Рамон-Беренгар III в 1106 г. в союзе с графом Урхельским предпринял поход против мавров и захватил город Балагер с его замками. В 1115 г. при поддержке пизанского флота он высадился на Ибисе и Майорке, не имея ввиду удержать эти острова в своем владении. Рамон-Беренгар III желал лишь получить дань и заставить местного мусульманского правителя признать себя вассалом барселонских графов. Вскоре, также с помощью пизанцев, он совершает набег на Валенсию и на земли Лериды и Тортосы. Альморавиды в период правления Рамона-Беренгара III дважды вторгались в барселонское графство и даже осаждали Барселону, однако они были разбиты при Марторелле (1114 г.) и на равнине у Барселоны (1115 г.). Рамон-Беренгар III укрепил военную мощь графства; он установил торговые и дипломатические сношения с итальянскими городами-республиками. В 1131 г. граф умер.
Рамон-Беренгар IV. Новые завоевания и уния с Арагоном. Рамон — Беренгар III оставил двух сыновей, между которыми он разделил свои владения. Одному из них (Рамону-Беренгару IV) он оставил графство Барселонское, а другому (Беренгару-Рамону) — провансальское графство и остальные земли в Галлии. Граф Барселонский (1131–1162 гг.) был столь же воинственным правителем, как и его отец. Он окончательно овладел Тортосой, Леридой, Фрагой и Макиненсой (принадлежавшими эмиру Валенсии и Мурсии Бенмерданишу) и таким образом укрепил свою южную границу. Рамон-Беренгар IV вел войны в Провансе, помогая своему брату и его сыну в юго-западной части Франции, где главным его противником был граф Тулузский. Хотя эти войны непосредственно и не увеличили владений графа Барселонского, они значительно укрепили его политическое влияние в южной Франции. Брак Рамона-Беренгара IV с Петрониллой, дочерью арагонского короля Рамиро II, положил начало каталоно-арагонской личной унии. После смерти Рамона-Беренгара IV (1162 г.) ему наследовал в Каталонии его сын Рамон, принявший имя Альфонса. Графство Серданья, Каркассоннская сеньория и сюзеренные права на Нарбонну перешли к другому сыну Рамона-Беренгара IV — Педро. В 1162 г. после отречения Петрониллы от арагонского престола Альфонс окончательно объединил обе державы.
Наварра
Потомки Санчо Великого. Благодаря завещанию Санчо III, как нам уже известно, было сломлено политическое преобладание Наварры на христианских территориях. Наваррой в собственном смысле слова стал править Гарсия, первенец Санчо. Гарсия пал жертвой своих честолюбивых стремлений в битве при Атапуэрке, которую выиграл его брат Фернандо кастильский. Гарсии наследовал его сын Санчо I, который расширил границы своих владении на юго-западе в воинах против мусульманского эмира Сарагосы. Когда Санчо был убит своим братом, незаконным сыном Гарсии, Рамоном, наваррцы, не желая, чтобы престол перешел к братоубийце и стремясь воспрепятствовать Альфонсу VI Кастильскому овладеть Наваррой, предложили корону королю арагонскому. Уния с Арагоном длилась с 1076 до 1134 г., при королях Санчо Рамиресе, Педро I и Альсронсе I.
После смерти Альфонса I и разрыва унии королем Наварры был избран Гарсия-Рамон II, внук Санчо IV, в правление которого (1134–1150 гг.) шла постоянная борьба с Арагоном и Кастилией, претендовавшей на область Риохи. Эта борьба закончилась при его сыне Санчо VI Мудром благодаря посредничеству короля Англии, разделившего Риоху между Наваррой и Кастилией. Санчо VI приложил немало усилий, чтобы навести порядок внутри королевства. Он пожаловал фуэрос нескольким городам, поощрял торговлю и способствовал повышению благосостояния страны. Тем не менее борьба с Кастилией и Арагоном возобновилась при преемнике Санчо VI, Санчо VII Сильном, который, чтобы совладать с врагами, заключил союз с альмохадами. С этой целью он ездил в Африку, где пробыл несколько лет. Когда Санчо VII вернулся в Испанию, положение изменилось, и он счел возможным заключить союз с кастильским королем для отпора альмохадам и не в малой степени способствовал победе при Лас-Навас. Не имея наследников, Санчо VII завещал свою корону Хайме Арагонскому.
