Еще предполагается мое участие, как практиканта, в планировании и организации работ. Но это бабушка надвое сказала. Обычно студентов к планированию не подпускают. Нет, в дневнике-то запись будет, мол, зуб даю, делал, участвовал в руководстве. На деле же наше студенческое дело маленькое — можем копать шурфы, можем не копать.

Вообще, практика уже идет, я в Магадане три дня потратил, чтобы получить приказ о направлении, пройти инструктажи по охране труда и технике безопасности. Все под роспись, как и положено. Еще дневник практики оформил, его нужно будет ежедневно заполнять, потом подписать у руководителя практики.

Целая проблема оказалась с направлением на работы. Мне вообще предлагали на кафедре остаться, заняться лабораторными исследованиями. С выходом в дальнюю экспедицию не прокатило — помешало только что проведенное обследование для военкомата. Оказывается, для выездной практики нужна медицинская справка. Ну, а кто мне сейчас ее даст? Врачи рисковать не будут, вдруг я в каком-нибудь медвежьем углу коньки решу отбросить? Тут даже санитарный вертолет может не успеть долететь.

Пришлось через обком заход делать, чтобы все-таки нормальную практику пройти. В результате отправили в Ягодное — вроде как недалеко от цивилизации. Пришлось согласиться, хотя, почему бы и нет. Осиной я навстречу пошел — песню написал. Ну, как написал, говоря честно, банально спер хит Михаила Круга, благо тот еще не написан.

Стихи пришлось переработать, потому как строки про мужика у пивной и баржи колымских лет явно бы не прошли. Мужика пришлось заменять на моряка. Пивную вообще убрал, у нас нынче сухой закон, поэтому матрос у меня сходит на берег к семье. Еще и третий куплет дописал. Осиной понравилось, в обкоме тоже одобрили, второй секретарь в порыве благодушия даже предложил обращаться, если что нужно будет. Я тут же и воспользовался оказией, сказав, что с практикой затык встал. Так буквально мгновенно все решилось. Партийный начальник позвонил в «Северовостокзолото», там предложили подойти к ним. Ну, мне не трудно, тем более идти всего ничего, здания на одной площади находятся. Так мне и подобрали устраивающий меня и врачей вариант.

* * *

Интереснее всего с Алисой получилось. Она должна была практику проходить в пионерском лагере где-нибудь в Ягоднинском районе, потом руководство института распределило ее в лагерь «Детрин», который находится в Тенькинском районе. Я там не был, но примерно представляю где он находится — на Тенькинской трассе, неподалеку от поселка Нижний Детрин, пять километров вроде до него. Далековато, честно говоря, и до Магадана и до родителей Алисы, добираться неудобно.

Я, как стало известно о «Детрине», еще перед поездкой в Японию через референта Осиной договорился, что жена поедет поближе — в пионерлагерь «Юбилейный», он как раз между поселками Палатка и Стекольный. Только они на левом берегу реки Хасын, а лагерь на правом. Если по прямой считать, то до Стекольного всего километра три, а до Палатки чуть меньше десяти. По дороге-то, конечно, больше, там напрямик не пройди. Вокруг тайга, рядышком неглубокая, но чистая река журчит. Только холодная больно водичка, не покупаешься. А главное — место практики совсем недалеко от Магадана. Понадобится съездить в город — достаточно позвонить домой. Виктор, естественно, к нам переселился. Что он, дурак, в общаге жить, когда отличная квартира почти три месяца пустой стоять будет? А он мне клятвенно пообещал, что ради любимой двоюродной сестрички лениться не будет — съездит за ней, стоит ей только попросить, а потом отвезет обратно.

Июнь Алиса проведет в «Юбилейном». Но главное — в августе ее отправят в Лоо — на Черноморское побережье. На вторую смену я договорился насчет пансионата «Магадан», там ведь не только взрослые отдыхают, при учреждении имеется пионерлагерь. Красота же — теплое море, горы, как раз фрукты-ягоды пойдут. Пансионат принадлежит нашему объединению «Северовостокзолото», а раз там первую мою просьбу рассматривали, то я сразу и вторую закинул. И мне навстречу пошли.

