить нас внутрь посреди ночи и номер выделить. Увы, нашелся только шестиместный, про люкс можно вообще забыть, его тут в помине нет. Одна из коек была занята, и лежащий на ней парень проснулся, когда мы свет включили, начал ругаться, но снова заснул прямо посередине очередного загиба, так и не доведя его до конца. Жаль, красивая была конструкция, так и не узнал, чем она закончилась. Вот не зря говорят, что, если сильно устанешь, то в любых условиях заснешь.
Так оно и есть. В прошлой жизни в армии, где и как только не спал. На трубе отопления, на ветке дерева, на крыше, на вышке, в канаве, в траншее. Раз на посту придремал в окопе во время метели. Когда проснулся, над снежной равниной только моя голова торчала — начисто замело, еле выбрался. Да что там — на губе дрых на бетонном полу, прижимаясь к трубе отопления, словно она родная. А каково спать на железном столе? Пришлось использовать прием, позаимствованный у чукчей — дремать на четвереньках, опираясь о поверхность коленями и локтями. Вполне годно, как выяснилось.
Так что шестиместный номер четвертой категории — это еще шикарно, если подумать. Я после приключений в дороге только подушки головой коснулся, так сразу и уплыл. Проснулся от того, что меня за плечо потрясли.
— Эй, парень, это не ваша там машина под окном?
— Ну, да, наша, — хмуро посмотрел я разбудившего меня парня.
— Ты бы спустился, а то как бы ее не разобрали на сувениры.
Ну, тут сосед преувеличил, конечно, но толпа нормальная собралась. Еще бы — наша Хонда в Ягодном стала первой иномаркой, да еще и руль у нее справа, что пока выглядит предельно необычно. Пришлось одеваться и выходить на улицу к любопытным. Но ничего, ответил на вопросы, капот открыл, водительское место показал. Народ поглазел немного, да разошелся.
Витька по своим делам свалил, а я пошел искать начальство. Оно, конечно, выходной уже, суббота, но сейчас сезон, лето, люди часто без выходных трудятся или только в воскресенье отдыхают.