Наварра — вассал Франции. Наваррцы не пожелали выполнить завещательные распоряжения Санчо VII, так как перспектива объединения с Арагоном мало им улыбалась. Хайме не настаивал на своих правах, предоставив наваррцам возможность свободно избрать короля. Они предложили корону племяннику Санчо VII, Теобальду, графу Шампани, вассалу короля Франции (1234 г.).
С этого времени история Наварры, связи которой с Испанией прерываются на долгие годы, не представляет уже интереса для исследователя, который занимается прошлым Пиренейского полуострова. В конце XIII в. Наварра перестает быть самостоятельным королевством и почти на столетие становится владением французских королей.
Социальная, политическая и государственная организация
Мусульманские государства
Форма правления. На первый взгляд может показаться, что уничтожение халифата и последующие смены режима управления, происходившие вплоть до XIII в. в мусульманской Испании, должны были привести к большим изменениям во внутренней политической организации. Фактически же этого не произошло. Правда, единство арабского государства было уничтожено.
Поэтому совершенно изменилось территориальное деление и иерархия должностных лиц, изменились и общие законы управления, которые связывали различные части обширной империи халифов и теперь перестали оказывать свое действие. Однако, как таифские эмиры, так и альморавидские, и альмохадские правители следовали абсолютистской традиции халифов, причем порой эти тенденции даже усиливались, когда на престол вступал властитель-деспот. Даже правительства, созданные по республиканскому образцу (например, в Кордове и Севилье), как уже отмечалось, быстро выродились в абсолютные монархии.
Создание таифских эмиратов на первых порах, видимо, благоприятствовало восстановлению власти арабской аристократии. Однако ущерб, понесенный ею прежде, и жестокая борьба, которую вели с арабской знатью более многочисленные берберские и «славянские» элементы, привели в конце концов к уничтожению арабской аристократии. Хотя казалось, что народ порой и обладал определенной властью, фактически он был совершенно бесправен и демократический строй некоторых крупных городов был чистейшей фикцией. Деспотизм севильских Аббадитов, Хаммудитов и африканских властителей не только препятствовал формированию органов народного представительства, но и наносил ущерб свободе личности и не обеспечил общественной безопасности, создавая угрозу жизни и имуществу граждан.
При альмохадах Испания потеряла свою самостоятельность, превратившись в провинцию Африканской империи. Так было, пока вновь не образовались независимые эмираты, из которых после завоеваний Фернандо III и Хайме I сохранилась одна лишь Гранада.
В связи с распадом государства значение ряда политических и административных должностей соответственно уменьшилось. В каждом независимом эмирате имелись те же власти, что и в Кордове, но масштаб их деятельности был ничтожным. Алькайд, или главнокомандующий, превратился в коменданта крепости; число визирей (министров) увеличилось, а иногда, если какой-нибудь кади становился независимым эмиром, функции визиря сводились к отправлению должностных обязанностей полицейского чина — альгвасила. Кади соединяли в одном лице судебные, политические и административные функции, как христианские алькальды (преемники юдексов), которым во многих местах они передали свое имя уже в XII в. Государь принимал титул султана или эмира, а не халифа[108].
Социальная структура. Вытеснение арабского элемента и преобладание африканцев (берберов) и ренегатов европейского происхождения («славян») — характерная особенность этого периода. Эти изменения в этническом составе населения должны были оказать большое влияние на обычаи, общественный уклад и религиозные чувства народных масс; трудно, однако, судить о характере подобных изменений, так как многие стороны народной жизни той эпохи неизвестны нам. Прежняя аристократия совершенно исчезла, и ее заменила новая военная знать. Духовенство на короткое время добилось господства, но влияние его уменьшилось после раздробления халифата. Население, к которому все больше и больше примешивались чужеземцы, главным образом ренегаты, теряло свои характерные черты и свойственные ему ранее особенности. Было множество пленных христианских рабов; о выкупе их из неволи часто упоминается в договорах мавританских государей с кастильскими и арагонскими королями.