Мы с Виктором выехали в пятницу, 19-го числа. К счастью, обследование не затянулось, всего три дня понадобилось. Собрались и часов в шесть отправились. Договорились, что до Палатки я поведу, а там шурин меня сменит. В багажнике чемодан с вещами, которые Алиса просила захватить. Все же, сколько бы женщина в путешествие шмоток ни взяла, все равно окажется, что мало и что-то забыла. И это она всего на месяц уехала. У меня проще — все, что мне нужно, уместилось в рюкзаке. Ну, еще штормовку, тент и спальник я увязал в тючки и к рюкзаку же подвязал. Плюс ружье в чехле, патронташ и спиннинг. Вот и весь мой багаж.

Хонда по трассе шла ходко, подвеска отличная, она на удивление комфортно настроена, и практически незаметно проглатывает не самую лучшую грунтовку. Движок мощный, на затяжные перевалы автомобиль влетает, не замечая подъема. На Сокол заехали — квартиру Савельевых проверить. Нормально все оказалось, заодно почтовый ящик от корреспонденции освободили, сложив ее пачкой в прихожей.

С учетом задержки на Соколе на Палатке были уже в половине восьмого. Тут, вне графика, движения меня на водительском месте Виктор сменил, мы в поселок заехали, а куда дальше я не знаю.

— Так и куда здесь рулить? Надо бы узнать у кого, — говорю.

— Да не надо никого искать, бывал я в этом лагере, — сообщил мне Витька, — Давай я за руль, так проще будет.

Да и то верно, раз знает, то пусть и ведет машину. Без возражений пересел на пассажирское место. Дорога к лагерю изрядно разбитая, видно, что по ней ездят редко. Но, ничего, нормально прошли, благо дождей давно не было, грунт сухой.

Пионерлагерь совсем небольшой, вряд ли больше 200 детей здесь отдыхает. Помнится, я тоже вот в похожем месте каникулы проводил. Тут, конечно, лето прохладное, но в середине лета и до 25 градусов может быть, а не повезет, так и 10–11 днем будет. Да что там, я помню, дело было, 1 июля снегопад пошел, перевал, так вообще засыпало практически. В долинах через день снег стаял, но сам факт. Север, есть север.

Оставили Хонду у ворот и, даже звать никого не понадобилось. Пионеры как из-под земли появились, обступили автомобиль. Нынче иномарки в Союзе — редкие гости, а потому они всем интересны. Было дело, в прошлой жизни в Крым в 84-м с родителями отправились. Решили по всему ЮБК проехаться. От Геническа на Запорожце пошли через всю Арабатскую стрелку. Поробинзонили дня три у старой турецкой крепости, потом на Феодосию выехали, а там уже по всей южной трассе добрались до Севастополя, куда нас не пустили, потому как закрыли его буквально за месяц до нашего появления. Обломали по полной.

Но о чем бишь я — в Ялте на набережной наткнулись на занимательное зрелище. Там стоял желтый, явно самодельный автомобиль. Двери у него интересные оказались, не в стороны открывались, как обычно, а поднимались вверх. Ох и толпа рядом с ним клубилась — больше всего, конечно, мальчишек, но и взрослые мужики не стеснялись подойти, поинтересоваться. У хозяина еще такой пофигистичный вид был, наверное, уже смирился, что стоит остановиться и сразу же народ набегает. А что поделать? Всем же интересно.

Вот вроде этого

Вот и тут — пионеры нас окружили, смотрят, трогают, вопросы задают — такой галдеж подняли, что ничего не понятно. Да и как их понять, когда они все одновременно, и спрашивают, и отвечают, и одновременно хаотично перемещаются, как шарик у бывалого вокзального наперсточника. Я не выдержал, воздуха в легкие набрал:

— Ребята, ти-хо! Кто знает Алису Селезневу? Она у вас вожатой должна работать.

Эти кадры сначала примолкли вроде, но тут же опять загалдели еще пуще прежнего. Оказалось, что знают все и вот просто горят желанием поделиться со мной этой информацией.

— А вы кто ей? — как-то даже ревниво спросила меня девочка лет двенадцати.